12
Джейкоб.
Мы с Эллисон выходим из ее комнаты и встаем на лестнице, наблюдая за происходящим на первом этаже.
— Твою мать... — неожиданно для себя слишком громко произношу я, и все начинают смотреть на нас.
— Джейкоб, как ты тут оказался? — удивленно спрашивает мой брат Гарри, стоящий в обнимку с сестрой Эллисон.
— Джейкоб, сынок, а ты что здесь делаешь? — у моей мамы вылезают глаза на лоб.
Все-таки Эллисон была права насчет того, что бывают такие совпадения.
Мы с Эллисон спускаемся на первый этаж.
— Здравствуйте. — говорит она, здороваясь с моими родителями. — Я Эллисон, сестра Эмили.
— Мам, пап, кажется, я понимаю, что здесь происходит.
— И что же, интересно? — удивленно интересуется мой отец.
— Гарри женится на сестре моей одноклассницы.
У всех, кроме нас с Эллис, отвисает челюсть.
— Вот это да! — восклицает моя мать. — Бывает же такое!
— Так, давайте поговорим за столом, познакомимся поближе! — говорит мисс Райт, направляя всех к столу.
— Эллисон, Джейкоб, садитесь тоже с нами.
— Ну, пап... — Эллисон надувает губы.
— Давай-давай! Немного посидите, а потом делайте, что хотите!
— Все, что хотим, говоришь?
— Да-да, все, что хотите.
— Тогда можно мы пойдем гулять с Джейкобом до поздна?
— До поздна? — мистер Райт нахмуривает брови. — Хорошо, идите. Только не натворите ничего.
— Ладно, все будет нормально.
Пока все проходят за стол, Эллисон оттаскивает меня за рукав.
— Что? — удивляюсь я.
— Ты, надеюсь, не против, что я сказала, что мы пойдем гулять.
— А почему я должен быть против? Я очень даже не против! — я шевелю бровями.
Эллисон смеется и шутливо толкает меня в бок.
— Пошли давай.
Сидя за столом наши с Эллисон родители начинаются знакомиться друг другом, а мы просто молча слушаем их и наблюдаем за влюбленной парочкой. Эмили и Гарри обнимаются, смеются, шепчут что-то друг другу. Похоже, они по-настоящему любят друг друга.
— Мы, пожалуй, пойдем. — перебиваю всех я. — Не будем мешать вам знакомиться.
— Ой, Джейкоб, может, еще посидите? Вы же совсем ничего не поели!
— Спасибо, мисс Райт, мы не голодны.
— Да, мам, мы правда не хотим кушать. Можно мы пойдем гулять?
— Ну, идите.
Встав из-за стола, мы с Эллис направляемся в прихожую.
Несколько минут уходит на сборы Эллисон.
— Пошли уже. Зачем несколько минут расчесывать волосы? Все равно на лице ветер, от твоей прически ничего не останется. Так что, все твои труды зря. — я складываю руки на груди.
— Ты что, минуту подождать не можешь?
— Минуту? А ничего, что мы уже здесь десять минут торчим?
— Ну, подумаешь, немного преуменьшила.
— Ну, конечно, немного. — я закатываю глаза.
— Иди один, если не хочешь ждать.
— Все-все, молчу.
Спустя некоторое время мы, наконец-то, выходим из дома Эллисон.
Молча проходя темные и безлюдные улицы нашего города, каждый думает о чем-то своем. О том, что не хочет никому рассказывать; о том, ему так дорого. Лично я сейчас думаю о своей семье. Об отце, его предательстве (а по-другому это и не назовешь) нас братом и матерью. Так неприятно вспоминать о том, как мать плачет в подушку, когда отец не появляется сутками дома, о том, как мой "любимый" папочка ненавидит меня и Гарри. Со стороны родителям Эллисон, мистеру и миссис Райт, может показаться, что он довольно милый и добродушный человек. Нет, это не так. Он пошел знакомиться с ее родителями и будущей женой своего сына только потому, что мать умоляла его это сделать. Она плакала, припоминая все его "косяки", говоря, что он и так не уделяет времени и внимания свое семье. Я видел, что отцу плевать на ее истерики, рыдания, просьбы. Он пошел туда только для того, чтобы познакомиться с невестой своего старшего сына и ее родителями, иначе на его любимой работе его могут неправильно понять. Как ни странно, но в кампании, в которой работает мой отей, у всех его коллег дети уже женились или вышли замуж, вот и папа не должен отставать. Глупо, конечно, но правда.
В детстве, когда отец еще появлялся дома, он часто наказывал меня за низкий бал, полученный в школе, за какую-то малейшую провинность. Он поднимал руку на меня, на мать, на брата. Сейчас он этого не делает: во-первых, он знает, что мы с Гарри можем постоять за себя и за мать, во-вторых, я уже не маленькие, до жути боящиеся своего отца, дети, чтобы наказывать нас, а в-третьих, еще раз повторюсь, на мать он руку не поднимет, потому что мы сможем еще защитить. Да и времени у него нет на нас вообще.
Почему-то мысли об отце сменяются воспоминаниями вчерашней пьянки. Да, я, конечно, немного перебрал. Ну, как немного... Я же говорил, что не могу контроливать себя, когда напьюсь. Я даже ничего не помню, хотя, это не удивительно с моим вчерашним состоянием. Я не помню, чтобы я с кем-то дрался, чтобы приставал к Эллисон в туалете, не помню и того, что орал на Люка, пытаясь вылезти из машины около дома Джейд. Надеюсь, я ничего такого не наговорил Люку. Он не звонил мне с того момента, когда мы последний раз разговаривали, а это было около трех часов дня, так что, нужно будет мне сделать это первому, когда мы с Эллисон погуляем. Обычно Хелл звонит мне несколько раз в день, а сегодня лишь один. Да и то, позвонил не он мне, а я ему, чтобы он рассказал мне что-то о вчерашнем походе в клуб. Я не верил своим ушам, когда узнал все последствия нашего "веселья".
Честно говоря, пока что наше с Эллис гуляние проходит немного напряженно. Мы оба молчим, как будто не знакомы друг с другом. Интересно, о чем сейчас думает она?
Посмотрев на часы, я понимаю, что молча мы идем порядком десяти минут.
— Эллис? — нарушаю тишину я.
— Да, Джей? — она назвала меня так первый раз, и мне это нравится.
— О чем задумалась?
— О завтрашнем дне в школе. Не знаю, каково будет удивление Саманты, что я не сдохла прямо в этом парке. — грубо говорит Эллис.
— Не парься по этому поводу. Я же говорю, она тебя не тронет. А, если и тронет, я ей устрою "сладкую" жизнь. — заверяю я Эллисон.
Ее задумчивый взгляд сменяет легкая улыбка.
— С чего это вдруг ты решил заступаться за меня?
— А ты разве не помнишь, что я пообещал, что буду защищать тебя, когда мы были в этой холодной кладовке?
— Ах да, я забыла совсем.
— Ну, и куда мы пойдем? — интересуюсь я после небольшой паузы.
— Я не знаю.
— Пошли в кино? — перебрав все варианты, я выбираю именно этот.
— А я денег даже не брала с собой.
— Опять ты со своими деньгами! Я заплачу, не беспокойся.
— Просто я не привыкла к тому, что за меня платят парни. — оправдывается Эллисон.
— Пора привыкать, Эл. Кстати, можно я буду называть тебя Эл, да?
— Можно. — мягко разрешает Эллисон, а ее щеки становятся пунцовыми. Такая милая.
Дойдя до ближайшего кинотеатра, я покупаю два билета на какую-то комедию, потому что на ужасы Эл идти отказывается, а я не хочу на любовные мелодрамы. Комедия — единственное, на что мы оба согласны.
Для просмотра фильма я покупаю нам с Эллисон два стакана попкорна.
До сеанса остаются считанные минуты, и мы проходим в зал, занимая выбранные места.
Когда фильм начинается, мы устраиваемся поудобнее.
После тридцати минут просмотрю становится очевидно, что эта комедия — фигня. Шутки плоские, сюжет слишком простой и неинтересный.
От скуки я начинаю кидать попкорном в людей, сидящих на рядах ниже.
Заметив это, Эллисон сначала удивленно смотрит на меня, а когда я движением головы показываю ей, чтобы она тоже начала это делать, она начинает неуверенно кидать.
Когда я в очередной ни в кого не попадаю, Элисон смеется. Она случайно (а, может, и специально) попадает на голову какому-то мужчине. Судя по лицу Эл, она немного испугалась. Я еле сдерживаю смех. Мужчина с попкорном на голове оборачивается и смотрит на нас, а мы делаем вид, будто этот фильм нам очень интересен. Ничего не понимая, мужчина отворачивается и продолжает просмотр комедии.
Мы не сдерживаемся и начинаем смеяться. Это получается настолько громко, что все сидящие в зале начинают пялиться на нас. Эллисон прижимает руку ко рту, пытаясь успокоиться.
Немного погодя я снова беру попкорн и бросаю в людей, сидящих на нижних рядах.
На этот раз моей "жерствой" становится темноволосая женщина. Повернувшись, она начинает внимательно высматривать того, кто кинул в нее попкорн. Это выглядит очень забавно.
Женщина отворачивается, так ничего и не поняв.
Нас с Эллисон снова распирает на смех.
Когда эта неинтересная и глупая комедия заканчивается, мы покидаем зал. Темноволосая женщина, в которую я попал попкорном, напоследок одаривает нас с Эл недоброжелательным взглядом. Я демонстративно закатываю глаза и усмехаюсь.
— Это ужас, молодые люди! Как вам вообще не стыдно за такое? — читает нотации она.
Эллисон напряженно смотрит на меня.
Я передразниваю женщину пясклявым голосом. Получается что-то типа "етя узясь, мялядие люди! Кяк вям вапсе не стидно зя такое?".
Челюсть той женщины где-то на земле, а Эллисон заливается хохотом.
— Какое хамство! Вашим родителям должно быть очень стыдно за такое ужасное воспитание! — женщина нервно размахивает руками.
Я снова пародирую все сказанное, хватаю Эллисон за руку и тащу за собой.
Выбежав из кинокомплекса, мы останавливаемся, чтобы отдышаться.
Посмотрев на меня, Эллисон сначала слабо хихикает, а потом переходит на хохот. Я тоже смеюсь.
— Это было нечто! — произносит Эл, пытаясь отдышаться от бега и смеха.
— Я сам от себя такого не ожидал.
На улице уже достаточно темно. На часах половина восьмого.
— Куда пойдем? — спрашивает Эллисон, выровнив дыхание.
— Без понятия. Ты куда хочешь? Может, в кафе?
— Ну, пошли.
До ближайшего кафе здесь минут пятнадцать идти пешком.
Между нами снова повисает молчание. Это немного раздражает. Я бы хотел говорить с Эл, но не о чем. Я даже не знаю, что бы такого спросить, или как начать беседу.
— А почему вы ходили в этот раз в клуб без Грега? — ну хоть Эллисон нашла тему для разговора.
— Просто он стал очень раздражительным и странным в последнее время. В школе я его не видел. Он даже не звонит, не пишет. Вот мы с Люком и решили, что сходим без него, а то заколебал уже выпендриваться.
— М-м, ясно. — как-то взволновано говорит Эллисон.
— Все нормально?
— Д-да, нормально. — ну вот, теперь она заикается.
Интересно, что ее так взволновало? Может, ей нравится Грег, раз она о нем спрашивает?
Весь оставшийся путь до кафе мы снова молчим.
Подойдя к заведению, я открываю перед Эллисон дверь. Она заходит, а я вслед за ней.
Здесь тепло, приятно пахнет. Какая-то успокаивающая атмосфера царит в этом кафе.
Людей здесь немного.
Недолго посидев в кафе, я проводил Эллисон домой, а сам решил заглянуть к Люку.
Мои родители и брат, наверное, еще дома у Райт, но я не хочу заходить, хоть Эллис и звала меня.
К счастью, дом моего друга находится не так далеко от дома Эллисон. Минут двадцать ходьбы.
— Кто там? — спросил голос за дверью.
— Хелл, это я. Открывай.
Дверь отпирается и передо мной появляется друг.
— О, какие люди! Я надеюсь, ты трезвый. — с долей сарказма выпаливает Люк.
— Как видишь. Впустишь?
— Нет, блин, оставайся тут, раз пришел. — снова ехидничает Хелл.
— Ой, все, успокойся. Я пришел, чтобы нормально поговорить, а не слушать твои тупые шуточки. — разозлился я.
— Заходи уже. — выдыхает Люк.
Я прохожу в его огромный дом. Точнее, дом его родителей.
— Так что ты хотел?
— Во-первых, извиниться за вчерашнее. Эллисон уже все рассказала. Во-вторых, хочу услышать твое мнение и точное описание того, что я вчера говорил и обещал тебе.
— Джей, ты был слишком пьян.
— Да это-то я уже понял. Ты извини, что я наорал на тебя.
— Да ладно, не важно.
— Я даже не помню, чтобы орал на тебя, кричал о том, чтобы ты отстал от Эллисон.
— Хорошо, хоть она сама помнит, а то была не трезвее тебя.
— Ты-то с кем вчера был? — интересуюсь я, намекая на секс, который происходит у Люка каждый раз, когда мы ходим в клуб.
— С Джейд.
— Что? Ты серьезно? — я очень удивлен.
— У нас ничего не было, кроме поцелуев. Кажется, она мне нравится.
— Ты уверен?
— Ну-у-у, да. А ты уверен, что Эллисон тебе небезразлична?
— Я тебе об этом уже сотню раз говорил. Да, она мне очень нравится.
— И когда ты собираешься ей признаться в симпатии?
— Да я не знаю...
— Мне-то будет проще признаться Джейд, потому что она моя одноклассница.
— Не помню такого, чтобы тебе нравились девушки больше, чем секс.
— Все, давай закроем тему. Что там насчет вечеринки в следующее воскресенье?