2.
***
Красная капля скользит по моей коже и замирая на секунду, будто собираясь с силами, срывается с моей руки и падает на темный паркет. Провожаю ее взглядом и начинаю наматывать на ладонь белоснежный, но уже через секунду пропитанный алой кровью, бинт. Он неприятно пахнет, и еле различимый запах разлетается по всей комнате, в которой господствует холод, врывающийся сюда из открытого окна. Я завязываю бинт, чуть пачкая другую руку своей кровью. Моя жизнь настолько переплетается с неудачами, что я даже не удивилась, когда нож пронзил мою руку, вырывая фонтан крови из моих вен. Даже ужин не могу приготовить без проблем. Я убираю аптечку обратно в мой большой стол, где она и лежит всегда.
Мой взгляд натыкается на кучу учебников лежащих на полке, и я откидываюсь на мягкую кровать, понимая, что даже легкое прикосновение к моей правой руке заставляет чувствовать жгучую боль, разрастающуюся по всей руке. Сейчас не до уроков. Но меня даже больше не беспокоит плохая оценка чем то, что я не могу даже взять в руки карандаш.
***
Тяжелые, мелкие капли падают на мою куртку, оставляя на ней размытые следы. Я поправляю шарф и прячу голову в него, пытаясь укрыться от ветра. Даже то, что я прожила всю свою жизнь в этом сыром городе не выработало у меня привычки брать с собой зонт. Мокрые тучи висят над городом, заставляя чувствовать меланхолию и еще больше углубляться в мрачные мысли. Мне приходится сморщиться, ведь одна из капель приземлилась на мой нос, оставляя мокрый след на лице, когда она скатилась по шее вниз, к моей рубашке. Я тихо хмыкаю и прибавляю шаг, когда наконец захожу на территорию школы. Я с благоговением наблюдаю за старинным зданием, скрытым частично мелким дождиком. Такая погода добавляет таинственности в это место. Мне кажется, я могла бы простоять пару часов просто наблюдая как дождь атакует темный кирпич, обрушивает всю свою силу на каменную кладку, но у меня нет времени. Поэтому я отвлекаюсь от школы и продолжаю свой путь.
У меня есть отличительная особенность всегда замечать Майкла. Сейчас это сделать нетрудно, зеленоволосый парень сидит под деревом. Совсем не замечает дождь, направив глаза к серо-голубому небу. Многие люди подумали бы о явной ненормальности парня, но я уже привыкла к подобным выходкам зеленоглазого, и это заставляло влюбляться в него больше и больше с каждым его неосознанным поступком. Снова любуюсь им, тоже не обращая внимания на назойливый дождь. Со стороны это выглядит странно, что девушка стоит под дождем и не отрывает взгляд от не менее странного парня. Я ничего не могу с этим поделать. Один взгляд на Майкла, и меня буквально парализует.
Моя рука неосознанно тянется к рюкзаку, в котором лежит карандаш и блокнот. Но я отдергиваю ее, когда мимо меня пробегает какая-то девушка, задевая меня плечом. Я прихожу в себя и еще раз взглянув на Майкла, поворачиваюсь и иду к крыльцу школы.
Открывая массивную дверь, сталкиваюсь с высоким парнем и только подняв голову и столкнувшись с ореховыми глазами я понимаю, что это Эштон. Ирвин мельком смотрит на меня, тут же проходя мимо. На циферблате моих часов 08:45 и есть еще немного времени до английского. Как обычно, захожу в туалет. Вытаскиваю руку из куртки и осматриваю бинты. Я поменяла их утром, выбросив кровавые в мусор. Рана перестала кровоточить и теперь я могла не заботиться о чистоте бинта. Прячу руку, когда дверь отворяется и заходят две девушки. Они оглядывают меня с ног до головы, а потом заводят разговор. Желание находиться тут сразу пропадает, и я выхожу в коридор.
Я поднимаюсь в кабинет физики, толкаю тяжелую дверь и захожу в класс. На шум пару человек поворачивают головы в мою сторону. Опускаю взгляд и медленно бреду к первой парте, шаркая ногами по старому паркету. Кажется, я создаю слишком много шума и это смущает меня. Когда я поднимаю взгляд снова, замечаю, что никто уже не обращает на меня внимание и мне становится легче. Звенит звонок, и я утыкаюсь в тетрадь, ведь домашнее задание я так и не сделала. В класс заходит учитель. Миссис Худ имеет привычку опаздывать на уроки всегда.
Громкий хлопок прерывает мои мысли, и я машинально поднимаю взгляд, ищу причину шума. Ею оказывается Калум. Можно было сразу догадаться, кто еще может опаздывать на уроки такого строго учителя. Парень замирает на пороге и делает притворный застенчивый взгляд. Он смотрит прям на свою мать, запускает руку в волосы и слегка улыбается.
- Простите, — его голос с хрипотцой, и меня одолевают мурашки, когда я слышу его.
- Проходите быстрее, — мельком смотря на сына говорит учитель и отворачивается, чтобы написать на доске число.
Когда Калум проходит мимо меня, я игнорирую его, что и делала все шесть месяцев. Худ садится за последнюю парту, а запах сигарет еще долго витает в воздухе рядом со мной.
***
Я откусываю яблоко и откидываюсь на спинку стула. Снова гляжу на настенные часы и закатываю глаза. Не понимаю, что такое смогло случиться, чтобы самый пунктуальный человек на планете Земля опаздывал на час. А именно, мой учитель по французскому.
Эта женщина была точна, даже когда я сама опаздывала на наши занятия, а такое бывало часто. Я не понимаю, как она могла оставаться настолько спокойной, когда я уже хочу вырвать на себе волосы от негодования. Наклоняюсь слишком далеко и чуть не падаю назад, успевая ухватиться за столешницу. Пока я перевожу дыхание, в дверь звонят, и я быстрым шагом иду в прихожую, чтобы Миссис Джакерд вообще не ушла обратно домой. Я вожусь с замком пару секунд, пришедший затихает, когда слышит шум звонка, и вскоре я отворяю дверь.
Замешательство читается на наших лицах, когда мы встречаемся взглядами. Эштон удивлённо смотрит на меня, пока я просто пялюсь на парня.
- Да, Эштон, тебе что-то нужно? — приподнимая бровь, медленно спрашиваю я, придерживая дверь в таком положении, которое не позволяло бы парню войти.
- Эм, на самом деле я наверное ошибся адресом, — тянет он, опуская взгляд на листок в его руках, —, но я все же должен спросить. Ты случайно не ждешь репетитора из школы французского?
Я внимательно смотрю на лицо Эштона, пытаясь понять откуда парень знает об этом, да и зачем вообще он спрашивает.
- Дааа, но мой учитель опаздывает, и, я думаю, он уже не придет, — я поджимаю губы.
- Оу, тогда это я, — со смешком произносит Ирвин, протягивая мне листок, на котором написан мой адрес. Я рассматриваю ровный шрифт, пытаясь понять в чем подвох. — Не знал, что ты учишь языки, помимо испанского, — голос Эштона отвлекает меня от моих мыслей, и я снова поднимаю взгляд на него.
- А я не знала, что ты работаешь учителем французского, это вообще законно? — я отдаю лист обратно и складываю руки на груди. То, что я прочитала давало мне понять почему Эштон здесь сейчас.
Миссис Джакерд попала в больницу, думаю, надо навесить ее потом. Текст гласил, что ее заменят. Эштон заменит.
- Мой дядя заведует этой школой, — улыбается он.
- Проходи, но мне нужно позвонить, чтобы удостовериться в этом, — отхожу от входной двери и отворяю ее, пропуская парня внутрь. Ирвин хмыкает и с иронией наблюдает за мной, пока я звоню в школу и получаю подтверждение только что полученной информации.
- Ладно, тогда может скажешь, почему ты опоздал на час. Опаздывать — это моя привилегия, — говорю я, наливая в большую чашку кипяток. Горячий пар ошпаривает мои руки, и я шиплю от боли. Эштон перехватывает уже падающий чайник и ставит его на плиту.
Я дую на ладонь, которая пострадала уже второй раз. Боль незажившей раны смешивается с недавней. На глазах выступают слезы, но я сразу беру себя в руки. Мне стоит больших усилий повернутся к Ирвину с улыбкой.
- Ты обожглась? — безразлично спрашивает он, но подходит ближе. Его руки тянутся к моим, я отдергиваю ладонь, когда парень уже готов взять ее в свою.
- Все нормально, — произношу я и закусываю губу, ведь мне совсем не хорошо. Руку как будто сжигают на медленном огне. -Давай попьем чай и приступим наконец к занятиям.
- Конечно, — поспешно соглашается Ирвин.
Я изучаю одноклассника, пока его волосы отливают золотом под светом вечернего солнца. Волнистые волосы свисают, заставляя Эштона постоянно заправлять их за ухо и с раздражением покусывать губы, когда они снова падают. Янтарные глаза светятся, отражая осенний свет. Я сказала бы, что сейчас глаза парня цвета осени. Цвета золотых листьев, перемешанных с теплым солнечным светом. Парень допивает чай, облизывая влажные губы. Он резко перехватывает мой взгляд и ухмыляется. Я просто улыбаюсь и подумываю над тем, чтобы нарисовать этого парня как-нибудь.
***
Если сказать, что я чувствовала себя неуютно во время этих двух часов, ничего не сказать. Я чувствовала себя жутко неудобно, при каждом жесте и слове парня. Гипнотизирую настенные часы, в то время, как Эштон растолковывает мне очередное предложение. Моя рука, которой я подпирала голову падает, и я резко встряхиваюсь, а Ирвин замолкает на полуслове.
- Извини, Эштон, — тяну я, утыкаясь взглядом на губы парня. Эштон хмыкает и откладывает тетрадь на стол, со своих ног.
- Ты устала, да и я тоже, — все еще слежу за губами Ирвина, которые резко сжимаются в тонкую линию.
- Думаю, на сегодня можно закончить. Скоро придут мои родители, а они не очень любят моих учителей французского, — произношу я, вертя в руках изгрызенный карандаш. Мой взгляд перемещается ниже, на шею Ирвина. Память автоматически сохраняет картинки изгибов лица и ключиц, выглядывающих из-под черной майки.
- Ладно, тогда завтра увидимся? — говорит Эштон и встает с кресла.
- Ага, — устало произношу я, не исправляя парня ведь завтра суббота, и мы с Эштоном вряд ли увидимся.
Я провожаю парня к дверям и жду, когда тот наденет куртку и ботинки. Мы оба поворачиваемся на шум ключей в замочной скважине. Моя мама прожигает дыру в Эштоне, который поспешно обувается и выходит из дома. Когда он скрывается из ее вида, взгляд карих глаз перемещается на меня.
- Привет, как работа? — игнорирую ее вопросительный взгляд и беру пакеты с продуктами из ее рук.
- Я удивлена, что ты спросила. Работа просто отлично. Что это за парень только что вышел из нашего дома? — мама говорит это, пока идет за мной на кухню.
- Тебе действительно интересно? — я гляжу прям ей в глаза, чуть прищурив свои. Эта женщина раньше не беспокоилась об этом.
- Просто интересно трахалась ли ты с ним в том доме, где живет твоя семья, — не смущаясь отвечает моя мама, отбирая у меня пакет с продуктами. Я давлюсь слюной и кашляю.
Молчу. Никогда не чувствовала себя настолько униженной. Женщина никак не реагирует на меня, в то время, когда я просто стою и пытаюсь не расплакаться.
- Ты считаешь так? Считаешь, что я сейчас занималась этим, пока вас не было? — я выкрикиваю это слишком возмущенно, и мама кривится от громких слов.
- Я ничего не считаю, просто думаю, что заниматься этим в нашем доме это слишком, -стеклянные глаза смотрят на меня с непониманием, и я глубоко выдыхаю.
- Конечно, такого больше не повторится, — я не пытаюсь оправдываться снова. Зачем? Она все равно останется при своем мнении. Ей не интересна правда. Моя мама так же будет кидать на меня подозрительные или, иногда, даже возмущенные взгляды. Я давно привыкла к ним и меня не волнует, что теперь женщина будет думать, будто я трахалась с парнем, а не занималась французским, как должна была. Я резко поворачиваюсь спиной к женщине и плетусь к себе в комнату.