Часть 12
- Дерьмо, как тут воняет, - закрываю глаза, отступая назад из комнаты, в которой ночевали Лиам, Найл и Логан. Зейн, стоящий позади меня, хихикает, комментируя: «Добро пожаловать в обратную сторону жизни тех, кто всегда просит налить ещё». - Надеюсь, все живы. Э-э-эй?
- Кто говорит так громко? - стонет блондин, закутываясь в облёванное (фу) одеяло. Мой брат, адски воняя перегаром и потом, корчит лицо и отвечает, не раскрывая глаз: - Всего лишь моя противная сестра. Цветочек, сбавь звук.
- Сколько же вы выпили вчера? - растерянно оглядываю комнату для гостей, которая превратилась в помойку, и с удивлением нахожу там ещё гору тел. Я имею в виду, это буквально гора из человеческих тел, которые похрапывают, сопят и пускают слюни, и вот причина, по которой я всегда еду домой даже после самых грандиозных попоек. Отвратительные вещи случаются утром следующего дня. - Ли, у нас самолёт через шесть часов, выспишься дома.
Я ночевала у Зейна и проснулась в отличном настроении около одиннадцати. Мы почти до утра катались по городу, заезжали покушать в круглосуточные забегаловки, сидели на капоте машины, встречая рассвет и говоря-говоря-говоря обо всём, и это было лучше любых дорогих ресторанов, фешенебельных нарядов и пафосных лиц вокруг. Одна из незабываемых ночей.
- Который час? - сонно спрашивает Кларк, выглядывая из-под покрывала, которое, слава богу, не покрыто чем-то сомнительным и дурно пахнущим.
- Половина второго. Все гости почти разошлись. Лесли и Гарри уже завтракают, присоединяйтесь, - с жалостью смотрю на еле соображающих парней. - Мы будем внизу.
***
- Ты охуел, приятель, - бурчит Лиам, стараясь не смотреть на нас. - Прекрати так целовать её, она же долбаный ребёнок, бля.
Я смеюсь в поцелуй, видя улыбку парня, который чмокает меня несколько раз, ухмыляясь, и шепчет: - Я буду скучать, малыш.
- В среду я уже буду здесь.
- Это долго.
- Всё, пока, любимый! - брат оттаскивает меня от Зейна и ведёт к месту посадки, которая закончится через десять минут. - Вы отвратительные. И мерзкие.
- Напомнить мне, как вы с Софи развлекались в гостиной, а я застала вас прямо перед тем, как она-
- ЗАМОЛЧИ! Я понял.
Смеюсь, толкая мгновенно покрасневшего брата в плечо, и чувствую предвкушение. Я увижу родителей. Наконец-то.
***
Я не думала, что когда-либо буду так громко кричать, увидев их, идущих к нам с улыбками и распростёртыми объятиями. Бегу вперёд, краем глаза замечая, как пролетает мимо меня Лиам, крепко обнимая обоих. Я присоединяюсь к ним, наконец ощущая тот домашний уют, долгожданное тепло и осознание того, как сильно я скучала.
- Мои прекрасные дети, - говорит мама, ещё раз целуя нас в две щеки. - Пойдёмте домой.
Сидя в машине, мы слушаем наши любимые песни, переговариваемся и много смеёмся. Я делаю миллион фотографий, потому что хочу помнить каждый момент, постоянно расспрашиваю их обо всём, что в принципе могло происходить в столице, в их жизни, в квартире и с кошкой.
- Мы уже должны быть в офисе, мне очень жаль, - с грустью говорит мама, когда мы заходим в уютную, выполненную в умеренных тонах прихожую. - Но на вечер у нас зарезервирован столик в ресторане, будьте готовы к восьми. Ключи лежат тут, номера заведений быстрого питания рядом.
Эта женщина умудряется знать нас слишком хорошо, даже находясь на другом континенте. Удивительно.
- Итак, малявка, через полтора часа выходим, - объявляет брат и скрывается в гостиной. Я отношу наши вещи в гостевую комнату и падаю на кровать, начиная FaceTime с Зейном. Он отвечает почти сразу.
- Привет, малыш.
- Мистер Малик, куда это Вы направляетесь?! - слышу и вижу возмущённую миссис Хейл, которая преподаёт литературу. У старшеклассников иногда проводят дополнительные занятия по выходным и праздникам, чтобы подготовить их к экзаменам, но я не думала, что он пойдёт на них сегодня.
И Зейн просто взял и вышел из класса, чтобы поговорить со мной. Разве это не высшая форма скучания?
- Мы приехали пять минут назад, я ужасно устала, - жалуюсь, облизывая губы. К моему счастью, я выгляжу вполне себе, поэтому не переживаю.
Ведь так или иначе, мой самый лучший парень всё ещё остаётся представителем сильной половины человечества и неоспоримым ценителем женской красоты.
- Хочу немного поспать, потом мы с Ли поедем в центр, - рассказываю, замечая, что он сосредоточенно слушает меня, даже когда садится в машину, чтобы ему не мешал посторонний шум. - Всего восемь утра, но обычно к одиннадцати магазины забиты, а я хотела бы побыть в относительной тишине. Вечером ужинаем с родителями, я ужасно скучала по ним.
- Я рад, что ты поехала, - отвечает, потирая глаза. - А я не выспался, не помню первые часы после девяти вообще, - смеёмся, - без тебя скучно.
- Ну, мы всё равно не занимаемся по выходным, - пожимаю плечами.
- Я бы тоже не пошёл, будь ты тут, - легко отвечает, а я визжу про себя, находясь в лёгкой прострации после резкой смены геолокации. - Ты устала.
- Да.
- Ложись спать, Джиджи, - то, как он произносит моё имя, Иисус. Можно на повтор, пожалуйста? - Позвони мне позже.
Мы прощаемся. Ставлю будильник, удобно устраиваюсь на месте и мгновенно засыпаю, думая о карих глазах, смуглой коже и татуировках.
***
- Тебе это не нужно, - говорит Лиам. Возмущённо ахаю и ещё раз тыкаю игрушкой ему в нос, повторяя: - Подумай снова.
- Цветочек, - закатывает глаза. - Это полная хрень. Купи лучше что-то полезное.
- Бессердечный, - обиженно ставлю единорога на место и надуваю губы, выходя из бутика. Следуя зову «Burberry», захожу в роскошное помещение, рассматривая стеллажи и стойки с одеждой. Брат заходит следом, довольно хмыкая; по нему и не скажешь, но он обожает покупать одежду. Неважно, себе, мне или Софи, он делает это чертовски хорошо. Поэтому обычно я хожу за покупками с ним, а не с Логаном, который называет всё одноцветным, пошлым и скучным. Беру в руки шёлковую рубашку с шейным галстуком приятного нежно-голубого цвета, белый топ и приглянувшийся клетчатый шарф. Лиам проходит мимо меня с кучей вешалок, заставляя усмехнуться и сделать несколько фотографий.
Когда покупки оплачены, мы решаем передохнуть в кафе, сходить в кино, а затем отправиться в парк аттракционов. И уже в пятнадцать минут восьмого я завиваю волосы плойкой, болтая с Логаном.
- И в общем, Роуз теперь как новенькая. Мягко, плавно, что просто о-о-о-ох, - соблазнительно стонет.
- Джелена, ты смотришь порно? - спрашивает брат по другую сторону двери. Вспыхиваю, но Логан опережает меня: - О да, да, да...
- Эм... удачи, что ли.
- Нет, Господи, Ли, свали, это Логан, а ты, - направляю на экран кисточку от туши, - заткнись, иначе я расскажу Найлу, что однажды ты целовался с его фотографией на наволочке-
- Сучка, пожалуйста, - не теряется, - тогда я затрахаю его до беспамятства, - фыркаю. - Видел Зейна сегодня, он даже выучил моё имя, ты представляешь? - друг ложится на спину, и телефон падает на его лицо, потому что у него дырявые руки. - Блятьнахуй.
Хихикаю, заканчивая с макияжем, и немного лохмачу волосы, чтобы локоны не были слишком выражены, довольная их слегка небрежным эффектом; эдакая американка, обожающая зиму, хайлайтеры и британцев. Кстати о британцах.
- Горячая, - комментирует Логан. - И почему я гей?
- Я бы всё равно не дала тебе засунуть свой язык в мой рот, - закатываю глаза.
- Ложь и наглые провокации, ты текла от меня столько, сколько думала, что я натурал, - довольно улыбается, я шлю его на хрен, потому что он говорит правду, но Логан слишком любит себя, а я не люблю, когда кто-то был самодовольным больше, чем достаточно. - Сегодня я ночую у Найла.
- Серьёзно? - выхожу из ванной, ловя на себе многозначительный взгляд брата, и показываю ему язык, направляясь в комнату, по всему периметру которой разбросаны наши вещи. Скажем так, мы не особо любим убирать за собой.
- Да, он совершит каминг-аут завтра, - видно, что друг взволнован этим. - Это нервирует меня.
- Почему, малыш? - расчищаю себе немного места, чтобы сесть, и одновременно стараюсь не испортить свой внешний вид, перекладывая волосы на одно плечо.
- Я не знаю, просто... это мои самые длинные отношения, к тому же, с бывшим натуралом, - начинает, кусая губу и, очевидно, находясь на грани истерики. - И ему страшно от того, что могут подумать люди, а я даже не могу его успокоить, ведь когда я снёс к хуям эту шкафную дверь*, всем было плевать, потому что я всего лишь Логан Кларк, а он... он Найл чёртов Хоран, на которого не плевать.
- Пожалуйста, просто наберись терпения, любимый, - он смотрит, молча кивая, - это не будет лёгким, разумеется, но разве не главное то, что вы чувствуете? Вы не обязаны отчитываться и оправдываться перед совершенно чужими людьми о том, кого вам посчастливилось полюбить, ясно? Без злых языков двадцать первый век не двадцать первый, понимаешь?
- Ты как всегда лучшая, Джи.
- Я знаю, тебе чертовски повезло со мной, - подмигиваю ему. - Я мысленно с тобой, зая. А сейчас мне пора идти, - папа с Лиамом уже спустились вниз, а на пороге гостевой появляется мама, с нетерпением глядя на меня. - О, погоди, моя мама хотела поговорить с тобой, не против? - она выхватывает из моих рук телефон, не дожидаясь ответа Лога, и начинает громко спрашивать, как дела «у самого красивого мальчика на свете?». Стоит ли говорить, что Логан обожает её также сильно? Я улыбаюсь, беру сумочку и обуваю туфли, звеня ключами. Женщина в чёрном платье так удивительно красива, что я жалею о том, что под рукой нет камеры.
***
- Значит, Зейн, - мама хихикает, напоминая мне девчонку-подростка, затем смотрит на меня. - Ну, он красавчик.
- Я знаю.
- Не могу поверить, что ты не говорила мне об этом столько времени! - шутливо ударяет меня по ягодицам. - Но я рада за тебя. О, а как отреагировал Лиам?
- Он ударил его и очень, очень долго говорил, - кусаю губу. Она улыбается: - мой мальчик, всегда защищает тебя.
Киваю, потому что так и есть. Ведь каким бы противным он иногда не был, Лиам Пейн - самый лучший человек в моей жизни. Я очень люблю его. Голову снова посетила мысль о том, что через каких-то несчастных несколько месяцев, когда я пойду в выпускной класс, он станет первокурсником. И уедет.
В грёбаную Америку, мать его.
- Не мешаю? - скромно стоит в проходе виновник моего плохого настроения. Мы с мамой говорим уже почти четыре часа, столько же, сколько и он находится с папой, так что наверняка им обоим это надоело.
- Нет, медвежёнок, заходи, мне уже пора спать, завтра важный день, - говорит она и целует каждого из нас, прежде чем уйти. Я в пижаме, так что терпеливо жду, пока брат переоденется и ляжет рядом.
- Джи, я хочу рассказать тебе кое-что, - заметно оживляюсь.
Секретики? Ночью? С ним?
Этого не было очень давно, потому что мы выросли, но сейчас. Чёрт. Сейчас это то, что нужно. Мы в США, с семьёй, счастливые и открытые.
- «SyCo Entertainment» подписали с нами контракт, - выпаливает на одном дыхании. Я ошарашенно смотрю на него, еле слышно переспрашивая: «что?». - Мы отправили им демо полгода назад, недавно они связались с нами и попросили кого-нибудь из нас приехать, чтобы обговорить все детали. Запись альбома начнётся в июле, мы будем записываться на Ямайке, Джи. Ты представляешь?
Это...
В смысле,
что, блин?
- Мы?
- Я, Гарри, Луи, Зейн и Найл. Наша группа называется «One Direction». Гарри придумал название, мы все одобрили, потому что, если честно, были слишком взбудоражены и не могли адекватно думать, но мне оно нравится.
Зейн?
- Как давно ты узнал?
Опускает глаза, нервно теребя футболку.
- Я был представителем, Джиджи.
О.
- Когда ты уехал на неделю, ты-
- Поехал к ним, да.
- Ты вернулся почти два месяца назад. И всё это время... вы все знали? И не сказали мне? - сажусь на кровати, Лиам мгновенно подскакивает с места и берёт мои руки в свои.
- Мы ничего ещё точно не знали, - начинает оправдываться. - Нам сказали, что нас будут рассматривать главные лица компании, не было никаких гарантий. Но неделю назад они приняли решение. Остались небольшие формальности. И-
Грёбаную неделю назад?
- Семь чёртовых дней?
- Джиджи-
- Софи знает?
Злость, густая, тянущая, бьётся внутри; я нахожусь на грани, и клянусь, если она знает...
- Да.
Твою. Мать.
Беру подушку и одеяло и выхожу из комнаты, игнорируя Лиама, который идёт за мной. В доме темно и тихо, за окном полная луна и мериады звёзд, и это выглядит романтично, но моё состояние не позволяет мне насладиться этим в полной мере.
Мне жутко обидно. Как он мог не сказать мне об этом? Это важно. Это его жизнь, разве я была бы против этого? Это прекрасно, он будет заниматься тем, что ему нравится, к тому же получать за это деньги, но.
Почему никто из них не сказал мне?
Разве я не важна для них настолько, чтобы сообщать о чём-то подобном сразу?
Что-то нервно-давящее не даёт дышать. Опускаюсь на диван, он садится передо мной, прося извинить его.
А Зейн?
Мой долбаный парень и словом не обмолвился об этом, как будто и не считал нужным говорить мне.
- Уйди, я хочу спать.
- Цветочек, пожалуйста.
- Уйди.
Он вздыхает и кивает, поднимаясь с колен и направляясь в спальню. Жду, когда дверь за ним мягко закроется, и встаю, чтобы выйти на балкон. Вы думаете, я оставлю это дерьмо просто так?
Нет уж.
Набираю номер, терпеливо ожидая, когда его голос скажет сонное: «что-то случилось, малыш?».
- Ты и грёбаный контракт с «SyCo» случился.
- Оу.
И молчание.
Всеми силами стараюсь не закричать, считая про себя до десяти. И даже тогда он не произносит и слова.
- Иди к чёрту, - шиплю и сбрасываю вызов. Он тут же перезванивает. - Что?
- Я не мог поверить этому.
- Поэтому и не сказал мне, да? - сажусь на диван, не зная, как не охуеть с его слов на месте. - Ты понимаешь, как по-идиотски это звучит?
- Я не привык посвящать женщин в свои дела, - резко отвечает. Замираю, раскрывая рот и даже не зная, что, блять, я должна ответить. - Перестань капризничать, Джиджи.
Капризничать? Я?
- Мы расстаёмся.
Отключаю телефон и откидываю голову на спинку садовой мебели. Мне бы не помешал алкоголь прямо сейчас. Как он посмел такое сказать?
Выставить меня полной идиоткой - то, чего он добивался? Его слова кажутся сейчас чистым бредом, я не могу совладать с тем, что чувствую, и как мне следует поступить.
Нет желания заходить в квартиру, осознавая, как тяжело сейчас дышать; даже сидя на улице, наблюдая за ночной жизнью города, мне трудно контролировать свои эмоции и состояние. Если бы не было так холодно, я бы осталась спать тут, потому что стены там, в тёмном помещении гостиной, будут давить жалостью, страхом перед завтрашним днём, когда все поступки, совершённые под предводительством ночи и казавшиеся правильными, станут следующей головной болью.
Перестань капризничать? Я не привык посвящать женщин в свои дела?
Он, блин, серьёзно?
На хрен такое отношение.
Я знаю, что точно не позволю парню говорить или обращаться со мной подобным образом, даже если чувствую, что не смогу без него жить.
Сжимаю в руках плед, стараясь размеренно дышать. Но воздух как будто сжимается вокруг меня, душа.
- Мне от тебя на хрен крышу сносит, Джиджи, - красные, влажные губы с привкусом сигарет и зубной пасты, терзают мои, а затем зубы с силой тянут мою нижнюю губу, заставляя возбуждение пронзить тело слишком неожиданно.
Внезапно чужие губы нежно шепчут что-то в мои, трепетно и неторопливо сминая мою душу ласковыми прикосновениями.
Горячие ладони скользнули выше бёдер, которые сжимали до этого, а хриплое, жаркое дыхание внезапно обожгло шею.
Он усмехается, когда видит, как стремительно кожа покрывается мурашками и как сладко я дрожу, когда он говорит: «прекрасная».
Резко встаю и подхожу к балкону, цепляясь за перила; выполняю дыхательные упражнения, чтобы успокоиться, и думаю о завтрашнем банкете, о котором родители проговорили почти весь вечер.
Всё пройдёт хорошо.
Это пройдёт тоже.
***
Он даже не пытался связаться со мной, и это ранило, может, даже больше, чем я хотела думать. Мы встречались месяц, да, но у нас было действительно много важных и откровенных моментов вместе, и я не могу понять, как он смог отпустить это так легко. Хорошо, возможно, я и перегнула палку в ту ночь, но это было не беспочвенно.
Таким образом, мы больше не вместе.
Я простила брата только тогда, когда мы оказались дома, потому что, знаете ли, Лиам Пейн может быть очень настойчивым, когда хочет что-то получить. В этот раз этим «что-то» было моё прощение. И, кажется, он потратил больше двухсот фунтов на то, чтобы заслужить его, но зато теперь будет знать, как важно быть откровенным с родными. Со мной.
Сегодня промежуточная аттестация, и я не волнуюсь, совершенно спокойно делая ещё несколько глотков кофе, в отличие от Логана, который сгрыз уже две ручки, постоянно матеря меня и моё равнодушие. Из-за экзаменов все, кроме нас, не учатся, и я всё ещё не видела Зейна. Это к лучшему, я считаю, потому что я знаю, что, как только увижу его, сойду с ума от злости и печали.
Причина нашего расставания кажется сейчас такой мелочной, но я была инициатором, а он не был против, так что.
Забудь, Джиджи, господи. Это всего лишь Зейн Малик.
Который заставлял внутренности воспламенятся одним только взглядом.
Блядский Зейн Малик.
Вечером того же дня мы гуляем с Логаном по улицам самого живописного города, едим мороженое и радуемся тому, что у нас нет академической задолженности; более того, у нас отличные оценки, и этот страшный период позади. Кларк садится на качели в парке и напевает что-то типа: «у меня пятёрка, а у меня пятёрка, и у меня есть горячий парень, ла-ла-ла-ла-ла», затем он смотрит на меня, слегка улыбаясь:
- Кому-то завтра семнадцать, капкейк.
- Точно.
- Это будет что-то очень грандиозное, - облизывает губы, - ты будешь в восторге от моего подарка, я клянусь тебе.
- Разумеется, - тянет меня к себе, усаживая на колени, и спрашивает, как я себя чувствую. - Нормально.
- Нет, Джиджи. Я спросил: как ты себя чувствуешь?
- Раздавлено. Он даже не попытался, Лог.
Ни одной грёбаной попытки.
- Сегодня у тебя? - помолчав, спрашивает. Киваю. - Тогда поехали, завтра важный день, а ты должна выглядеть так умопомрачительно, чтобы показать, что он потерял.
***
З: с днём рождения.
Смахиваю уведомления с экрана, продолжая краситься и делать вид, что это не заставило меня на несколько секунд задержать дыхание. Заканчиваю с лицом, поправляю волосы и рассматриваю себя в зеркале, убеждаясь, что пастельно-розовая юбка подчёркивает то, что нужно, а белый топ, купленный в Вашингтоне, сидит идеально. Я не люблю вычурно наряжаться в школу, потому что это же школа, но сегодня мой день, и я могу позволить себе это. Вопреки всем ожиданиям Логана, обуваю балетки и не надеваю корону, которую он приготовил специально для меня. («Противная сучка, почему ты так бесишь меня сейчас?»).
Ли с Луи и Гарри поздравили меня минут тридцать назад и уехали в школу, но прежде Пейн с улыбкой прошептал мне, что подарок родителей прибудет ровно в восемь тридцать.
С нетерпением стою на улице, продуваемая лёгким апрельским ветерком, когда происходит кое-что безумное.
- Итальянца вам в рот, - сдавленно произносит друг, останавливаясь рядом со мной, потому что на нашей территории паркуется чёрная Ferrari Portofino, ебите меня семеро, с огромным красным бантом на капоте. - Охуеть и не выхуеть обратно, Джи. Может, твои родители захотят усыновить меня? Обещаю, я буду хорошим сыном.
Из автомобиля, держа в руках букет цветов, вылезает друг семьи, мистер Робин, и улыбается, поздравляя меня с днём рождения.
- Эта крошка теперь твоя, малышка Джиджи, - сообщает после объятий и вручает ключи. О Боже мой. - Будь осторожна с ней.
*выйти из шкафа - публично признать нетрадиционную ориентацию