9
Чеён медленно поворачивается к Чимину лицом, испуганно вглядываясь ему в глаза.
Тот снимает пистолет с предохранителя и в мертвой тишине отдаётся звук, который заставляет Пак вздрогнуть, и попрощаться с жизнью.
— Чего же ты молчишь, а? — горько усмехается Чимин.
— Чимин, убери..пистолет, пожалуйста.. — тихо просит Чеён, смотря на него сквозь пелену мутных слез.
— Убрать?! — он приходит в ярость и подставляет дуло пистолета прямо ей в лоб. — Я столько лет ждал ребёнка и тут на тебе, оказывается, что всё это время он у меня был!! — Чимин краснеет от злости. Резким движением он откидает оружие куда-то в сторону и оно с грохотом падает на пол, заставляя Чеён зажмурится от страха.
— Почему?! — громкий крик и он грубо хватает жену за плечи, припечатывая её о входную дверь.
— Чимин... — Чеён заикается глотая слезы, с трудом разлепляет глаза и заставляет себя посмотреть ему в глаза. — Я сейчас тебе всё... объясню, только отпусти.. — хрипит она, когда чувствует хватку на своем горле.
— Конечно, ты мне сейчас всё объяснишь. У тебя нет выхода, моя дорогая. — шипит Чимин, сжимая тоненькую шею в своей руке.
Чеён жадно хватает воздух, цепляясь за его руку. Он убьёт. Убьёт не раздумывая. Прибьёт её, как муху. Делов то...для него это не в первой.
А Паку хреново. На душе так хреново, что хочеться самому выстрелить в себя из этого грёбаного пистолета. Чимин не может понять за, что она так с ним. Почему её поступки, ножом врезаются прямо в его сердце, оставляя там глубокие гниющие раны? Почему хочется обнять её, сказать, что любит, что не причинит вред?
Почему?!
Никогда. Никогда Пак Чимин не любил. За свою жизнь он никогда, никого не любил. Даже свою мать. Женщину, что дала ему жизнь, он презирал и ненавидел.
Он никогда не чувствовал любви и сам никогда не любил.
Но Пак Чеён. Пак Чеён — это грёбанное исключение всей его жизни. Он, блять, не то, что влюбился, он её любит. Любит до такой степени, что голыми руками убьёт любого, кто посмеет причинить ей малейший вред.
И из-за такой его любви к ней, она так зверски поступает с ним?
— Отпусти ... пожалуйста... — хрипит Чеён.
И он отпускает. Отпускает потому, что если бы и задушил, потом убил бы себя. Не раздумывая выстрелил бы себе прямо в голову..
— Ты столько месяцев скрывала от меня сына? Чеён, ты не представляешь, как я близок к тому, чтобы убить тебя..
— Я всё расскажу! Всё! Только выслушай и не перебивай. — получается хрипло и сбивчиво.
Шея саднит, а руки и ноги до сих пор трясёт от страха.
Мысленно она уже умерла, но нет не дано умереть ей так быстро. Она всё ещё жива и дышит этим удушливым воздухом, стараясь не разрывать зрительного контакта со своим мучителем. От которого зависит вся её дальнейшая жизнь..
— Я внимательно тебя слушаю, Пак Чеён.. очень внимательно.
***
— Доброе утро. — безразлично здоровается Лиса, садясь за стол напротив мужа.
— Весьма доброе, любимая.. — Чонгук хитро ухмыляется, откладывая газету в сторону. Лиса морщится от такого радостного тона Чона, но ничего не отвечает. — Ты кушай, кушай, ведь сегодня мы едем на охоту, тебе нужно будет много сил.
— Куда мы едем? — Чонгук довольно улыбается от этого «мы», кинутого совсем между прочим, но это так ласкает слух, что невозможно не улыбнутся.
— На охоту. С моими партнёрами.
— И кто же инициатор, столь чудесной идеи? — язвит Лиса, отпивая кофе и от ответа, чуть не давится им.
— О Сехун. — Чон выплевывает его имя с таким отвращением и злобой, что Лисе на миг становится страшно. Она поднимает на мужа полон удивления взгляд, искренне не ожидая такого ответа от него.
— Понятно. — сухо отвечает она, пытаясь скрыть ужасное волнение.
— Бо Ра уже всё подготовила так, что после завтрака мы сразу выдвигаемся в путь. — его слова звучат так обыденно и просто, словно они счастливая семья с безупречными отношениями.
— Хорошо.
***
Внедорожник Чона всё дальше и дальше выезжает за пределы Сеула. За окном одна трасса за которой уже вырисовывается лес.
Лиса прикрывает глаза и вдыхает приятный хвойный аромат, что проникает через открытое окно.
Она откидывается на спинку сидения и просто отключается. Забывая о том куда и с кем она едет. Сейчас совершенно не хочеться думать об этом. Хочеться просто насладиться этим временным спокойствием, что так усыпляюще действует на неё.
Чон украдкой поглядывает на жену и его губы расплываются в счастливой улыбке. Она даже не представляет насколько красива, когда спит. Эти пухлые приоткрытые губы, аккуратный носик и светлые волосы раскиданы по спинке сидения, что наполняют весь салон своим, безумно приятным ароматом, что заменил Чонгуку кислород и сейчас он смело может сказать, что вздохнул полной грудью..
Он сжимает руль в руках до
по-беления костяшек, когда видит гелендваген Пак Чанёля на капот которого оперся Сехун расслаблено покуривая сигарету. Тот сразу замечает внедорожник Чона и на его лице появляется хитрая усмешка, а глаза начинают не по доброму искриться.
Правда сколько усилий ему стоит это.
Чонгук заглушает мотор и обращается к Лисе на минуту замирая от эго милого вида.
Он легонько тормошит её за плечо от чего та по-детски хмурится и понемногу открывает глаза, заставляя Чона напрочь позабыть о О Сехуне.
— Дорогая, мы приехали. Просыпайся. — Лиса вжимается в сидение, чтобы не соприкасаться с мужем. Он не позволительно близко.
Она слегка кивает головой и хочет уже покинуть машину, как Чонгук резко останавливает её, грубо хватая за локоть. От его былой нежности не остаётся и следа..
— Будь умницей и не натвори глупостей. Ты же не хочешь меня расстроить? — пристально вглядывается ей в глаза, от чего у Лисы кожа покрывается мурашками.
— Отпусти.
— Ты не ответила.
— Хорошо. Отпусти. — шипит она и Чон ослабляет хватку.
— Умница. — он тянется за поцелуем, но та резко выпрыгивает из машины, лицом к лицу сталкиваясь с Сехуном, который и не сводил с неё своего
пристально-пугающего взгляда.
— Миссис Чон. — он буквально выплёвывает это, и большими шагами сокращает расстояние между ними. Берёт её хрупкую руку в свою и целует её. Надолго задерживаясь. Хочет распробовать вкус её кожи, запомнить навсегда, но Лиса резко выдёргивает руку и испуганно с большим непониманием вглядывается ему в глаза. Он невольно улыбается этому.
— Мы заставили вас ждать, надеюсь вы не заскучали? — голос Чонгука отрезвляет и заставляет обернутся и посмотреть на него.
Сехун возвращается к гелендвагину Пака, а Лиса подбегает к мужу и тот сразу хватает её за талию.
— Да, что вы.. — из леса выходит высокий, шатен с огромным автоматом в руках. — Пока ждали смогли немного поохотиться. — его басистый голос пугает Лису и весь его вид, прямо таки кричит о его пугающем авторитете.
— Пак Чанёль. — он мягко улыбается Лисе, заверяя её, что ей точно не следует бояться его. И она расслабляется, позволяя себе ответную улыбку.
— Вы напротив.. быстро приехали, а вот Чимин, то действительно опаздывает, — хриплый голос Сехуна, заставляет Лису сжаться и вздрогнуть.
— Да, да опаздывает он что-то.. — недобро ухмыляется Пак и не сложно заметить, как он сжимает оружие в своих руках.
— А вот и он! — замечает Чон, когда сзади его машины останавливается джип Чимина.
Пак выходит хмурым, полностью в чёрной одежде и с чёрными солнцезащитными очками на глазах. Он на секунду задерживается взглядом на Чанёле, а тот в ответ «дружелюбно» улыбается ему. Чимин ладоней проходиться по волосам и направляется к ним.
— А где Чеён? — беспокоится Лиса не увидя подруги около Пака.
— Ей стало плохо и она осталась дома. — холодно отвечает он. — Просил всех извинить её и передавала тебе «привет».
Лиса сразу переменяется в лице. Что-то определённо произошло, ведь никогда не было такого, чтобы Чеён не сопровождала своего мужа. Сколько помнит Лиса, подруга была с Чимином везде и всегда. Подозрения крадутся в голову, но она не хочет их озвучивать Паку. Слишком опасно для Чеён.
— Ну, тогда.. если все в сборе, мы можем уже идти. — прошедшись по всех взглядом, заключает Сехун.
Охота началась...
***
Сославшись на усталость, Лиса постелила себе плед на полянке и села отдыхать. Ей не особо хотелось идти на эту «охоту», ведь посыл этой встречи был далеко не мирным.
А ей так хочется спокойствия и если бы ещё была бы рядом Чеён..
Она не знает, что ей думать. Расспрашивать, что-то ещё Пака она боялась. Ведь весь его вид говорил о том, что что-то случилось, и Лиса боялась, что это «что-то», именно то о чём они говорили с подругой вчера...
Пение птиц и легкий прохладный ветерок успокаивали. Лиса, как на удивление, впервые за эти долгие четыре года смогла ощутить давно забытое спокойствие, которое теплом разливается по всему телу.
Но видимо не суждено ей жить спокойно..
Совсем рядом проносится оглушающий выстрел и Лиса подскакивает на месте.
На первый взгляд кажется, что в этом нет ничего удивительного и странного. Это же — охота.. Но сердце чует не ладное и она срывается с места, направляясь туда, откуда проносится ещё один выстрел...
Внутри всё леденеет. Ладошки потеют, а к горлу подходит болезный ком. Сердце бьется, как безумное и Лиса кривится от боли в груди, но не перестаёт бежать туда.
Чонгук стоит напротив Сехуна и всматривается ему в глаза, держа того на мушке. О тоже крепко сжимает рукоятку пистолета, нацеливаясь прямо в голову Чона. В их глазах играет безумная ярость, злость и ревность(?)...
Оба охотники. Оба желают одну и ту же жертву, которая так некстати прибежала сюда и смотрит на них глазами полными блестящих слез..
— Что здесь происходит?! — этот крик, больно врезается в их сердца. Оба хотят убить себя из-за её страданий, но не смотря на это продолжают держать друг друга на прицеле, будучи готовым выстрелить в любой момент.
— Лиса, живо уходи отсюда! — кричит Чон, переводя на неё внимание.
— Нет!
— Лиса! — от этого голоса она замирает, он впервые обратился к ней неформально. — Ты не видишь, что мы с твоим мужем играем, правда Чон? — усмехается О и Чонгук снова поднимает на него свой взгляд.
— Играем. Ещё, как играем..