Часть 23
«00:06».
Заснуть я не могла уже как два часа.
Сегодня вечером в голове мыслей было больше, чем за последнюю неделю. А всё из-за фотографии, пришедшей на мой телефон от друга по переписке оказавшимся известным британским актёром, получившим широкую известность по роли Человека-паука.
Я перевернулась на левый бок со спины и прикрыла глаза.
«Томас Стэнли (Том) Холланд (Родился 1 июня 1996 года, Лондон) — британский актёр и танцор. — Выдала мне статья в википедии, когда страница полностью загрузилась. — Приобрёл широкую известность, исполнив роль Человека-паука в кинематографической вселенной Marvel. Сыграл главную роль в мюзикле «Билли Эллиот» в лондонском театре Вест-Энда, а также в фильме «Невозможное» 2012 года».
Я опять перевернулась на спину, но уже открыла глаза.
Томас Холланд. Том. Лондонский мальчик.
Почему он скрывал от меня своё настоящее имя? А может, это просто я не интересовалась? Выдумала себе идеального лондонского мальчика по имени Том и решила для себя, что больше мне ничего не нужно.
Но от чего так тяжело?
Может потому, что тяжело любить лондонского мальчика. Кажется, что он рядом и ты можешь прикоснуться к нему, но одновременно с этим ты понимаешь, что он там, в Англии. Ты же сидишь на балконе своей квартиры в Нью-Йорке и читаешь сообщения от него, лондонского мальчика.
Я перевернулась на правый бок и закрыла глаза.
К чёрту, — подумала перед тем, как наконец-то заснуть, — будь, что будет.
Tom.
Завтра у меня свободный день. 😏
Свидание?
Me.
Напиши мне адрес своего отеля и жди такси со мной в 11:30 возле отеля.
Tom.
Конечно. 🌸
— У тебя точно всё хорошо?
— Абсолютно, пап, — открыла банку с шоколадной пастой. Чайной ложкой, зачерпнув немного пасты, я нанесла её на недавно приготовленный отцом тост и принялась уверенно размазывать тающий шоколад по тосту, намеривая облизать ложку позже. — Какие планы на сегодня?
— Собирался отвезти Патрика на тренировку, а потом заехать в офис на работу. Ты целый день будешь дома?
— Схожу куда-нибудь, — пожала плечами. Телефон, находящийся рядом со мной, загудел. — О. Это Мишель.
— Сходишь с ней в кино?
— Может быть, — и запихала чайную ложку под щёку, принявшись посасывать её из-за шоколадной пасты.
Сообщение было вовсе не от Мишель.
Tom.
Всё в силе?
Me.
Да.
В салоне привычного нью-йоркского жёлтого такси стояла напряжённая тишина. Водитель мчал до рождественской и новогодней ярмарки, открытой до середины января, а я и Том, поместившись на задних сидениях, даже дышать в сторону друг друга боялись. Точнее боялась я, а вот Том рассматривал меня, стараясь зацепиться взглядом за мои опущенные глаза.
— Всё нормально? — шёпотом поинтересовался парень, взяв меня за руку.
— Да. — Резко ответила я, боясь, что на автомате вырву руку. Но этого не произошло, и Томас спокойно переплёл наши пальцы между собой.
— Хорошо, — поверил он мне.
Улыбка британского парня была солнечной.
Когда мы прибыли на ярмарку, он вечно улыбался и много говорил. Том рассказывал мне про своих младших братьев, оставшихся в Лондоне. Он также шутил про своего близкого друга и по совместительству ассистента Харрисона, оставшегося на этот день на собственном попечение.
— Он не против того, что ты пошёл гулять с оживлённое место с малознакомой девушкой?
— Харрисон скорей находится в фанбазе нашей, так сказать, пары, — и рассмеялся, смутив меня.
Мы много пили горячего шоколада и глинтвейна.
Том старался развеселить меня, хотя его чувство юмора оставляло желать лучшего. Да, я смеялась с его дурных шуток, один раз чуть не разлила горячий шоколад на собственный пуховик, но смеялась я лишь потому, что мне нравится взгляд Тома — его горящие глаза казались мне самой яркой звездой на данный момент.
Когда напитки были выпиты, я предложила покататься на коньках. Том тогда недовольно фыркнул, словно он кошка, но принял предложение, и мы пошли за коньками.
— Почему ты скрыл от меня тот факт, что являешься известным актёром? — мы вышли на лёд и я начала разговор, волновавший меня со вчерашнего вечера.
— А почему ты не спрашивала меня об этом? — широко улыбнулся Том, отталкиваясь от бортиков.
— Я должна была написать себе: «Хэй, Том, ты не Том Холланда?».
— Туше!
Парень расхохотался, и я подхватила его смех.
Странное чувство внутри меня куда-то ушло. Вместо него я почувствовала беззаботность, и оставшееся время мы катались на коньках, пели песни и делали множество фотографий.
Когда мне стало холодно, Том повёл нас в кофейню.
Мы заказали по кофе и вкусным пирожным, а после разговаривали.
Том говорил со мной на любые темы. Истории со съёмок были самые запоминающиеся. Том рассказывал мне их взахлёб, иногда не сдерживая рвущийся смех. Я же представляла перед собой актёрский состав фильмов, в которых снимался парень, и их ситуации. Мне тоже было смешно, а однажды, расхохотавшись до болей в животе, я хрюкнула.
— Что? — икнул от смеха Томас, смотря на меня.
— Нет, — в панике прошептала я, раскрыв широко глаза.
— Ты?..
— Нет-нет!
Мы посмотрели друг другу в глаза и опять расхохотались.
Истории закончились и начала приятная тишина. Мы иногда говорили о чём-то, а после умолкали.
Я наслаждалась моментом с Томом. Он интересовался моей учёбой, моей семьёй и Мишель, с которой парень безумно хотел познакомиться.
— Она всегда такая?..
— Активная?
— Именно! — щёлкнул он пальцами.
— Всегда, — кивнула головой, усмехнувшись. — За ней придётся угнаться.
— Ну или ей придётся затормозить.
Мы вышли из кофейни и медленно пошли в сторону метро, на котором я могла спокойно доехать до дома.
Том предлагал мне заказать такси, но я отказалась. Он хотел оплатить его, но я опять отказалась, и сейчас мы медленно шли, держась за руки.
Когда мы почти подошли к станции метро, Холланд повернул меня к себе и как-то грустно улыбнулся.
— Что-то случилось?
— Я сегодня ночью улетаю в Лондон.
В этот момент сказка закончилась.
— Почему? — воскликнула я, отходя на шаг от парня. — Я думала, что ты тут не неделю, а не на два дня!
— Я закончил все свои дела и мне нужно быть в Лондоне, — оправдывался британец.
Лондонский мальчик был ко мне так близко, но одновременно далеко.
Я опустила голову и помотала ею, приводя мысли в порядок.
— Но, — подняла голову и посмотрела в глаза парня, — ты приедешь сюда?
Он промолчал.