4.
- О, а это Дональд! - некультурно показывая пальцем на бедного худощавого паренька, воскликнул Джерри.
- Он всегда липкий потому что, его карманы набиты тик-таком, - пояснил Том. - И его разноцветные зубы выглядят, как радуга какающего единорога.
- "Радуга, радуга, радуга", - бормотал я про себя.
В детстве я никогда не понимал, как она на самом деле выглядит. Когда мама насильно отдала меня в младшую школу, старая ведьма миссис Френклин с лицом, будто перехоронила всех своих детей и внуков, заставила нас рисовать радугу. Все дети нарисовали семь одноцветных сгорбившихся линий, а я одну жирную и черную. Миссис Френклин накричала на меня, и я со злости порвал листок, при этом упомянув, что ее лицо выглядит, как фотография покойника.
Как оказалось позже, у нее и вправду умер внук. Но мне было все равно. Я был озлобленным на весь мир ребенком.
- Люк? – заметив, что я их совсем не слушаю, окликнули братья.
- Дональд, в смысле, Дак? – оторвав взгляд от своей непримечательной обуви, спросил я.
- Нет, но дружки Крейга любят называть его Гондональдом. Или просто гон..
- Я понял. - Почему – то говорили эти вещи они, но стыдно было мне. - Знаете, я просил показать школу, а не людей, которые в ней учатся.
Но теперь настала очередь близнецов пропускать мои слова мимо ушей. Они на что-то безумно уставились, слегка приоткрыв рот. Их длинные, как у мартышек, руки свисали вниз, а лица перекосились, словно они и вовсе слабоумные. Вообще-то я так и считал, пока кто-то из них не заговорил.
- Пенел-л – лопа, - протянул Том. - Она как принцесса Жасмин.
Я посмотрел на двух загорелых девиц, что стояли возле своих шкафчиков и подкрашивали губы. Они были очень похожи друг на друга. Неужели в этой школе есть еще близнецы?
- Шутишь? Посмотри на Памеллу! – возразил Джерри, все так же не отрывая взгляда. – Она вылитая Покахонтас!
- Ну а вы всего лишь кот с мышкой, которые бегают друг за другом, - вставил я. – Так что заткнитесь.
Теперь слабоумие братьев еще и проявлялось в любви к пафосным пустоголовым девушкам, над которыми управляла еще одна такая пустоголовая шишка на их перекрашенных лбах.
Пока они продолжали таращиться, мне хотелось быстрее отвязаться от них, и это был мой единственный шанс, чтобы улизнуть. Я быстрым шагом направился в свой класс.
На английском Билли снова опоздала, и мистер Беркинс снова кричал на нее. Она с безразличием относилась к нему, и у нее это вошло в привычку. Я же все это время рисовал и грыз карандаш, периодически поглядывая назад в сторону Билли и ее друзей.
На самом деле они не были лучше этих отморозков с футбольной команды, но из-за случая в школьном коридоре, Билли начала меня интересовать. Причем, совсем не как объект особенной симпатии, а скорее всего личности. Мне хотелось знать о ней больше. Может быть, если я слушал Тома и Джерри, то бы узнал.
Беркинс завел тему о политике, и его невозможно было остановить. Он спорил с какой-то выскочкой, которой так и норовила его перебить, навязывая свою точку зрения.
-Майкл! – постоянно повышенный тон Беркинса начинал резать слух. – Знаешь, почему на кладбище всегда тихо?
- Потому что это кладбище, - усмехнулся парень. Сегодня Майкл пришел со светлыми волосами. Такое ощущение, будто он красит свои волосы чаще, чем я мою руки.
- Потому что там все мертвые, - посмотрев на парня, как на последнее дерьмо, сказал учитель. – Так вот, я хочу, чтобы мой класс был таким же тихим! Майкл поверни свою павлинную башку ко мне!
Интересно, почему мистера Беркинса еще не выгнали из школы за излишнюю грубость и насилие над учениками.
Под конец урока нам пришлось сдать свои сочинения на тему природы. Вчера я находился в депрессии, будет ли это оправданием того, что я получу плохую оценку?
***
- Ее задница в этих шортиках напоминает мне две большие тыковки, - безумно сказал Том.
Я все еще не знаю, почему мне пришлось сесть на их место. Лучше бы я тогда пообедал у окна и никогда с ними не заговорил. Что ж, за то в этом году мне не будет так скучно. Постараюсь утешить себя способом матери. Она могла найти любые плюсы, даже в самой ужасной ситуации.
У меня с близнецами была совместная физкультура и биология. Я ненавидел физкультуру так же, как и физику, биологию, химию и геометрию. Нелюбовь к бегу и к другим физическим нагрузкам проявлялась во мне еще с детства.
Беркинс ждал того момента, когда мы все выйдем из своих раздевалок на футбольное поле, находящееся на улице, чтобы хорошо поиздеваться над нашими легкими.
Он просто так свистел, маячил из стороны в сторону и кричал.
-Почему ваши пятки все еще стоят на месте? Я хочу, чтобы они сверкали в беге! Пятнадцать кругов!
Мои зрачки расширились, когда я осознал, сколько же мне придется бежать. Крейг и его дружки побежали первыми. Остальные же начали ныть, но в итоге тоже рванули вперед.
- Живее, спиногрызы! Каждый бежит по своей дороже, иначе совсем без мозгов останетесь.
Все бежали по своей дорожке, но я не мог бежать, потому что они были разноцветными.