#11
Медсестра спрашивает у меня всю нужную ей информацию. На все вопросы, отвечаю на полном автопилоте. После нее, ко мне ещё подходил доктор, который занимался Мэредит и еще офицер полиции.
Доктор Фрэнклин сообщил хорошие новости. Им удалось вовремя уколоть ей нужный препарат, который предотвращает последствия передозировки, в частности и сердечную недостаточность. Которая может быть вызвана от передозировки именно кокаином. Все осталось позади, еще несколько дней ее продержат под присмотром. Так же, он мне настоятельно рекомендовал, отправить ее в реабилитационный центр. Нужно было предотвратить, возможные, следующие срывы. Он преподнес мне несколько бюллетеней с некоторыми на его взгляд хорошими клиниками. Я поблагодарила его и сказала, что обязательно просмотрю все и выберу наилучший вариант. Лучший вариант из того, что смогу себе позволить.
Возможный разговор с офицером, заставил меня ненадолго прийти в себя. Из-за того, что больница обязана сообщать, когда к ним попадают люди с такими проблемами как у Мэредит, мне предстоял не лёгкий разговор. Я безумно нервничала, потому что если он захочет осмотреть нашу квартиру, то в моей комнате, он найдет много чего интересного.
Последние два года, все что принимала Мэредит я оставляла и прятала. В мою голову и мысль такая не приходила, что когда-то, возможно, наше жилище будет осматриваться.
Несколько часов спустя, Мэредит перевели в обычную палату, я нервно ходила по стороны в сторону дожидаясь того момента, когда она придёт в себя. Моя голова была опущена, только стоило услышать приближающиеся шаги, мне пришлось поднять голову и от увиденного мое сердце заколотилось еще быстрее. По коридору навстречу шел мужчина в форме. По мою душу и все грязные секреты.
- Мисс Саттер? - обратился он, когда расстояние между нами достигло всего нескольких шагов.
- Да, - машинально ответила ему.
- Офицер Клэйн, - представился он, протянув руку. - Мне нужно задать вам несколько вопросов. Мы можем пройти в другое место? Например, кафетерий, этажом ниже? Вашей матери нужен сейчас отдых, впрочем, как и вам самой, после пережитого.
- Конечно, - выбора особого у меня не было.
Как бы мне не хотелось сейчас остаться одной и переварить все, что случилось за сегодня, этого разговора мне не избежать.
Держась плечом к плечу мы прошли весь коридор и спустились на этаж ниже. Запах крепкого кофе сразу же ударил мне в ноздри. И тут я поняла. Кроме ключей от квартиры и телефона, я ничего не взяла с собой. У меня нет денег чтобы добраться домой, не говоря уже о том, чтобы купить кофе. Все так же продолжая следовать за офицером, мысленно проклинала себя, за такую ошибку. Он выискивал, наверное, подходящее место для разговора, потому что мы прошли как минимум несколько свободных столов. Ним было одобрено маленький столик на двоих возле панорамного окна. Жестом указав мне на него, он сел. Последовав его примеру, заняла место напротив.
Из нагрудного кармана офицер вытащил маленький блокнот с ручкой. Посмотрев на меня, заговорил:
- Итак, мисс Саттер. Как долго ваша мать увлекается наркотиками? В больнице записей о ее прежних передозировках было не обнаружено. Полагаю, это впервые. Может вы осведомлены, где она их покупает?
- Все началось, около двух лет назад. Тогда умер близкий нам человек, мы обе ходили на сеансы психотерапии. Ей тогда выписали что-то, я уже точно не помню, - пожала плечами. - Наверное тогда все и началось, антидепрессанты, успокоительное. Понимаете, на то время мы обе были в депрессии. Мне потребовалось около полугода чтобы окончательно прийти в себя, а она до сих пор не может вернутся к прежней жизни.
- Вы утверждаете, что на протяжении двух лет она принимала?
- О, нет. Извините, может я неправильно выразилась. Ее самочувствие не изменилось, но таблетки она перестала принимать, вместе со мной, полтора года назад, - я нагло врала ему. Все это время она не переставала. Если только он узнает правду и увидит все то, что лежит у меня дома, будет трудно доказать, что-либо.
- Вы можете предположить где она купила наркотик?
- Понятия не имею. Я даже не знаю откуда она взяла деньги на них, так как не работает.
- Хорошо, Мисс Саттер. Последний вопрос. Если ли у вас малейшее сомнение, насчет того, что у вас дома, имеются еще какие-либо наркотики?
Черт!
- Что вы, не думаю, что это так. Даже, полностью уверенная, что сюрпризов, в виде каких-либо наркотиков, у нас дома не имеется.
Опять из моего рта звучала наглая ложь. Я пыталась говорить невозмутимо и довольно убедительно. На лице мужчины не дрогнул ни один мускул. Было трудно понять, что у офицера Клэйна на уме.
- Спасибо за сотрудничество, Мисс Саттер. Когда очнется ваша мама. Мне нужно будет поговорить с ней так же.
- Конечно, - выдавила из себя. Нужно поговорить с ней раньше, чем офицер, чтобы наша ложь совпадала.
- Всего хорошего, - сказал он. Сложив блокнот с пометками и ручку обратно в нагрудный карман. Он сделал несколько шагов от стола, но потом остановился и вернулся ко мне.
Единственная мысль, которая посетила меня в тот момент, в случае если они найдут дома, ту коробку, где я все хранила, позвонить Кортни и умолять Джеймса вытащить меня.
- Что-то еще, офицер? - как можно дружелюбнее спросила его.
- Ваша фамилия, она кажется мне настолько знакомой. Где-то я уже слышал о вас, возможно в газетах?
- Вы ошибаетесь, - спокойным тоном ответила ему, пытаясь не сгореть со стыда от своей лжи.
Мужчина извинился, развернулся и ушел. Надеюсь его голову оставит эта мысль. Он не будет копать дальше и все закончится хорошо. Если же не так, он узнает, что я ему соврала, в сотый раз, за эти пять минут разговора. Ведь о нашей семье, два года назад, знали многие. Не только из газет, еще из телевидения.
Вернувшись обратно, застала выходящего из палаты Мэредит ее лечащего врача.
- Вам незачем находится здесь. Отправляйтесь лучше домой, вернётесь завтра, когда она будет в сознании, - сразу при виде меня, заговорил док.
Как же он прав. Мне нужно отправится домой. Иначе, я просто рехнусь, если проведу тут ещё хотя бы десять минут.
Все эти несколько часов суматохи, я держалась. Действительно держалась. Не проронила ни одной слезинки в стенах больницы. Спокойно отвечала на все вопросы кто-бы их не задавал. Но чем ближе подходила к выходу, тем сильнее начиналось биться сердце, дыхание участилось, в горле стоял ком. Я чувствовала, что вот-вот и разревусь.
Выйдя на улицу, мне в лицо ударил холодный ветер, вместе с ним все переживания и страхи. Держаться на ногах больше не было сил. Я села на ступеньках, которые вели ко входу больницы. Руками обняла себя за ноги, а голову положила на колени. С глаз хлынули слезы, плечи содрогались от рыданий.
Сколько прошло времени, прежде чем у меня закончились слёзы и стало безумно холодно, я не понимала. За санитарами, мне пришлось выбежать в одной футболке. Для конца сентября, это было довольно опрометчивый поступок. Я нащупала в заднем кармане телефон, а в соседнем были сложены брошюры. Рассмотреть их, и решить, что делать с Мэредит, нужно оставить, хотя бы до того момента, пока не окажусь дома.
На экране телефона высветилось сообщения от Айзека, от чего сердце сжалось еще сильнее.
Айзек: Конфетка?
Айзек: Ты будешь пропадать всякий раз после секса?
Последнее было отправлено полчаса назад. Сил, чтобы разговаривать с ним или что-либо объяснять, у меня сейчас не было. Все что я хотела, это попасть домой и напиться до полной отключки.
Я набрала номер Кортни. Один раз. Второй. Продолжая сидеть на ступеньках, раз за разом я звонила, но ничего кроме продолжительных гудков я не слышала. Это было чертовски не похоже на нее. На кого мне ещё рассчитывать? Только на себя и свои силы.
Неуверенно поднявшись на ноги, медленными шагами, я пошла домой. По дороге, меня не покидали мысли, что во всем, что случилось с Мэредит только моя вина.
Первый раз за длительное время, я подумала о себе. О том, что нужно мне, что интересует меня. И что из этого вышло? Новая работа, Айзек и передоз матери. Мне не нужно было дергаться и искать иные пути. Просто сидеть ровно у Фрэнсиса, на этом все. Мне же захотелось всего и сразу. Возможно ли, если бы я не встретила Айзека, не повелась на его улыбку. Может этого и не случилось бы? Кто бы меня вытягивал из полного дерьма, послушав я его и осталась с ним ещё на час?
Какой-то несчастный час и я были лишилась матери. Как бы она не изменилась за это время, она оставалась моей мамой. Все эти два года, я пыталась заботится о ней, так же, как и она заботилась обо мне в детстве. Всю эту заботу и надежды на улучшение наших отношений, я променяла на парня, которого от силы знала несколько дней.
На дорогу к дому, у меня ушло около двух часов. Чем меньше становилось расстояние, тем больше я разочаровалась в себе.
Переступив порог квартиры, я чувствовала: холод, голод и невероятную ненависть к своей персоне. Я была так чертовски зла на себя. Как я только могла поступить так с ней, зная в каком она состоянии?
Не спеша я пошагала в свою комнату, открыла шкаф и достала злополучную коробку. Бутылку водки и текилы, поставила на стол, понимая, что сегодня они будут моим успокоительным.
Все оставшиеся, около пару десятков разных флакончиков, понесла в ванную. Раз за разом доставая новые виды таблеток я медленно открывала их, высыпая содержимое в унитаз. Мне нужно было избавится от этого всего. На случай если копы, все же надумают заглянуть в гости.
Дело было сделано, оставалось только при следующем разе избавится от этой коробки. Я пошла на кухню чтобы захватить пакет для нее. Перед тем как обратно вернутся, зашла в комнату. Я открыла наполовину пустую бутылку текилы, и отпила несколько внушительных глотков. По телу сразу же прошло знакомое тепло, но легче мне не стало.
С пакетом, я зашла в ванную. Мой взгляд сразу сосредоточился на зеркале. Я сделала нерешительные шаги к нему.
- Ненавижу тебя, - сказала девушке в отражении.
Схватившись руками за раковину, прикрыла глаза.
Открываю. Перед мной все то же отражение.
- Ненавижу тебя, - сказала громче.
У девушки в отражении очень усталый вид.
Она злится на меня, так же, как и я на нее.
- Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.
Мой голос срывается на крик.
Девушка по ту сторону обижена и начинает плакать.
Слёзы скатываются по моим щекам. Она опять заставляет меня испытывать это чувство ничтожности.
- Ты никому не нужна, - шепчу себе под нос.
Взгляд опять поднимается в зеркало.
- Ты ничтожество, из-за которого все страдают.
Вдох. Выдох.
Вдох. Выдох.
Вдох. Выдох.
- Ненавижу тебя, ты не заслуживаешь жизни, - кричу.
Мои руки срываются, и я со всей силы бью по зеркалу. Она разлетается на осколки.
Теперь она везде.
На кафеле.
В раковине.
В остатках зеркала.
Моя рука тянется к маленькому осколку в умывальнике.
- Никто не будет скучать по тебе, до тебя никому нет дела, - шепчу под нос.
Из костяшек пальцев сочится кровь. Я сильнее сжимаю осколок в руке. Начинает болеть ладонь и хлынет кровь.
Ты должна это сделать.
Должна. Это. Сделать.
Здесь. И. Сейчас.
Из мыслей меня вырывает стук в дверь.
Смотрю на свои окровавленные руки. Меня начинает поглощать паника.
Нет. Нет. Это не я.
Я не могу это сделать.
Кортни.
Это точно она .
Она спасет меня, всегда спасает.
Держась за стенку, дохожу к входной двери. Трясущимися руками открываю ее. У меня снова перехватывает дыхание при виде парня. Когда я думала, что ещё хуже этот день не может быть, именно так и происходит.
- Конфетка?! Какого хрена?