11 Часть
Не понимаю, как я вообще ещё не сдохла? Всю эту неделю я сидела в комнате Юнги боясь выйти оттуда думая, что джин сделает ещё что похуже. Я плакала. Боже! Как же я плакала! Я сжала записку в руке: -Господи! За что? Закричала до рези в горле. Не помню, как сползла на холодный пол. Я хватала ртом воздух и глотала слёзы. Я кричала. Плакала. Как сумасшедшая. Я забилась в угол и, запустив руки в волосы смотрела в одну точку. А потом свернулась калачиком прямо на холодном полу. Увидел бы кто сказал: Приступ у психически больной. Но это не приступ. Это крик души. Крик от боли съедающий меня внутри и разрывающей меня на части. Истерика. Я сидела как дикая запуганная птичка в клетке. Никогда раньше со мной такого не было, но люди называли это состояние одним острым словом.
Безысходность. Всю ночь как кукла я просидела на полу. Обхватила ногу руками и смотрела в бездонную пустоту. Дни шли, и я гибла. Умирала. Сохла, как цветок, который хозяева бросили и уехали на курорт. За две недели я-то теряла несколько килограмм, появились мешки под глазами, стали видны скулы, обтянуты кожей, руки постоянно дрожали. В начале третьей недели я не сдержалась и разбила руки в кровь колотя дверь. Собравшись с мыслями, я решила послушать песню, которую написал Шуга. Я нашла диск. Тот самый с его песнями. Я решила принять ванную. Включив холодную воду и музыку на всю громкость, я решила взять лезвие. Вытащив лезвие из бритвы. По телу пробежал легкий холод. Я коснулась лезвием запястья. Секундная пауза. Немного погодя вся запись истекала алой кровью везде были порезы, я чувствовала слабость. Моя рука безвольно опустилась в ванну. Я не хотела смотреть на сколько окрасилась вода. Просто лежала с закрытыми глазами, думая, каким будет выражение его лица, какими будут первые мысли, когда он найдёт в ванной моё бездыханное тело. Черт возьми! Ноя не могу так, не могу. В одну секунду в моей голове проснулся голос разум. Что же я делаю? Разве я хочу умирать? Нет! Я жить хочу, господи жить хочу! Я потянулась рукой к тумбочке и достали телефон. Набрала единственный номер в моём телефоне. Послышались длинные гудки. «Ну же! Возьми трубку! Я звоню тебе впервые за три недели. Ты должен поднять трубку. Должен, чёрт побери! Пожалуйста…» -я молилась. -Юнги слушает-послышался сонный голос. От его голоса сердце замерло, полились горячие слёзы. -Умоляю, приезжай. Я не хочу умирать. Телефон упал в воду. Я открыла глаза так и не могла вздохнуть, перед глазами стояла темнота. Поздно. Слишком поздно, Сурин, ты ухватилась за жизнь. Ни входа. Ни биение сердца