когда прочтешь это - уничтожь
Пытаюсь вытащить руку из столь давящего наручника. Все тщетно. Рука оцарапалась в кровь, оставив вокруг красные жгучие пятна. Приподнимаюсь с целью посмотреть в маленькое окно с решеткой, чтобы увидеть хоть немного солнечного света. За три часа мне закинули какой-то бутерброд, выглядящий, словно он прошёл мировую войну. Но голод взял своё, и пришлось съесть.
— Ублюдок! — орет через время знакомый голос снаружи, и слышится выстрел. О боже.
Пытаюсь подойти поближе к железной двери, чтобы услышать хоть что-то.
— Где ключи?! Я спрашиваю, где ключи?! Говори, сука! Я сейчас без труда прострелю тебе вторую коленку, если не скажешь, ключи!
Слышу быстрые шаги и отхожу подальше от двери, чтобы она не вмазалась мне в лицо.
— Лия! Ты в порядке? — Голубин врывается в помещение, подлетает ко мне и хватает за лицо.
— Глеб, времени нет! Быстрее освобождай ее и поехали. — доносится голос Шатохина издалека.
Блондин достаёт камень и разбивает им цепь. Не понимаю, где он его взял. Меня хватают за руку и ведут к выходу. Оглядываюсь и вижу множество охранников, лежащих в луже крови на траве. Что это за хрень? Миг, и мы уже летим, кажется, на скорости тысяча километров в час по трассе, яростно обгоняя все грузовики.
— Они с тобой ничего не делали? Все хорошо? — Глеб сидит рядом со мной на заднем сиденье и приобнимает за плечи.
— Им не выгодно что-то со мной делать. Он думал, что вы выкупите меня. Сначала пытались напоить вином, не понятно нахуя, а потом закинули в подвал. А кстати, как вы прошли сквозь эту армию охранников?
— Прострелили им ноги нахуй. Мы любим такое. — усмехается блондин.
📍Moscow, 30.07.2015.
— Дропаем завтра! — подскакивает Глеб и со всей силы жмёт на кнопку на клавиатуре. — Ну а теперь можно и отпраздновать. — намекает тот.
Через час мы уже оказались в клубе, видимо любимом Династии, потому что мы тут бываем чуть ли не каждую неделю.
Бармен разливает напитки по бокалам, диджей на сцене качает в такт биту, все те же мужчины, а иногда симпатичные девушки с декольте расхаживают по клубу, предлагая травки.
Издалека я замечаю Глеба, который соблазняет одну из таких девушек, видимо, за траву. Хоть я и знала про увлечение Голубина девушками, все равно было очень противно на это смотреть. В не очень хорошем настрое отправляюсь заглушить все плохие чувства дозой алкоголя. Но что это за плохие чувства? Ревность? Почему мне вообще не все равно?
Добравшись до барной стойки, заказываю текилу и усаживаюсь по удобнее, а сама без настроения рассматриваю какую-то передачу на висевшем передо мной телевизоре.
— Эй, ты чего поникла? — ко мне подсаживается Артём и берет бокал у бармена.
— Артём, все в порядке, правда. — пытаюсь переубедить парня, лишь бы тот отстал от меня, ведь поделится своей проблемой я точно не могу.
— Так если все в порядке, почему ты тогда пьёшь одна и втыкаешь в какую-то ебучую передачу? — не отстаёт тот. — Это из-за Глеба?
— Почему ты так думаешь? — делаю глоток, а затем чувствую прилив смелости и, не дав ответить на свой же вопрос, выпаливаю. — Да.
— Дай угадаю, ты увидела его с какой то телкой? Слушай, он же на каждой тусовке цепляет кого-то. Почему тебя это так расстраивает? Или у вас что-то было?
— А он запоминает что-то, если обкурен? — не отвечаю на вопрос и, чуть ли не перебив, задаю сразу свой.
— По разному, смотря как накурился.
— Ладно, спасибо. — бросаю мягкую улыбку парню, беру сумку и иду к выходу, с целью уйти из этого места.
Протискиваюсь сквозь массу пьяных танцующих гостей, надеваю кожанку и достаю телефон с целью вызвать такси, но знакомая татуированная рука двумя пальцами забирает у меня из рук телефон.
— Куда это мы собрались? — ехидно говорит блондин, оперевшись о дверной косяк.
— Какая тебе разница? Отдай мой телефон и беги дальше к своим шлюхам.
— А это что, ревность? — усмехается тот и привстает на цыпочки, поднимая руку с телефоном как можно выше.
— Нет! Вообще нет! — смотрю на парня удивленным взглядом, а затем прыгаю и пытаюсь забрать телефон, но парень явно выше меня, поэтому все мои попытки становятся тщетными. — Отдай телефон! Голубин, ты вообще ахуел?
— Ты серьезно ревнуешь меня? — смеётся тот, да так, что становится обидно.
— Нет, вообще нет. Но какого хуя ты сначала признаешься мне в любви, а потом трахаешься с рандомными телками?
— Ты совсем ебнулась? Я признавался? Кому? Тебе? В любви? — он продолжает смеяться, а у меня от такого начинают скапливаться слёзы в глазах. — Стой, серьезно? — при виде моих слез выражение лица парня сразу меняется на удивленное.
— Представь себе, да! — восклицаю и выхватываю телефон из опустившиеся от удивления руки и быстрым шагом выхожу на улицу, но меня перехватывают, поворачивают к себе и крепко обнимают.
Поднимаю голову и вижу искренние глаза парня. Взгляд бегает с глаз на губы. Блондин закрывает глаза и тянется к моим губам. Я отвечаю тем же, и мы сливаемся в нежном поцелуе. Блондин очень аккуратно исследует мой рот языком, словно боясь, что я его оттолкну, но этого не случилось. Манящие, с привкусом травы губы все таки взяли своё. Спустя время парень отстраняется и с сочувствием смотрит мне в глаза.
— Прости.