16
Лиса выпускает очередной клубок пары и нервно переминается с ноги на ногу.
Она не понимает чего ждёт. Зачем ждёт его приезда. Может же уйти (убежать) «домой». Но, все равно продолжает стоять на этом, чертовом мосту.
А весна вообще-то, совсем не радует своей погодой. Конец мая, а она мерзнет в осенним пальте.
Раздражает.
Всё жутко раздражает.
Свет фар мгновенно ослепляет её, заставляя зажмурится.
Приехал..
Сехун быстро выходит из машины. Тёмные волосы растрепанные, на лице виднеется слегка отросшая щетина, а серое пальто одето на пижаму.
Он широкими шагами преодолевает расстояние между ними и хватает её руки, принимается их растирать.
— Замерзла? — нежно спрашивает О и Лиса согласно кивает.
— Зачем ты приехал? — тихо спрашивает она.
— За тобой, — спокойно отвечает он и тянет за собой.
— Зачем?
— Потому, что захотел..
Сехун усаживает её в машину, закрепляя ремни безопасности и когда заканчивает, поднимает голову вверх пересекаясь с ней взглядами. Внутри всё дрожит и горит одновременно. О нервно сглатывает, взгляд падает на её губы, которые подрагивают из-за холода. Покусанные, пухлые и такие желанные..
— Не надо.. — шепчет Лиса.
Вовремя.
Вовремя она остановила его.
Сехун резко отстраняется от неё и закрывает дверцу с её стороны. Обходит машину и садится за руль.
Лиса откидывается на спинку кресла и растирает онемевшие руки.
В машине тепло и уютно. На миг она расслабляется, забывая о том с кем она и куда едет. Просто на душе стало спокойно, всего на пару минут..
— Куда ты меня везёшь?! — обеспокоено спрашивает она, всматриваясь в его профиль.
— К себе, — спокойно произносит он, не отрывая взгляда от дороги.
— Нет! — вскрикивает Лиса. — Отвези меня домой. Ко мне домой.
— Поздно, — равнодушно отвечает О. — Мы почти приехали.
— Что?! Да...как ты? — Лиса задыхается от возмущения. — Живо разворачивайся! — она цепляется в его свободною руку.
— Перестань истерить! — рявкает он и Лиса убирает свою руку, отскакивая от него, как от прокаженного. — Прости, я не хотел на тебя кричать.. — О смягчается, замечая, как она напугана и останавливает машину около тротуара.
— Отвези меня домой.. — одними губами, снова хватая его за руку.
— Я отвезу, честно. Но, не сейчас. Сейчас тебе нужно успокоится..
Он отвезет её. Правда отвезет, хоть и не желает этого всем сердцем.
Но видя её такой, он не может прямо сейчас отпустить в лапы этого чудовища. Вероятно он и есть причиной данного состояния Лисы.
Сехун уверен в этом.
— Пойдем, — уговаривает он её, но она недоверчиво смотрит на него. — Я не сделаю тебе ничего плохого, просто тебе нужно согреться и отдохнуть, а потом я отвезу тебя к твоему мужу, идет?
Лиса кивает головой, словно маленький ребёнок, и Сехун быстро выходит из машины, а уже через секунду он открывает дверь ей, и та выходит. Она прихрамывая обходит иномарку О, и мужчина хмурится.
— Почему ты хромаешь? — строго спрашивает он.
Но, она не отвечает. Смотрит на него, а он смотрит на неё. Кажется прошла целая вечность, но на деле всего пара минут. Сехун жадно впивается взглядом в каждую черточку её идеального лица. Хочет запомнить их навсегда, чтобы навечно запечатлелись в его памяти.
Лиса замирает. Она не понимает почему сердце так бешено бьется, отдавая куда-то в глотку.
Боже..
Он резко подхватывает её, подмечая про себя, что она слишком легкая. Словно и не весит ничего. Сехун хмурится, а Лиса удивленно смотрит на него. Несмело обвивает его шею руками и О невольно задерживает дыхание от ощущения её холодных рук на его коже.
Мужчина быстро поднимается в дом и не снимая верхней одежды, заносит Лису в свою спальню, усаживая её на расстеленную кровать.
— Вот одежда, — он порылся в шкафу и выудил оттуда серые спортивные штаны и такого же цвета толстовку. — Переодевайся, а я пойду за аптечкой и сделаю тебе чай.
С этими словами Сехун покинул комнату, оставляя Лису одну.
Комната была просторной, кроме кровати, шкафа и стола в углу, больше ничего и не было.
Серые стены в тусклом освещении, придавали помещению некий уют, который Лиса никак не могла объяснить. Просто было комфортно.
Она вздохнула. Всё вокруг было пропитано его запахом. Аромат, который дурманил, пленяя её легкие. Взгляд упал на предложенную одежду. Она кончиками пальцев, легонько коснулась теплой ткани, очерчивая её.
— Это всё неправильно.. — тихо прошептала Лиса себе под нос.
А, что тогда правильно?
Никто не знает.
Чон сняла с себя пальто и ночную сорочку, которую она заправила в джинсы. Аккуратно разулась и посмотрела на порез. Дело плохо.
Кровь потемнела и немного запеклась. Лиса зажмурилась от неприятного покалывания и жжения. Выдохнула сквозь зубы и подавила приступ рвоты.
Потянулась за толстовкой и быстро одела её. Стало тепло и спокойно.
Сехун буквально ворвался в комнату, заставляя её вздрогнуть от испуга.
— Прости, не хотел тебя напугать.. — виновато проговорил он, подходя ближе.
— Спасибо, — пробормотала Лиса, стараясь не поднимать на него взгляда.
— Показывай ногу, — О опустился перед ней на колени и аккуратно схватил её за лодыжку.
Нежная кожа, враз покрылась мурашками от этого, казалось бы, незначительного прикосновения.
— Лиса, что произошло?! — прошипел он, оглядывая её рану.
— Ничего особенного..
— Ничего особенного?! Ничего, блять, особенного?! — крикнул он, багровея от злости. — Не ври мне!
— Я просто.. — её губа предательски задрожала. — разбила кружку.
Врет. Так нагло врет, и Сехун это понимает, но молчит. Внимательно слушая её придуманную историю.
Но сам знает и в который раз убеждается, что во всём этом виноват Чонгук.
— И порезалась.. — заканчивает она, несмело заглядывая в его глаза.
О быстро справляется с обработкой раны. Хорошо промыв её, смазав мазью и наложив бинт. Он аккуратно поставил её ногу на пол и медленно поднялся с колен, надвигаясь на застывшую Лису.
Чон не заметила, как перестала дышать. Как горло пересохло, а внутри всё пылало, что живот скручивало.
Она нервно сглотнула.
— Почему ты так много врешь? — прошептал ей прямо в губы, укладывая её на кровать и нависая сверху.
— Потому, что так надо..
Сехун приближается ближе, останавливаясь в пару миллиметрах от её губ. Щекочет своим горячим дыханием её нежную кожу лица, заставляя крупно дрожать и больно закусить нижнюю губу.
Лиса чувствовала, как жар нарастал с каждой секундой, всё больше и больше. Чувствовала, как тело обмякает и в тоже время напрягается, как струна от каждого незначительного прикосновения с его стороны.
— Сехун.. прошу остановись. Не надо.. — она понимала, если не остановит его (и себя заодно), будет поздно.
Лиса не могла так поступить с Чонгуком. Не такой она человек. Даже зная, и каждый раз переживая ту боль, что приносит ей муж, она всё равно не сможет изменить ему.
Будь-то один раз или же несколько..
— Не хочу останавливаться! Пожалуйста, позволь.. — Сехун кончиками пальцев очертил её нижнюю губу.
— Я замужем, Сехун! — вскрикивает она, а на глаза наворачиваются слезы. — Замужем за Чон Чонгуком! Я не могу ему изменить...
— После всего, что он сделал?! — рычит О, резко срываясь и поднимаясь на ноги.
До беления костяшек сжимает кулаки. Глаза вмиг чернеют, а сердце кровью обливается.
— Да! — кричит Лиса, тоже поднимаясь, игнорируя боль в ноге. — Я не поступлю так с ним!
— Лиса.. — шумно выдыхает, прикрывая глаза. Пробует успокоится, либо в противно случае, он просто набросится на неё, не смотря на всё её слова. Не смотря на сопротивление. И возьмет свое, то, что должно принадлежать ему, а не ублюдку Чону!
Это ему - она должна хранить верность. Это его - она должна так яростно защищать. Это его - ошибки она должна прощать и прикрывать своим нелепым враньём!
Чонгук и грамма не заслужил подобного!
Больной, отмороженный на всю голову, урод заслужил только самой ужасной смерти. Заслужил только одну боль. Мучительную боль, чтобы корчился от неё в судорогах, чтобы просил. Нет. Умолял о скорой смерти.
— Сехун.. — её руки ложатся на его щеки и О вздрагивает. — Я не могу. Не проси. Не надо этого делать..
— Ты же чувствуешь это, правда? — открыв глаза, берёт её ладонь в свою и прикладывает к груди.
Лиса чувствует, как бьется его сердце. Точно также, как и его. Щеки краснеют сами по-себе.
— Сехун..
— Тебя же влечёт ко мне, также, как и меня к тебе! И не смей этого отрицать!
— И что с того? — она горько усмехнулась. — Пойми уже, мы не можем быть вместе!
— Ты останешься? — с надеждой спросил он, пропуская её фразу мимо ушей.
Но, она так больно полоснула по сердцу, оставляя очередную, глубокую рану.
— Только на эту ночь.. — шепчет Лиса.
— Спасибо, — Сехун погладил её по щеке и Лиса в удовольствии прикрыла глаза.
***
Лиса так и уснула в теплых объятиях Сехуна. В которых чувствовала себя в полной безопасности. Впервые её сон был столь крепким и спокойным.
А Сехун с замиранием сердца наблюдал за ней. Лелея в душе надежду, что она будет, вот так засыпать и просыпаться в его объятиях. Он всем сердцем желает всегда наблюдать за ней.
Хочет привязать к себе навечно и не отпускать больше никогда.
Но всему приходит конец.
И О знал, что, как только наступит утро, она уйдёт. А всё, что останется от неё, это: теплая кровать и нежный, травяной аромат, что въелся в его лёгкие...