Любить=потерять
Гамма выскакивает из трупной башни района 22 (Номер района и бункера, в котором проходили события 1-3 серии) и направляется в сторону местного бункера. По пути её одолевали различные мысли, по типу «Простое ли это совпадение дат?» или «Мог ли Бетта пересечься с ними?». Демонтажница не могла об этом судить просто потому, что она не знала на какого типа задания ходил Бетта. Её Битти (Так Гамма изредко называла Бетту) никогда не просвещал в это, отмахивался и уходил, пока она не видела. Он для неё был лучшим, единственным... Он заступился за неё, когда её «дефект» проявился, заботился о том, чтобы она не перегрелась, был внимателен и спокоен. Ничего не предвещало такой исход... Просто в один день ушёл, оставив её одну... Гамма помотала головой, отмахиваясь от грустных мыслей. «Раз решилась сразу нарушить обещание, так и держи планку до конца!» — подумала она. У неё была странная надежда, которая не угасала в отличии от другой. Она была уверенна, что найти работягу и помирить её с Эном, куда легче, чем найти Бетту. Первая же возможная зацепка оказалась проколом, события датировались одной датой. Гамме казалось, что Эн ей чего-то не сказал очень важного. Чего-то, что могло сдвинуть её расследование с мёртвой точки. И таким ей казалось местоположение родного бункера Узи. Гамма никогда там не была и это давало ей ощущение настороженности. Во время её прибывания в Общем Штабе, район рядом с городом Фиатин, ставший местом, откуда происходила раздача указаний и формирование команд, она никогда не слышала указаний касательно района 22. Никто не был привязан к данной области. Гамма, конечно, спрашивала об этом, но никто не давал конкретного ответа. Даже Эн, работавший там во время своего прислуживания кампании, ничего не говорил.
Район 22, город Креит, — довольно большой для поисков бункера работяг. Гамма немного надеялась, что бункер функционирует и, возможно, находится в содружестве с Оппозицией. Данная перспектива немного да улучшит невыгодное положение демонтажницы. Работяги могли выходить за пределы своего убежища, немного стать свободнее в перемещениях — это могло дать подсказку в поисках здания и, соответственно, самих работяг. Но никаких признаков жизни в этом районе Гамма не находит. Создавалось впечатление, что это место покинули пару лет назад и с тех пор никто не захаживал в эти края. «Это же мало вероятно!» — подумает на последнюю мысль демонтажница, продолжая поиски.
Никаких следов, никаких указательных знаков... «Надо было спросить местоположение бункера у Эна» — подытожила Гамма, проходя мимо очередного разрушенного здания. Под её ногами хрустел снег, рядом валялись большие пласты железа. «Стоп, откуда здесь железо?»
Оглядясь вокруг, Гамма замечает большую щель между стен. Пройдя ближе, она обнаруживает раздробленную дверь, чей осколок она и нашла. Сквозь огромное отверстие было видно несколько лежащих на полу работяг, никто даже не двинулся за всё время наблюдения. Синеволосая демонтажница аккуратно входит и движется вглубь. Из-за преград перед дверью снег не смог засыпать внутреннее помещение бункера. Она не сомневалась, что это тот самый бункер, который она искала. По её соображениям, если Узи и Эн встретились в его башне, то девушка должна была быть родом из ближайших бункеров. И самым ближайшим всегда был 22ой.
Проходя по старому проходу, она частенько перешагивала то одну кучу безжизненного металлолома, то другую. Её внутренние датчики пищали, показывая высокую концентрацию масла в помещении. Это могло говорить лишь о том, что убивали их не за масло, возможно по указу...
Гамма не часто задавалась вопросом, как в последнее время кампания сохраняла преданность демонтажников. По каким причинам она никогда не чувствовала удовлетворения от убийства. Она сторонилась этого, ей было страшно причинить кому-то боль. Атмосфера в бункере лишь добавляла мурашек. Застывшее от мороза масло на стенах, казалось, все ещё стекало на пол, возвращаясь в обездвиженное тело обитателя этого места. Местами работяг были скиданы в кучу, а рядом с ними находилась россыпь из следов. Чьи они и когда они были оставлены — не предоставлялось возможности узнать. Это всё казалось ей нереальным, что кто-то мог убить всех этих работяг, не тронуть ни капли масла из тяжёлых тел, ради развлечения... Ради развлечения даже люди стали истреблять ни в чём не повинных ИИ!
«Как они могут уничтожать свои творения?! Зачем была объявлена эта бессмысленная война?» — Гамма не видела смысла в действиях ДжейсиДженсонс, но её пугало затишье. Уже как полгода ничего не происходило на экзопланете, словно планировалось масштабное нападение. Гамма резко остановилась, её датчики засигналили о резком снижении уровня масла.
Там, где она остановилась и правда было чище: стены были промерзшими, но без черной «краски», лишь вдали виднелось тело работяги. Гамма подошла к этому несчастному. На его голове была каска тёмно-синего цвета с красными очками. Также одним из его «атрибутов» были усы, немного съехавшие на бок. Голова была отделена от туловища и была ближе, чем остальная часть. «Вот его действительно «выпили»!» — подумала Гамма, оставляя тело. Она продолжила свой путь, впереди был резкий поворот, который не предоставлял никакой информации, что могло быть там. Ей хотелось развернуться, поумерив своё любопытство, но желание знать было куда сильнее этого наваждения.
Проходя по тёмному коридору, Гамма видит лишь тёмные стены, даже немногочисленные, по сравнению с входом, трупы в этом месте были раскинуты ближе к стенам. Ей даже показалось, что здесь отчаянно что-то искали. Поворот, пустота, опять поворот, пустота... Так Гамма проходит 5 ответвлений. И вот она доходит до последнего, уже ничего не ожидая и разочаровываясь в своём предчувствии с каждым мгновением все сильнее.
И он её удивляет...
Перед ней развернулась стена, исписанная маслом работяг. Было темно, но было заметно обхождение некоторых мест. Словно кто-то висел на ней... Гамма включила ночной визор и её догадка подтвердилась. Тело, что возможно висело на стене, лежало у смежной с исписанной стены. Гамма подошла к нему с осторожностью.
Внешнее строение тела говорило о принадлежности его к «демонтажникам», причём женского рода. Сама демонтажница оказалась разделённой на части: обе руки лежали слева, а ноги справа. Головы не было обнаружено в помещении. Гамма взяла одну из рук, дабы рассмотреть нашивку на ней. Надпись гласила: «Серийный номер V». Гамма нахмурилась, возвращая руку на место, и перевела взгляд своих карбоно-красных глаз на послание на стене.
«Ты следующий, предатель», — гласило письмо. Гамма с ужасом подмечала знакомый наклон, растянутость маленького предложения, величину букв... В голове вновь всплыло его последнее сообщение: «Я немного задержусь на этом задании, завтра вернусь.» Но сколько бы день не сменял ночь, ОН не возвращался...
— Бетта?.. — её голос предательски дрогнул, тело тихонько оседало на пол. Догадки о произошедшем начали нагло стучаться в голову, одна лучше предыдущей. — Нет, это мог быть кто угодно. Кто угодно, но не Бетта... Не мой Битти...
В блокноте с пометой о предположении появилась запись: «В родном бункере Узи произошёл геноцид, найдены демонтажница Ви и послание «Ты следующий, предатель», написанное почерком Бетты».