silent

Прости. Прости меня, Коди Моррис
idk

Bring me the horizon – Sleepwalking

***

Если бы Люк Хеммингс был рядом, стоял возле меня, то я бы ударила его рукой по лицу, и даже не подумала бы о том, что ему может быть больно. Мое самочувствие было ужасным весь последующий вечер и сегодняшнее утро. Я не вставала с кровати, так как не видела смысла для этого. Аноним не получил письмо от меня, а значит, он никогда больше не напишет мне, считая, что это я не хочу продолжать общаться с ним.

Это слишком ужасно, чтобы быть правдой. Слезы стекают по моим щекам, капая на подушку, оставляя мокрые пятна. Финн четыре раза заходил ко мне в комнату, но все эти разы я говорила, что мне плохо, и чтобы он меня не трогал. Мне на самом деле плохо. Я чувствую внутреннюю боль. Во-первых, за предательство Люка, во-вторых, за потерю анонима.

      — Коди, - мальчик шепчет, заходя ко мне в комнату и останавливаясь возле двери. Я не хочу даже поворачивать к нему взгляд, так как мои глаза "запотевшие" от слез. — Тут тебе... - он не успевает закончить предложение, как я вскакиваю с дивана, надеясь на то, что это будет письмо. Я очень сильно хочу, чтобы это было письмо. От него зависит все мое настроение, которое ухудшается с каждым часом.

      — Что мне? - мой голос звучит взволновано и громко. Я не могу сказать, хотела ли я кричать на мальчика, но так получилось. Быстро вытираю рукой слезы, шмыгая носом и смотря на Финна, который выглядит напугано.

      — Вот, - он робко протягивает мне письмо, быстро убирая руку, боясь, что, возможно, я в порыве гнева ударю его, или еще что-то.

Замираю на месте, не веря тому, что это на самом деле конверт. Письмо от анонима. Вытираю мокрые от слез руки об кофту, осторожно вскрывая бумагу.

"Привет...

Если ты получила письмо, значит, оно дошло успешно, а если оно дошло успешно, значит, меня уже нет. И больше никогда не будет.

Я пытался справиться со всем дерьмом в моей жизни, но оно было сильнее меня. Возможно, дня через три мое тело найдут в ванной, но тогда уже ничего нельзя будет сделать. Я режу глубоко и надежно, чтобы не оставалось сомнения.

Я хочу попросить у тебя прощение за то, что выбрал именно тебя. И что именно тебе пришлось спасать меня и вытаскивать из пропасти. Если бы не твои советы и глупые письма, которые имели много смысла, я бы порезал себя еще неделю назад. Спасибо, ты дала мне еще десять дней жизни в этом бренном мире.

Прости за то, что сваливал на тебя все свои проблемы. Ты не должна была страдать из-за меня. Ты не должна была перечитывать все эти письма, а потом приходить на почту, встречая меня. Только другого. Совсем другого. Фальшивого. Я пытался быть милым и притягательным, чтобы дать почувствовать тебе, что такое "влюбиться". Кажется, ты потеряла голову, не так ли?

Ты ужасно красивая. Твои каштановый волосы и металлические глаза. Твоя постоянная мелкая дрожь в руках. Твои косые взгляды на меня, после которых ты тяжело вздыхала. Твой поцелуй.

Я - мудак. Я не должен был делать всего этого. Я должен был сидеть в квартире и получать от тебя ответы, а потом в конце убить себя, как делаю сейчас.

Прости-прости-прости. Я не прекращу просить прощение у тебя, потому что ты была тем единственным человеком, который ответил мне. Не было никакого психолога. Я рандомно выбрал пять людей и написал им. Никто не ответил. Лишь твое письмо лежало в моем почтовом ящике, и уже тогда я подумал, что ты сумасшедшая, раз тебе хватило смелости ответить.

Ты прекрасный человек, и прости, что постоянно доставал тебя всеми этими вопросами. Я просто должен был выглядеть хоть для кого-то таким, каким являюсь на самом деле.

Прости.

Люблю тебя, Коди Моррис.

Твой Люк Хеммингс"

После письма наступает ступор. Я не замечаю, дышу ли я вообще. Слезы непрерывно скатываются по моим щекам, и я не успеваю обдумывать все то, что написано. Люк Хеммингс... Он. Он умер. Он заставил меня думать о нем, что он холодный и черствый, когда на самом деле он просто боялся умереть.

Прижимаю конверт к груди, закрывая рот рукой. Спустя пару секунд из меня вырывается нечеловеческий крик, вперемешку со слезами. Он не должен был этого делать. Он не должен был умирать.