Часть 3
Сегодня Мартин Уилсон выглядит шикарно. Хотя он так всегда выглядит. Он идёт по коридору и смотрит только перед собой, ни на кого другого. У него идеальная походка, на лице застыла ухмылка, а глаза смотрят на всех с издевкой. Девичьи взгляды наполнены восхищением, а парни смотрят с завистью. И только я одна пытаюсь слиться со стенкой, стать невидимкой, раствориться. Лишь бы он прошёл мимо.
Я до сих пор чувствую на себе его горячее дыхание, и мне становится... ужасно? Нет. Я не знаю, что вообще испытываю к этому парню. Это была глупая влюбленность, глупой семиклассницы. Ну а сейчас-то что происходит? Я уверена, у меня нет к нему больше никаких чувств, потому что Мартин Уилсон хоть и прекрасен оболочкой, но внутри он точно урод.
- Лори, - подходит ко мне Кэт. - Ты чего побледнела?
- Всё нормально, Кэт, просто я... - но я не успеваю закончить свою фразу, потому что вижу как он подходит к нам.
- Привет, Лори, - обращается он ко мне и встал напротив меня, - Чего такая кислая?
- Отвали уже от неё, Уилсон, - огрызается Кэт и хмурит брови.
- Не хмурься, киска, - ухмыляется Мартин. - Твоему милому личику это не идёт.
И уходит.
Я чувствую, как атмосфера накаляется, становится жарко, а ещё больше неловко, потому что теперь на нас, в прямом смысле, смотрит вся школа.
Я поднимаю глаза и смотрю на всех. Девушки прожигают во мне дырку осуждающим взглядом. Я не выдерживаю и быстро захожу в кабинет, где у нас будет первый урок.
На протяжении всего урока я чувствовала раздражение со всех сторон. Отлично, теперь из-за Мартина меня будет ненавидеть вся школа.
На четвертом уроке мне становится противно находится среди этих людей, и я ухожу в самый конец коридора, где находится библиотека. Потому что там всегда пусто и тихо.
Я усаживаюсь на подоконник и смотрю на улицу. Понятия не имею, почему мне сейчас так тошно. Неожиданно для себя, представляю лицо Мартина в отражении в окне и мне хочется сломать стекло вдребезги. Вместо этого, я подышала на окно и вывела пальцем:
"Мартин".
Потом я смотрела как эта надпись исчезает и мне очень захотелось, чтобы и сам обладатель этого имени исчез из моей гребанной жизни.
- Эй, малышка, ты что, всё ещё сохнешь по мне? - послышалось совсем рядом с моим ухом и мне, серьёзно, от всей этой ситуации, захотелось выпрыгнуть в это самое окно.
Я начала заливаться краской и быстро стирать надпись своим рукавом, но это же бесполезно. Он всё видел.
Я даже поворачиваться не буду, потому что буквально горю от стыда.
- Я не сохну по тебе, - промямлила я и начинаю ненавидеть себя за то, что не могу нагрубить ему также, как это сделала Кэт.
- Ну это мы ещё посмотрим, - шепчет он и уходит, а мне уже срочно нужен огнетушитель.
***
- Лори, что с тобой? - интересуется Кэт, когда мы идём домой. - Ты сегодня весь день не в духе.
Я не отвечаю, потому что я уже чуть ли не всю жизнь не в духе.
- Эй, хочешь я подарю тебе кое-что? - не отстает она и без моего подтверждения, достаёт из кармана жвачку. - Это тебе.
- Зачем она мне? - я хмурюсь и вспоминаю как вчера выбросила её в мусор из-за какого-то глупого текста.
- Просто так, чтобы ты подняла себе настроение.
- Спасибо, - благодарю я и беру жвачку «Love is...».
Мы прощаемся с Кэт, и я снова иду на площадь, по пути раскрывая жвачку.
- Это обычная жвачка, вчера просто было совпадение, - твержу себе, хотя самой страшно читать.
Может совсем не читать? Нет, не смогу.
Я уже запихиваю саму жвачку в рот, жую её и только потом смотрю на текст:
"Любовь это... Когда тебе рядом с ним становится невыносимо жарко".
Я давлюсь жвачкой и выплёвываю её.
Этого не может быть!