ᴘᴀʀᴛ.3
– Боже... - слегка оттолкнув Мина назад, Чимин начал бегать по уже не такой уютной квартирке – Нет, нет, нет! Этого не может быть! Они...Они же обещали! – слёзки сами начали катится по щекам, и через несколько секунд были слышны тихие всхлипы, которые исходили от сидящего на полу и закрывшего ладошками лицо парня.
– Чёрт, Чимин, кто это мог сделать?! – злость покрывала все эмоции Мина, и подойдя к младшему, он присел и приобнял того за плечи - Ццц, не плач, мы обязательно найдём этих ворюг, а пока сможешь пожить у меня. - убирая ладошки Пака, и видя красное зарёванное лицо, кроме как умиления старший ничего не испытывал.
– Т-ты не сможешь их найти, он-ни ещё давно угрожали мне и маме из-за долгов отца... – всхлипывая почти после каждого слова, Пак опять начал плакать – И-извини что я такой, ты видишь мен-н-я второй раз в жизни, а я... Я пойму, если ты уйдёшь... – встав, Мин направился в противоположную сторону от двери, туда где раньше находилась кухня. Осмотревшись, он понял, что те твари почти ничего не упустили, даже ложки с вилками погнули. Под заметив много странных деталей, он уже было хотел налить воду, которая волшебным образом осталась в кувшине, но остановился, увидев записку:
– И как я сразу её не заметил – тихо пробормотал он себе под нос, и скомкав бумажку, засунул себе в карман. Всё-таки налив воды в чудом целую кружку и подойдя более-менее спокойному Чимину, он подал ему прозрачный стакан.
– Спасибо большое, хён... Но я правда не знаю, как отблагодарить тебя. – подняв свои тёмные, заплаканные глазки на старшего, Пак наконец решил встать.
– Меня ненужно никак благодарить, любой бы на моём месте поступил также – забрав уже полупустой стакан из пухлых пальчиков, и потрепав по мягким волосам, он поставил кружку на тумбу. – Что-то из одежды осталось? – видя отрицательный кивок, старший вздохнул.
– Они все порезали... Даже пижаму... – в глазах снова появились маленькие слезинки, но буквально через секунду, подняв подбородок двумя пальцами, Мин стёр их.
– Ты - Пак Чимин. А Пак Чимины не плачут по пустякам! Всё, собирай те вещи которые уцелели, пока переедешь ко мне! – похлопав младшего по плечу, и вручив ему в руки сумку, Юнги уже потопал к двери, если бы не писк младшего, ничего хорошего не предвещавший. – Что такое!? – забежав в комнату к Паку, он был готов увидеть все, от пришельцев до червяков (которые там тоже кстати были) но нет.
– Шуга! О-они убили Шугу! – а вот дальше последовала действительно истерика...
* * *
– Хён, ты такой богатый... – разглядывая прихожую, и медленно проходя в большой зал, Чимин не смог сдержать тихого восторженного вздоха. – Мне как-то не по себе тут. Может я лучше поеду в гостиницу? У меня есть несколько тысяч вон, должно хватить. – подняв надеющийся взгляд на старшего, он в ответ получил только отрицательное покачивание головой. – Тогда отдам тебе деньги за проживание как только заработаю, даже если ты будешь против... – смотря, как маленький Чимин стоит по середине большого помещения, Юнги улыбнулся - Пак идеально вписывается в эту атмосферу.
Уловив как младший зевает, но садится на мягкое кресло или хотя бы диван не собирается, Мин отправляет его мыться, а сам начинает разбирать вещи. Это заняло у него около 10 минут, а после он поспешил позвонить и заказать какую-то еду. Устало упав в кресло и прикрывая глаза, Юнги думает, думает, думает. С каких пор он так заботится об незнаком ему человеке? Он ведь даже не знает сколько Чимину лет, где он учится. В итоге решив, что за этот день произошло слишком много всего, он открывает очи, и в ту же секунду из-за двери ванной показывается Чимин, по шею завернутый полотенцем. Юнги корит себя зато что поставил младшего в неловкое положение, и крикнув негромкое "секунду", поспешив к себе в комнату чтобы взять немного вещей.
Видя красные от смущения щёчки парня, которые так и хочется потискать, (но Мин понимает что нельзя, и прячет это чувство глубоко-глубоко) он отдает вещи. Дверь прям перед ним захлопывается, но зато та которая на улицу звенит, еда приехала. Отдав деньги и забрав коробку пиццы, он идёт на кухню, ставя тарелки с едой и чай на поднос. После в зале все это на столик ставит, и улыбается, смотря на Чимина, который штаны слишком большие для него постоянно поправляет. Светлая, любимая футболка Юна оголяет слишком много, от чего у Чимина мурашки по коже бегают, холодно. Буквально через полчаса еды не было, и снова потрепав младшего по волосам, Юнги показал спальню и отправил спать, пожелав сладких снов.
* * *
Заснув около часа назад, Мин вообще не хотел поднимается, но когда его уши уловили звук в комнате, а внизу стало довольно приятно и хорошо, он все же недовольно разлепил глаза. Темнота. Старший уже было мог подумать что ему при чудилось, если бы не непонятный горб под одеялом, подняв которое, он увидел Чимина.
– Чимин! Какого хера!? – впервые Пак видит как Юнги на него злится, от чего опять мурашки по коже пробегают. – Быстро вылезай оттуда! – откинув одеяло в сторону, он приподнимает Пака за подмышки и сажает рядом с собой. Лицо младшего полностью красное, и Юнги уже сомневается что это смущение. Он смотрит своим самым сердитым взглядом на Чимина, от чего того передёргивает и он начинает говорить.
– Хён, я ведь не тупой, и вижу как ты каждый раз на меня смотришь... А твои касания? Знаешь, какие они приятные? Я понимаю, что привлекаю тебя только в этом плане, и за все что ты мне сделал, я хочу отблагодарить тебя... – только сейчас Мин заметил, что на Чимине была только его футболка, что прекрасно подчёркивала молочные бёдра, и боксеры.
– Какой же ты дурачок, Пак Чимин. – взяв в руки личико младшего, он легонько чмокнул его в полные, чудесные губки, а после резко уложил на кровать, укрывая одеялом. – О чём ты вообще думал, тогда шёл ко мне так? Не хватало чтобы ты заболел мне тут, итак мороки по горло. – шмыгнул носом, Пак накрылся одеялом по глаза.
– Извини, хён... Я пойду, наверное, спокойно ночи...
– Лежать! – видя как Чимин собирается уходить, рявкнул он. – Сейчас ты спокойно будешь засыпать в тёплом постели, и за эту ночь вся твоя ерунда по поводу меня улетит далеко. – попытавшись сказать как можно мягче, он услышал всхлип.
– Значит я тебе вообще никак не нравлюсь? Хён, ты такой красивый, а я... На что я только рассчитывал... – полностью укрывшись одеялом, и свернувшись в позу эмбриона, Пак прикусил костяшки пальцев, чтобы не издавать звуков, и не бесить этим Юнги.
– Чёрт, Чимин, не нужно плакать, ты мне очень нравишься, правда. Но я даже не знаю сколько тебе лет, а мне уже около двадцати пяти – обняв поверх одеяла худое тельце, Мин тихо поцеловал его куда-то в шею. Медленно вылезая, и повернувшись к Юнги, Пак с ужасом понял что тот только в боксёрах, а значит тоже может заболеть.
– Хён! Мне девятнадцать! Ты ведь тоже можешь заболеть! Залезай под одеяло! – и попробуй не послушаться такого Чимина. Уже буквально через секунду Мина взяли в плен ноги младшего, а его голова уместилась на удобном плече. – Спокойно ночи, хён... – уже впадая к Морфею, медленно произнёс Чим, и отрубился.
––––
Оао, постаралась сделать эту главу побольше ;ззз