Осколки
Атмосфера удушья не покидает помещение. Все пропитано нежностью, но в то же время душит так, как завязаный узел на шее. Тэхен мягко проводит руками по плечам Сокджина, вбирая в себя каждую эмоцию. Как губка он впитывает любовь, ненависть, разочарование, боль, нежность. Все что излучает человек сидящий прямо возле него.
— Джинни, ты же знаешь что я пропаду через месяц. Испарюсь, понимаешь?
— Да, - ни то с грустью, ни то с ненавистью отвечает старший.
— Боже какой же ты красивый, - все твердит младший.
Его боль не передать словами. Он хочет дать этому человеку все. Всю любовь, всю жизнь и все эмоции. Но у них есть лишь месяц.
Возможно никто бы не подумал что эти двое могут устроить такой переполох на милой пижамной вечеринке у общей подруги. Разбросаные вещи, запотевшие зеркала и окна, алые засосы и громкие стоны. Таким запомнился тот вечер для Тэхена и Джина.
Если бы они только знали что впереди так мало времени. Но тот острый осколок в груди, который все ближе подбирается к самому сердцу, дает о себе знать. Нервы на исходе, они кричат, ругаются. Старший падает на колени, умоляет. Его слышат, но помочь не могут. Это всё осколки в груди.
Нежные прикосновения, и тихие вздохи слышаться вокруг. Последний день. Последняя ночь. Последний раз он ощущает те эмоции что были так родны. Так крепко засели в груди, что кажется уже не оторвать. Не хочется этого всего. Не хочется эйфории, от которой останется лишь боль. Не хочется этого дня. Но так хочется его любви.
—Тэхен, прошу. Мне больно, Тэ. Не уходи, пожалуйста.
— Ты же знаешь, кхххх... - шипение в горле. Уже не слышен тот глубокий голос, который произносит мягко его имя. Джин хочет слышать его каждый день, каждую минуту. Но не может. Осколки мешают.
— Я бы все сделал что бы остаться с тобой. Все, Джинни, Ты же знаешь, - мягко целует и не дает отстраниться. Младший знает что Джин не хочет его отпускать ровно на столько, на сколько любит. Тихий вздох. Очередное падение на кровать. Для него это слишком. Слишком больно. Слишком трудно. Слишком душераздирающе что бы быть правдой. Он встает. Пятится к осохшему телу. Утыкается в объятия и шепчет.
— Тэ, я не смогу без тебя.
Нервы здают. Больно находится рядом. Больно обнимать. Больно целовать. Больно. Чертовы осколки.
Его душит изнутри. Все падает и рушится. Не хочется обнимать. Это больно. Но так хочется быть рядом.
— Джинни, я люблю тебя. Всегда любил и буду любить ты же знаешь. Я не могу быть с тобой, но хочу что бы кто-то видел твою улыбку так же часто, как видел её я во время наших отношений. Обещай что будешь улыбаться кому то так же, как и мне?
— Нет! Я предан только тебе, ясно?! Даже не говори так!
Конец. Истерика. Хочется хлопнуть дверью и уйти. Но так хочется остаться.
От него отрывают кусочек. Раз за разом все глубже раны, все больнее вставать и больнее видеть. Больнее чувствовать. Больнее любить.
—Скажи мне, - голос дрожит, - ты любишь меня? Джинни прошу скажи, - последние слова.
Глаз дергается. Слезы текут рекой. Он молчит. Не может произнести это вслух. Слишком больно. Во всем виноваты осколки...
Через пол года его отпускает. Уже не так больно. Это самообман. Стало еще больнее. Каждый день как предыдущий. День пустой, ночь наполнена слезами. И не смотря на все эти взгляды, предложения и флирты. Он все еще верен Тэхену.
Подходит к фото с черной лентой в самом центре гостинной. Дрожащими пальцами проводит по стеклу. С лица скатываются слезы. С фото смотрят те же глазки. Та же улыбка. То
же милое личико. Чертова лента и чертовы осколки.
— Да, я люблю тебя, Тэхенни. Слышишь? Люблю! И всегда любил. Люблю тебя. Люблю, люблю, люблю, люблю....
Фото падает. Стекло разбивается. Осколки пеленой застилают деревянный пол. Опять осколки.
Ненавидит всех. Презирает сам себя. Убить готов любого. Любит не переставая плакать. Верен до конца. Кричать готов на весь мир что любит только его. Только своего Тэхенни. Только его улыбку. Только его глаза. Только его теплое "Джинни" Но поздно кричать. Нужно было раньше.
Но как же его бесят эти осколки.