Глава 8
Главы я выпускаю не часто, я работаю, но когда появляется вдохновение и свободное время, то пишу.
Приятного прочтения)
_________________________________________________
Я вернулась в штаб и поспешила к главе. На самом деле, мне было страшно смотреть ему в глаза. Боялась увидеть в них разочарование.
Главы у себя не было. Его дочери сказали, что он собрал всех столпов и ожидает только меня.
Я пришла на задний двор поместья главы и все сидели в ожидании.
— Здравствуйте, глава. — тихо поприветствовала я, опустив голову вниз.
— Здравствуй, Хана. — Кагая улыбнулся. — Присаживайся. — я присела между Мицури и Шинобу. — Расскажи, пожалуйста, что там произошло.
Я нервно сглотнула. Мне не хотелось снова всё вспоминать. Я почувствовала руку Шинобу на своей, этим жестом она пыталась хоть как-то поддержать меня.
— Мы выполняли задание, надо было уничтожить бесконечный поезд, которым завладел демон низшей луны. Были некоторые не приведенные обстоятельства, но мы справились. Когда поезд сошёл с рельсов и упал, так получилось, что все мы разделились. Я была одна. Я вышла на пустошь и...и встретила третью высшую луну. — послышались удивлённые вздохи. — Его звали Аказа и трогать меня он не собирался, сказал, что не трогает женщин. Но Ренгоку-сан...— глаза понемногу начали слезиться. — Он оттолкнул меня от демона и сам вступил в бой. Аказа предлагал стать ему демонов, ведь так по его мнению, Ренгоку-сан мог стань сильнее. Но он отказался. Я не смогла ему помочь, мне жаль, очень. — я заплакала. Чувство вины мучило меня. — Простите...
Мицури крепко прижала меня к себе, сама при этом громко рыдая.
— Хана, дитя, ты не в чём не виновата. Ренгоку сам решил так, он решил защитить вас ценой своей жизни и он не хотел, чтобы ты вмешивалась, боялся, что пострадаешь. Не вини себя. Ты не могла ему помочь. Вмешаясь ты, мы могли бы потерять двух столпов, этого не хотелось бы. — глава говорил всё так искренне, что хотелось обнять и разрыдаться на его плечах. Он был хорошим человеком. — Иди, отдохни, ты должно быть устала.
Я просто кивнула и на ватных на ногах поплелась в поместье бабочки. Санеми-Сан вызвался меня проводить и увидев, что я ели иду, взял на руку. Я особо и не возражала. Сил приператься у меня не было.
Наставник с ноги открыл дверь в мою комнату и осторожно, будто я хрусталь, положил на футон.
— Как ты, Хана?
Я покосилась на него. Я столкнулась с высшей луной, одного из столпов убили, а я ничем ему не помогла. Действительно, как я?!
— Нормально.
— Ты врёшь! — ну конечно, он знал, когда я говорю правду, а когда нет. От него ничего не скроешь.
— Мне плохо...плохо от мысли, что я ничем не помогла ему. Я просто жалкая слабачка...
— Эй, — Санеми-Сан взял меня за лицо и повернул к себе. — ты не жалкая и точно не слабачка. Ты не могла ему ничем помочь. Запомни, ты не виновата. Все это знают и ты должна это знать. Ты поняла?
Я слабо кивнула.
— Всё, теперь отдыхай. — наставник поднялся и собрался на выход, но мой тихий голос, остановил его.
— Санеми-Сан, останьтесь со мной, хотя бы пока я не усну.
Я готова поспорить, что он закатил глаза и мысленно цокнул. Но всё же, он остался. Я прижалась к нему, как маленький ребёнок, в надежде найти поддержку и утешение. Санеми-Сан был для меня, как старший брат, который готов всегда помочь и заступиться.
Pov Sanemi
Послышалось тихое сопение. Я посмотрел в сторону Ханы, она уснула.
Когда ворон прилетел и сообщил о том, что Кёджуро погиб в сражении с третьей высшей луной, я испугался... испугался за Хану. Я не знал, как она и что с ней. Я боялся её потерять. Хана была мне, как младшая сестрёнка. Она стала тем лучиком света, который освещал всё вокруг. После гибели своей семьи и Канаэ, я думал, что не справлюсь. Но я ошибся. Хана дала понять, что будет рядом, не смотря на мой дурной характер. Я всегда буду защищать эту маленькую девочку. Она моя младшая сестрёнка, за которую я буду горой.
Я вышел на улицу, оставив её одну. Она спит и сейчас ей ничего не угрожает.
Когда я спас её, она была напугана, но решительно настроена стать охотником, чтобы отомстить за свою семью. Я не хотел, чтобы она занималась этим. Хана была слишком хрупкой для этого. Но огонь в её глазах говорил сам за себя. Обучать её я не стал, решил оставить это Канаэ. Но после её смерти, я считал должным продолжить то, что начала Кочо. Я тренировал Хану жёстко. Хотел, чтобы она выжила в этом полностью прогнившим мире. Хотел, чтобы она готова была ко всему. Хотел сделать её настоящим бойцом. Хана была моей семьёй. Моей сестрёнкой. И хоть в слух я никогда не признаюсь в этом, но я так считал. Да, у меня был младший брат. Но я от него отказался, в надежде, что он не будет впутан в это дело. Но по словам Ханы, он всё таки прошёл отбой. Видимо хочет, чтобы я признал его, как брата. Ну пусть пытается, тяжело ему будет. Пока я признаю только Хану.
***
Я прищурила глаза от яркого солнца, попадающее в комнату. Приподнявшись на локти, я заметила, что Санеми-Сана нет. Видимо ушёл, как только я уснула. Мне было стыдно, что я показала ему слабость и попросила остаться со мной. Как теперь мне смотреть ему в глаза.
Я плюхнулась обратно на подушку и полностью укуталась в одеяло, в надежде скрыться от стыда.
Дверь в комнату медленно открылась и послышались тихие шаги. Я слегка выглянула из под одеяла и увидела Шинобу, стоящею надо мной.
— Долго ты будешь так валяться? — строго спросила она.
— А что мне делать?
— Ну уж точно не валяться целый день в постели. — Кочо потянула за одеяло, полностью раскрывая меня.
— Ну Шинобу-у-у.
— Вставай.
— Не хочу. Я останусь здесь. — я отвернулась от неё к стенке.
Послышался её томный вздох. Она присела рядом со мной.
— Я понимаю, тебе тяжело после смерти Ренгоку-сана, но винить себя в этом и уж точно закрыться от всех в четырёх стенах не стоит. Хана, — Шинобу погладила меня по голове. — живи дальше, как бы не было тяжело.
Я развернулась к девушке. В её глазах стояли слёзы. Видимо, она вспомнила сестрёнку Канаэ. Шинобу тоже винила себя в её смерти.
— Я тебя услышала, я не буду прятаться в комнате.
— Вот и чудненько. — девушка хлопнула в ладони и пошла на выход.
— Сестрёнка. — позвала я.
— Мм?
— Спасибо.
***
После ухода Шинобу, я всё таки набралась сил и встала с кровати. А после, вышла на улицу на встречу обжигающим лучам солнца. Я решила, что буду тренироваться, не покладая рук и что обязательно стану сильнее.
Так и начались мои тренировки. С утра до ночи, я терзала себя и своё тело. После тренировок, я заваливалась спать, мгновенно засыпая, а с утра всё по новой. Так и проходили мои дни.
После, ко мне присоединился Танджиро, который, как оказалось следил за мной. Мы начали тренироваться вместе.
Камадо пару раз получал от меня по лицу, но это было чисто случайно. После таких случайностей, он ходил с синяками. А на вопросы Зеницу, почему у него каждый появляются новые синяки, он отмахивался. Но Зеницу был бы не собой, если бы не выдвинул теорию. Он заявил, что Танджиро пытается добиться моего внимания, но я ему отказываю, а за свою навязанность, получает от меня по морде. Так и сказал желтоволосый. Поэтому, он стал ходить за Танджиро по пятам, чтобы тот не приставал ко мне. Это было весьма комично. Когда Зеницу пришёл к нам на тренировку, то понял, откуда всё таки у его друга синяки. Потому что сам ушёл с фонарём под глазом. Шинобу смеялась с этого и шутя сказала, что я калечу всех её пациентов. Зато Санеми-Сан с гордостью смотрел на меня. Ну конечно, он же научил меня этому. Да и у него душа радовалась, когда избивала их.
Тогда Зеницу и Танджиро поняли, что я только с виду хрупкая. А на деле могу и покалечить.
На одной из тренировок, к нам присоединился Иноске, который по словам Танджиро, так и рвался сразиться со мной.
— Давай, сразись со мной, мелкая! — вопил он.
Ну я приняла его предложение.
Встав в нужную стойку, я ожидала дальнейших действий от кабаноголового. А вот Танджиро и Зеницу, отошли от греха подальше.
Я подала знак и Иноске бросился на меня. Его движения были хаотичные и отличались от тех, что я видела. Они были более резкие. Он замахивался на меня деревянным мячом так, будто хотел раздавить, как букашку. Благодаря моему маленькому росту и худому телосложению, я могла спокойно уворачиваться. Гибкость у меня была хорошая. Когда Иноске очередной раз замахнулся на меня, я подставила ему подножку и он упал, отчего его кабанья голова слетела. Я во все глаза уставилась на него. Я первый раз вижу парня без этой дурацкой головы. У Иноске было довольно миловидное лицо, обрамляющее чёрными волосами с синими концами. Глаза были зелёного цвета, как первая трава после снега. Такое личико никак не сочетается с его грубым голосом и крепким телосложением.
— На что уставилась, мелкая! — завопил Иноске, поднимая голову.
— Скажи, у него миловидная внешность. — шепнул мне на ухо, Зеницу.
— Ага. — тихо ответила я, наблюдая, как Иноске снова надевают голову.
— В первый раз, когда я увидел его без головы, думал это девушка! — воскликнул Агацума, а после добавил. — Немного своеобразная девушка.
Мы наблюдали, как Иноске, бьётся головой об дерево. Я была в недоумении.
— Это нормально. — успокоил Танджиро. — Он всегда так делает.
— Зачем?
— Не знаю, одному ему только это понятно.
— Да уж...чудной.
— Аааа! Паук! — закричал Зеницу, прячась у меня за спиной.
Я уставилась на маленького паучка, который так сильно напугал парня. Видимо, после демонов-пауков, у него страх даже на самых обычных.
— Убей его, Хана-чан! — всё также вопил Зеницу, держа меня за плечи.
Это даже смешно. Парень боится маленького паучка, да ещё и прячется за девушкой, которая и младше и ниже его. Тоже мне, герой.
— Какой же он страшный!
— Прекрати, Зеницу и отпусти Хану. — вмешался Танджиро. — Не забывай, что она всё таки столп, а значит, выше нас по званию.
Ну я на самом деле так не считала.
— Ааа! Я со всем забыл! — какой же он громкий, улыбаясь, подумала я. — Простите меня, госпожа столп! — и он упал к моим ногам.
— Ты чего, Зеницу?! — я растерялась. — Встань сейчас же! — я подняла его на ноги. — Не надо так делать и не надо со мной так официально, считайте меня таким же обычным охотником, как и вы. Да и мы всё таки друзья. Ну я покрайней мере на это надеюсь.
— А? Друзья? — сначала Зеницу ничего не понял, а потом... — АААА! МЫ ДРУЗЬЯ С ХАНОЙ- ЧАН! ХАНА-ЧАН НАЗВАЛА НАС ДРУЗЬЯМИ! — он кинулся обнимать меня. — А ПОТОМ МЫ БУДЕМ МУЖЕМ И ЖЕНОЙ!
— Ну нет, лучше просто остаться друзьями.
— Хорошо, ну я буду добиваться тебя и добьюсь раньше, чем Танджиро.
Я покосилась на Камадо, который после слов Зеницу, покраснел. Я тоже немного смутилась.
Что имел ввиду Зеницу, говоря, что добьётся меня первее, чем Танджиро?...