8 глава
Паркую машину на университетской стоянке, поглядывая в зеркала бокового вида. С параллельной парковкой у меня до сих пор некоторые проблемы, а сейчас я вдобавок ко всему нервничаю. Встала не идеально, но сойдет. Рядом раскорячился чей-то «рендж ровер». Моя старенькая ласточка выглядит рядом с ним просто убого.
Барабаню пальцами по рулю, подхватываю с соседнего сиденья свой рюкзак и, несколько раз глубоко вздохнув, выбираюсь наружу. На крыльце университета меня ждёт Аня, кутаясь в длинный бежевый кардиган. По утрам и вечерам на улице становится ощутимо прохладнее, зато днём всё ещё можно ходить в футболках.
- Спасибо за конспекты, - говорю старосте и протягиваю стаканчик с ароматным капучино.
- Вау! Спасибо! - С благодарностью принимает его и греет покрасневшие пальцы о тёплый стакан.
- Давно ждёшь? - Спрашивая, толкаю дверь центрального корпуса внутрь.
Сегодня у нас четыре пары и будут проходить первые семинары, а это значит - мы застряли в универе почти до вечера. Хорошо, что сегодня на работу ехать не нужно. По понедельникам в клубе выходной. Хотя я бы уже немного поработала, потому что мои денежные запасы тают на глазах.
- Я сегодня вышла пораньше, - говорит Аня.
Судя по её красным от холода пальцам, она вышла даже слишком рано. Хмурюсь и хочу спросить у неё, почему не дождалась меня около гардероба, а стояла и мерзла на улице, как вижу знакомую фигуру Мишани.
- Блин!
Где Миша, там недалеко и Милохин. Они как сладкая парочка «Твикс»: ходят исключительно правый с левым. Пока я была на больничном, Аня скидывала мне сканы своих конспектов, а Надя - ссылки на университетские сплетни, где персона Милохин мелькает постоянно.
Мы создали общий чат в социальных сетях и мессенджерах, чтобы всегда быть на связи. Подруг, кроме Кати, у меня нет, а эти девчонки неожиданно оказались интересными и приятными в общении. Правда, они пока не знают, что я мать-одиночка. Некоторых девушек моего возраста пугает наличие детей. Чего уж говорить о парнях?
- Ты чего? - удивляется Аня, когда я останавливаюсь рядом с колонной.
- Знакомого увидела. Надю будем ждать? - спрашиваю, стягивая с плеч тонкую кожаную куртку.
- Да, она пишет, что уже подъезжает, - заглядывая в свой мобильник, отвечает Катя.
Киваю ей и иду в гардероб сдавать верхнюю одежду. Забрав номерок, поворачиваюсь к главным дверям как раз в тот момент, когда в них заходит Даня. Предварительно пропустив перед собой Надю и её сестру Милу. Две девушки расходятся в разные стороны, не сказав друг другу ни слова. На лице Нади написано колоссальное облегчение, и, завидев Аню, она приветливо улыбается.
Пячусь назад, стараясь слиться с толпой, пока Милохин меня не заметил. В субботу в больнице мы не договорили. Я позорно сбежала, воспользовавшись моментом, когда его окликнул мужчина в белом халате, видимо, врач его матери или кто-то в этом роде. Поспешно попрощавшись, я сбежала вниз по лестнице, чуть не забыв, что вообще собиралась сделать. Сердце в груди билось как бешеное. Пришлось приложить к нему руку в попытке усмирить. Быстро поставив печать на больничный лист, я почти бегом, насколько позволяла моя только что зажившая нога, добралась до остановки и поехала домой. Милохин пару раз меня окликнул, но преследовать не стал, и на том спасибо. Зато вечером же того же дня постучался почти во все мои социальные сети.
Я так и не смогла добавить его в друзья или отклонить заявку. Какие мы друзья после того, что между нами было? Начинать общаться заново, будто ничего не было, тоже сложно и неправильно. По крайней мере, у меня есть Мелисса, о которой Милохин ничего не знает. И я не знаю, как ему преподнести тот факт, что у него есть ребенок. И нужна ли ему эта информация?
Если бы его мать хотела, она ведь давно могла с ним ей поделиться, но, видимо, не посчитала нужным.
Я не удивилась, что она меня узнала. Жанна Анатольевна Милохина была председателем родительского комитета всё время, пока мы учились в школе. Нам не раз приходилось пересекаться за эти одиннадцать лет. Она знала мою мать и знала меня. Потом мы встретились последний раз. Она знала, что я родила от её сына, и ни разу за всё это время не появилась на пороге моего дома. Я была бы ей не рада, но сам факт.
Тряхнув волосами, прогоняю ненужные мысли.
Сейчас у меня и Мелиссы всё нормально. Нам комфортно вдвоём. Я бы хотела, чтобы так и продолжалось. Поэтому от семьи Милохиных и от него самого нужно держаться подальше.
- Эй! - Разворачиваюсь на пятках, гневно смотря на парня перед собой. - Отдай! Немедленно!
Даня, одетый в красно-чëрную клетчатую рубашку, серую футболку и чёрные джинсы, улыбается, обнажая белый ряд зубов. На его щеках появляются две ямочки, а около глаз собираются лучики морщинок. Ему всего двадцать, но у него эти лучики уже давно, ещё со школы. Пытаюсь отобрать у него свой телефон, который он бесцеремонно вынул из заднего кармана моих джинсов.
Как я не заметила его приближение? Так была поглощена мыслями о нём же?
- И тебе доброе утро, Гаврилина. Я тут узнал, что мы, оказывается, учимся в разных группах, - говорит Милохин и берёт меня за руку, которую я пытаюсь тут же вырвать из его захвата. - И ты первокурсница... это интересно. Не хочешь мне ничего рассказать?
- Не имею ни малейшего желания. Убери руки! - рычу ему в лицо.
Даня быстро проходится языком по своей нижней губе и толкает меня за колонну, скрывая от любопытных глаз студентов, заполонивших центральный холл. Где-то там стоят Аня и Надя. Миша и Мила. И я чувствую, что против своей воли наша парочка притягивает к себе всё внимание.
Прекращаю брыкаться и смотрю с вызовом на Милохина. Он навалился на меня всем своим горячим тренированным телом, блокируя мои малейшие трепыхания, упираясь рукой в стену рядом с моей головой.
- А я думаю, рассказать придется, - тихо говорит Даня, чуть отстраняясь от меня, но при этом моя грудь всё равно касается его. - Почему ты от меня шарахаешься, Юль? Я разве тебя обидел?
Обидел?
Мне хочется рассмеяться, но вместо этого из моего рта выходит что-то, похожее на бульканье. Глаза Дани сразу перемещаются на мои губы, и я забываю, как дышать. Ладонь Милохина всё ещё сжимает мою, посылая горячие импульсы по всему моему телу, словно разряды тока. Шевелю пальцами, пытаясь вырвать у него свою руку и привести свои подтëкшие на пару секунд мозги в порядок.
Как мантру повторяю про себя: "Мне нужно держаться от его семьи и от него как можно дальше."
- Что это вы тут делаете? - раздается весёлый голос Мишани, опережая поток едких слов, которые годами копились в моей голове и предназначались для Милохина
Даня лениво поворачивает голову к своему другу и наконец отступает от меня на шаг, продолжая держать мой телефон в руке.
- Скройся, Чернов, - раздражённо говорит он другу.
- Я бы с радостью, но меня Мила отправила за тобой. Боюсь, если я вернусь один, начнёт плеваться ядом, как она это умеет, а я такое не переживу, - пожимает плечами Миша и широко улыбается мне. - Привет, Белоснежка. Какие планы на вечер?
- Никаких, - бормочу, протягивая руку ладонью вверх. - Отдай мой мобильный.
Смотрю на Милозина, который, плотно сжав губы, крутит между пальцами мой телефон. Он смотрит на меня в ответ. Я пытаюсь прожечь в нём дыру взглядом, а что пытается сделать он, понятия не имею. Смотрит и смотрит, не моргая!
- Запиши мой номер. Сейчас, - говорит Даня.
Диктует одиннадцать цифр, которые я ввожу в свой телефон, словно под гипнозом. В любой момент может написать бабушка и рассказать, как у них с Мелиссой дела, а мой телефон - словно магнит - постоянно притягивает к себе Милохина. Проще сделать, как он говорит. Всё равно, даже если он позвонит, я ни за что не возьму трубку. Мне звонить ему совсем незачем.
- А теперь сделай дозвон.
Зло смотрю на него. Выглядит расслабленным и совершенно невозмутимым. Словно не он зажал меня несколькими минутами ранее в холле, полном людей. Вторгся в моё личное пространство, которое я тщательно оберегаю от разных придурков!
Делаю, как просит, поглядывая на ожидающих меня Надю и Аню.
- И мой заодно запиши, - закидывая руку на плечо друга, говорит Мишаня. - И пометь: мой будущий парень.
- И не мечтай, - бросаю через плечо, двигаясь в сторону подруг.
Чувствую, как между лопаток печёт. У меня есть несколько вариантов того, кто смотрит на меня в этот момент, и ни один из них мне не нравится.