Часть 10
- Что значит «нет», сучка? - цокает Логан, когда мы идём к кабинету. Он пыхтит, показывая всё своё недовольство, что заставляет меня рассмеяться. - Джиджи, мать твою, Пейн. Не разочаровывай меня.
- Лог, ты мой друг, я должна быть максимально честна с тобой, - кладу руки на его плечи, смотря в глаза тем взглядом, который обычно говорит: «Ты, блять, не прав, но я слишком бесхребетна, чтобы сказать тебе это в лицо, потому что, чёрт возьми, ты мой блядский лучший друг». - Это - самая долбанутая идея когда-либо, и поверь мне, я знаю тебя всю жизнь, и всё это время ты творил неизмеримую хуй-
- Ладно! - выставляет руки вперёд. - Ладно. Я придумаю что-нибудь другое.
- Вот и отлично, - вздыхаю, раскладывая вещи на парте. Хмурюсь, когда Логан достаёт тетрадь по химии. - К твоему сведению, у нас история.
Знаете тех правильных, до костей педантичных сучек, которые без сомнений укажут на твою ошибку в учёбе?
Так вот, это я.
- Твоё маленькое нелепое мнение принято к сведению, - тут же огрызается друг. - Можешь записать его на листочек и засунуть в задницу.
- Это что, дно твоего остроумия? - фыркаю.
- Джи, перестань.
Молча перекладываю ручку, видя на мигнувшем экране уведомление из инстаграма. Заинтересованно смотрю на надпись @zaynmalik отметил вас на фотографии.
zaynmalik: from dusk till down.
Это фотография с новоселья Тревиса. Белла сфотографировала нас, когда мы целовались на кухне, и я не знала о том, что она стала свидетелем этой сцены, пока девушка не добавилась ко мне в друзья в Фейсбуке и не скинула снимок, теперь стоящий в качестве заставки в моём телефоне.
Широко улыбаюсь, пропевая строчки нашей песни в голове. Он помнит это? Честно говоря, я забыла о том, что было на заднем дворе Луи, когда он поцеловал меня в его квартире.
- Какого хера ты такая радостная?
Вместо ответа показываю ему публикацию моего парня, чувствуя, как щёки свело, но я ничего не могла поделать с этим.
- Фу, как противно, - морщится, не скрывая улыбки. Ударяю его по плечу, спрашивая, как там у них с Найлом. - Мы в процессе разработки наших отношений, но, определённо, имеем успех.
- Дерьмо, это же здорово.
- Я знаю, - кивает, и мы переключаемся на урок.
***
- Джи! - оборачиваюсь, видя Гарри. Логан говорит, что будет ждать в кабинете. Я останавливаюсь около своего шкафчика, меняя книги, и терпеливо жду, пока кудрявый подойдёт, отмахиваясь от волос, постоянно лезущих ему в лицо. - Эй, как дела?
- Относительно, спасибо, - у меня не то настроение для разговора, но с каждым его словом я приближаюсь к тому, чтобы передумать. - Как сам?
- Прекрасно, мне нужен совет насчёт Лесли, - смущённо улыбается, - она очень, в смысле очень нравится мне, и я не хотел бы накосячить, потому что это Лес. Ну, ты понимаешь.
Вздыхаю, слабо улыбаясь. Чёрт возьми, никогда не видела кого-то настолько одержимого своими отношениями. Стайлс - максималист. В дружбе, в отношениях, в жизни. Как там говорится?
Или всё, или ничего?
Точно.
- Выкладывай.
- В общем, у неё день рождения в пятницу, она устраивает вечеринку, всё в таком духе, - торопливо говорит, я внимательно слушаю и киваю, - я заказал ей то дерьмо с сайта Секрета Виктории-
- То дерьмо? Поподробнее.
- Ну, какие-то спреи для тела, я думаю, спортивный костюм, помады и блески, потом ту полосатую пижаму, о которой она прожужжала мне все уши, - начинает перечислять, вспоминая. - Мама посоветовала мне купить ей какую-то косметику, которую мне помогли заказать и выбрать сестрёнки. Та губастая из Кардашьян, как же её зовут?.. Бля, я помнил её имя утром-
- Кайли Дженнер, ага, - хихикаю.
- Точно! И к чему я вообще вёл? А, да, так вот, мне нужна твоя помощь с заказом торта и оформления подарков.
- Даже боюсь спрашивать, сколько денег ты потратил на всё это, - пугаюсь, когда кто-то притягивает меня к себе со спины, но мгновенно успокаиваюсь, когда вижу лицо брюнета, который ухмыляется, говоря мне «привет, малыш». Быстро целую его и поворачиваюсь к закатывающему глаза Гарри: - Малик, это большое событие, мне нужна Джиджи.
Чувствую, как он напрягается, усиливая хватку на талии. Иисусе, Зейн действительно ревнует меня к Гарри? Это ведь глупо.
- Найди себе другую подружку, приятель.
- Зейн, - строго смотрю на него. - Конечно, я помогу тебе, в чём вопрос? Когда мы сможем сделать это?
- Ну, перед вечеринкой. Ты, кстати, тоже приглашена.
- Здорово! Я приду.
Я имею в виду, мы даже ни разу не виделись, но она была очень мила, чтобы пригласить меня. Взамен я должна подарить ей что-то запоминающееся и полезное.
- Ты закончил, Стайлс? - раздражённо спрашивает. Гарри, усмехнувшись, кивает и говорит, что мы увидимся на биологии, на что я отвечаю кивком и извиняющейся улыбкой, а затем, когда он исчезает в толпе учеников, говорю парню, что это было грубо. - Ты моя девушка. Я имею право слать на хуй твоих поклонников.
- Что за чушь? - поворачиваюсь к нему всем телом. - Гарри - наш друг. Это абсолютно неразумно.
- Очевидно, - громко вздыхает, - он даёт повод, чтобы я выходил из себя каждый раз, когда вижу тебя с ним? - опирается на шкафчики рукой, проводя языком по нижней губе. Я изучила его тело за всё время нашего общения и точно могу сказать, что брюнет на грани.
- Он влюблён в Лесли. Я в тебя. Расслабься.
- Я уже, - выдавливает сквозь зубы.
Фыркаю.
- Расслабься.
- Делаю всё, что могу, Джелена.
- Прекрати так вести себя.
- Прекрати общаться с Гарри.
Охаю.
- Это глупо. Гарри дорог мне так же, как и Луи, они оба мои друзья.
Нахожу в себе силы, чтобы сдержаться от ссоры; у нас только всё наладилось, я не хочу портить эти хорошие моменты подобными событиями. Мы оба быстро выходим из себя, однако я в нашей паре та, кто умеет контролировать себя тогда, когда нужно.
В отличие от моего парня, которому только повод дай повыяснять отношения на ровном месте.
- Нет, они мои друзья. Твой друг - Логан... - затыкается, видя моё лицо.
- Ничего себе, - шепчу. - Ты, чёрт возьми, серьёзно?
- Абсолютно серьёзно. Ты не будешь общаться с Гарри.
Качаю головой и разворачиваюсь, чтобы уйти, но оказываюсь грубо перехваченной его сильной рукой. Воздух вылетает из груди, когда я врезаюсь в него, ещё не до конца осознавая, что он только что грубо обошёлся со мной на людях.
- Какого чёрта ты уходишь? - разъярённо шипит. - Мы не закончили.
Моё сердце бьётся слишком быстро - я напугана. Очень сильно. Он действительно зол на меня. С Риваном никогда не было такого, а мы встречались действительно долго. Все наши ссоры ограничивались тем, что он просто сбрасывал вызов или уходил, я плакала, а на следующий день всё приходило в норму.
Но с Зейном всё не так. Совсем по-другому. Возможно, это разница в возрасте (два года могут очень сильно и неожиданно сказываться на отношениях), или всё дело в том, что у нас всё не так, как было с голубоглазым блондином, запавшим мне в сердце ещё в третьем классе.
Зейн закрытый с людьми, агрессивный, часто пьёт и курит, мало интересуется обычной жизнью учащихся, предпочитая проводить время у своих друзей постарше или в его квартире. Он рисует. Его картины полны мрачности, пошлости и осмысленности. Возможно, он в том возрасте, когда знает, чего хочет от жизни, от отношений, от всего. Возможно, он слишком часто разочаровывался в людях. Возможно, когда-нибудь я узнаю ответы на все вопросы; постепенно.
Наша первая серьёзная ссора в коридоре школы, он вне себя от злости, а я впервые не могу найти на него управы.
Я не знаю Зейна Малика. Совершенно.
Но чувствую, что хочу прожить с ним всю жизнь, и я не представляю, даже не могу предполагать, что от этой взрывоопасной смеси наших характеров стоит ожидать в будущем.
Набираю в грудь воздуха и собираю всё имеющееся мужество в кулак, хмуро смотря на брюнета в ответ - в его взгляде пылают эмоции.
- Нет, - отталкиваю его от себя. - Мы закончили.
Уверенно разворачиваюсь и иду в класс, вздрагивая, когда за спиной раздаётся оглушающий удар от столкновения кулака и железа.
Не знаю его. Не знаю. Не знаю.
***
- Он поступил как большая задница, это факт, - смачно кусает яблоко, жуёт и громко сглатывает, прежде чем продолжить. - Но он не привык делиться своей девушкой, очевидно.
- Луи, - вздыхаю. Парень откусывает несколько больших кусков, пережёвывая, словно у него сейчас не стоят долбаные брекеты, которые могут сломаться. - Он запретил мне общаться с Гарри. И с тобой. И вообще, как я поняла, с кем-либо ещё, кроме Логана. И это, наверное, только потому, что он гей. Это ненормально.
- Ну, я бы сказал...
- Томлинсон, - предупреждаю. Он поднимает руки вверх в знак капитуляции, доедая фрукт, и только собирается что-то сказать, как на стол падает сумка Логана, который выглядит довольно радостно для его обычного настроения. - Найл?
- Мы дико трахнулись в подсобке, боже, он такой нетерпе-
- Никаких подробностей секса с моим лучшим другом! Не при мне! - жмурится, закрывая уши, и бормочет, пока мы с Логаном заливаемся смехом. - Не могу привыкнуть к этому. Найл - гей, подумать, блин, только.
Ухмыляюсь, продолжая слушать монолог Кларка о том, какой Найл классный, и поражаюсь тому, как стремительно у них всё это происходит. В смысле, не прошло и двух недель, а они уже спят, действуя в быстром темпе, в отличие от нас с Зейном. У нас всё так непонятно. И мы ссоримся из-за какой-то ерунды, которая и внимания не стоит, как по мне. Смотрю в сторону стола брата, где сидят Лиам, Гарри, Найл, Тиффани, Миранда и Зейн.
Эта рыжая сука всегда сидела за их столом, к моему сожалению, но сейчас она сидит максимально далеко от Малика, который ковыряется в еде, не слушая, кажется, о чём так громко говорит Гарри. Но она смотрит. Постоянно. Рассматривает его так, как будто находится в блядском музее и стоит перед херовой Джокондой. Раздражённо выдыхаю, продолжая прожигать своего парня и его бывшую взглядом, пока Логан не тычет в меня пальцем, говоря мне пожалеть булочку.
Опускаю взгляд на свои руки, одна из которых безжалостно сжимает хлеб в ладони, и быстро откидываю её от себя, отряхиваясь от крошек.
Луи хмыкает, Логан предлагает мне и Зейну обсудить это; я облизываю губы, поднимаясь из-за стола, чем привлекаю внимание сидящих недалеко от нас.
- Я пойду в класс, - говорю, кидая телефон и кошелёк в рюкзак, и направляюсь к выходу из столовой, стараясь не обращать ни на кого внимания. Краем глаза вижу, как Зейн встаёт со стула и идёт за мной, и ускоряю шаг, практически выбегая из столовой.
Мне становится больно дышать, и я не знаю, чёрт возьми, из-за чего именно: из-за того, что я поругалась со своим парнем или из-за того, что она коснулась его руки в поглаживающем жесте, а он никак не отреагировал.
- Джиджи, пожалуйста, - коридоры пусты, его голос небольшим эхом играет отражается на стенах. Не оборачиваюсь, целенаправленно следуя в кабинет философии. Философия - курс-лекция, который нужен нам для поднятия среднего балла, и, к сожалению, обычно он проходит у нескольких классов одновременно. С классом Зейна и Ривана, если вы не поняли. - Позволь поговорить.
- О чём? О чём именно, а, Зейн? - меня трясёт, когда я резко разворачиваюсь к брюнету, сдерживая слёзы. Может, мне всё-таки показалось?.. Дерьмо, нет. Я знаю, что, блять, видела. - О том, что ты ведёшь себя как законченный тиран и огромный собственник или о том, что у тебя ещё есть какие-то чувства к Миранде и ты не пытаешься с этим что-либо делать? Об этом, м?
- Ты ведёшь себя неразумно.
Не могу поверить, что слышу это. Чувствую, как гнев бурлит в груди, грозясь вырваться наружу.
- Нет, это ты, чёрт тебя дери, ведёшь себя неразумно!
- Джиджи, - спокойно вздыхает, подходя ко мне. Делаю шаг назад, качая головой. - Выслушай, ладно?
- Нет.
- Пожалуйста, просто... не ругайся со мной сейчас, из-за всего этого дерьма, а позволь мне объяснить это. Пожалуйста, - смотрит на время, когда я наконец немного прихожу в себя. - Есть ещё двадцать минут. Поговоришь со мной? Прошу.
Выдыхаю, опуская всю злость, что клокотала внутри меня весь день, и молча киваю.
***
- Я никогда не слушался родителей, - начинает говорить, лёжа на матрасе, пропахшем его запахом и порошком. За окном вечер, пасмурно, что так импонирует моему настроение сейчас. Вывожу пальцами узоры на его груди, очерчивая каждую татуировку и то и дело дотрагиваясь до рисунка губ с крыльями. Это выглядит так правдоподобно и красиво, и я просто не могу дышать, видя картинки, покрывающие его тело. - Мне не нравилось, что они заставляли меня делать то, чего я делать не хотел. Ходить в музыкальную школу, изучать искусство, - замолкает на несколько мгновений, затем продолжает, словно набравшись смелости и дыхания. - Я любил петь, но они превратили это в занятия в дорогущей школе, которую я ненавидел. Я обожал рисовать, и они снова влезли в мою жизнь, заставив делать это для оценки. И я не мог ничего сказать им, потому что меня воспитывали не так. Я не имел права голоса, пока не достиг шестнадцати, и я не знаю, чем вообще руководствовались мои родители, когда считали, что из ребёнка можно сделать послушного робота, виртуозно играющего на скрипке или рисующего портреты с максимальной схожестью в шесть лет. И я стал сбегать из дома в четырнадцать, когда вместо того, чтобы играть с друзьями, помогал отцу в офисе, сидел дома за учебниками или снова перерисовывал картину, которая, по мнению учителя, была «недостаточно». Блять, я реально ненавидел мистера Пауэла. Сорокалетний невезучий говнюк, застрявший в заведении, где считался белой вороной, с окладом в двадцать пять тысяч в год.
- Но сейчас ты здесь, - напоминаю ему, - живёшь так, как считаешь нужным. И не слушаешь никого. Разве нет?
- Да, и это дорогого стоило, на самом деле.
- Я знаю, ты пережил много дерьма, так что... - ложусь на него, укладывая руки на крепкую грудь. - Просто поцелуй меня, чтобы забыть это.
Однако нас прерывает беспрерывная долбёжка входной двери и возбуждённый голос Томлинсона, твердящего, что у него есть «что-то очень интересное для вас, голубков, так что открывайте чёртову дверь!». Малик вздыхает, быстро целуя меня, и поднимается, натягивая футболку. Я заправляю постель и ложусь на неё с телефоном в руках ровно в тот момент, когда квартира наполняется радостным голосом Луи, который говорит что-то о сумасшедшем мероприятии, которое он запланировал на выходные, сразу после того, как они сдадут экзамены.
Дерьмо, я совсем забыла о том, что мой парень не только самый красивый человек на всей Земле, но также и один из горячих выпускников школы.
- Слыхали ль вы, дети мои, о том, что может твориться в моём загородном доме в конце учебного года? - драматично взмахивает ресницами, падая на матрас рядом со мной, затем тянет к нам Малика, не скрывающего понимающую улыбку; он, наверняка, вспомнил, чем начало лета обернулось для их компании в прошлом году.
В общем, они оказались в тюрьме Ирландии на следующий день после попойки у Луи, и я, правда, не знаю, как это могло произойти.
И сейчас, будучи почти-студентами, они наверняка вытворят что-то подобное, но в гораздо больших масштабах. И мне даже страшно представить, где на этот раз окажутся мои парень, брат и друзья. Смотрю на Зейна, тот облизывает губы, переводя взгляд с телефона на меня, и подмигивает, пока Луи продолжает говорить о том, как именно он будет тратить деньги родителей в этот раз.
Возвращаю внимание к телефону, где обрабатывала фотографию меня и Зейна, сделанную не так давно Логаном. Мы смеёмся, смотря друг на друга, и это похоже на что-то большее, чем просто симпатия. Не знаю, как такое могло произойти, но теперь я не могу представить свою жизнь без него.
Она была блёклой, серой и лишённой свежести. Конечно, я веселилась, у меня были действительно яркие моменты, но с приходом Зейна Малика всё изменилось. Этот парень украсил каждый дюйм моего бытия красками, заставляя привыкнуть к запаху его тела и сносящей разум улыбке.
Я люблю его.
Чёрно-белая, идеальная до всех мелочей, фотография красуется в моём профиле, подписанная простой для всех, но такой значимой для нас строчкой.
gigipayne: from dusk till down.
***
- Эй, любимая, - Логан тянет меня к себе. - Кому-то через полторы недели семнадцать, - раздосадованно стону ему в плечо. - О малышка, это нормально. Быть семнадцатилетним - круто. Например, ты можешь подходить ко всем малявкам и говорить им, что тебе исполнилось семнадцать. Типа, - задумывается, - мне, чёрт возьми, семнадцать, и это самый, блять, идеальный возраст, но о чём я говорю? Вам, десятилеткам, пятилеткам и бла-бла, не понять меня.
Смеюсь, говоря ему, что он придурок.
- Зато я твой придурок. И Найла.
- Точно, Найл, - киваю. Сегодня уже четверг, мы писали пробные тесты по итоговой аттестации, которая будет в конце следующей недели, и я совсем не волнуюсь, вы чего. - Как вы там?
- О, всё круто. В смысле, я до сих не могу свыкнуться с мыслью, что я и моя зайка получили в парней горячих красавчиков школы, которые, к тому же, обожают нас в ответ даже больше, - начинает болтать о том, как ему повезло с Найлом и о том, как Зейну повезло со мной, на что я только киваю и не даю ему врезаться в идущих навстречу учеников, которых друг попросту не замечает.
- Джиджи? - резко оборачиваюсь, удивлённо смотря на руку парня, сжимающую мой локоть. Логан разворачивается следом за мной, так что я могу видеть, как быстро меняется спектр эмоций на его лице; он прищуривается, скидывая конечность моего бывшего парня, и спрашивает, какого чёрта ему нужно. - Я хотел поговорить.
- Мы не будем с тобой разговаривать, - таким тоном, будто вот-вот впадёт в истерику.
- Я хочу поговорить с ней, а не с тобой, Кларк, - Риван поправляет волосы, убеждаясь, что они выглядят хорошо. Что-то никогда не меняется, давайте признаем. Затем смотрит на меня. - Джиджи, позволь поговорить с тобой. Это важно.
Вздыхаю, смотря то на мрачного друга, то на умоляющего блондина. Чёрт.
- Это быстро? - оглядываюсь, не видя (слава богу) Зейна или кого-то из наших друзей, и киваю, когда он говорит: «да», собираясь уже идти за облегчённо выдохнувшим парнем, но не сдвигаюсь с места из-за мёртвой хватки Логана, который качает головой. - Лог, ты чего?
- Ты ёбнулась, любимая?
- Мы просто поговорим. Всё в порядке.
- Он мудак, - озабоченно разглядывает моё лицо, очевидно ожидая, что я скажу, что пошутила. - Я не хочу, чтобы ты оставалась с ним наедине, прости, если это выглядит так, как будто я не хочу, чтобы ты общалась с кем-то, кроме меня, потому что ты только моя любимая, и я, вообще-то, правда не хочу, но Риван... он же конченный. Абсолютно конченный придурок, который заставлял тебя делать плохие вещи. Он не стоит твоего времени и внимания, ладно?
Крепко обнимаю мгновенно расслабившегося шатена, но говорю, что это всего лишь разговор.
- Бля, Джи...
- Я сейчас вернусь.
Иду за блондином, по пути читая сообщения от Зейна и Луи и проверяя ленту инстаграма. Когда мы заходим в пустой кабинет, и он закрывает за нами дверь, немного напрягаюсь, но не подаю вида. Телефон начинает вибрировать, на экране высвечивается имя Малика, и я сбрасываю вызов, выжидающе смотря на парня.
- Ты и Малик, да? - кусает губу. Он невероятно красивый и умный парень, конечно, отчасти нарцисс, но всё же мы встречались с ним почти три года, и в основном между нами были хорошие моменты. С ним было интересно, но потом чувства просто исчезли. Я не могла ничего с этим поделать.
Киваю.
Смысл скрывать или оправдываться? О наших отношениях знает вся школа, а Риван уже не часть моей жизни, чтобы доставать меня расспросами или что-то предъявлять.
- Это то, о чём ты хотел поговорить?
- Нет, я вообще-то... - садится на парту, немного сжимая ладонями колени, затем опускает голову вниз. Iphone в руке продолжает настойчиво звонить, и я в который раз сбрасываю. - Ты ведь помнишь, что моя сестра сильно болела, да?
- Она лежит в больнице в Швейцарии, да, - смутно догадываюсь, о чём может пойти речь, и готовлюсь к худшему.
- Лежала, - невольно ахаю. - Сегодня утром она умерла, - оказываюсь рядом с ним и обнимаю, прекрасно понимая, что сейчас делаю, но я нужна ему. - Я даже не успел попрощаться с ней, Джиджи, понимаешь? Я... - судорожно вздыхает. - Мы должны были поехать к ней через две недели, после этого дерьма с аттестацией, чёрт. Джиджи, я не видел собственную сестру несколько месяцев, и она умерла, а я даже не сказал ей «прощай». Я облажался.
- Нет, нет, ты не виноват, слышишь?.. - заставляю его поднять голову, держа его заплаканное лицо в своих ладонях. - Риван, ты не виновен в том, что она умерла. Не виновен, ясно?
- Я облажался с тобой, Джи, - шепчет, смотря на меня, и я понимаю.
Конечно, я понимаю.
Ведь он до сих пор любит меня. Всегда любил.
- Прости, но я не хочу отношений с тобой, - качаю головой, но не отхожу. - Мне жаль твою сестру, я всегда поддержу тебя, но...
- Ты никогда не полюбишь меня так, как любишь его, да? - внезапно хрипло. - У нас с тобой всё было не так. А с ним... всё по-взрослому, да? Ты любишь его? Правда любишь больше, чем меня?
- Риван, пожалуйста-
Дверь совершенно неожиданно ударяется о стенку, и я теряю дыхание, когда вижу, насколько он зол.
Блять.
Зейн.