13 глава.- Эй,кот,ты чего?
Пикник проходил в 'теплой' и 'дружеской' обстановке. Читай - ком. дир был малость не в настроении, потому остальные сидели, как мыши под веником, и пискнуть лишний раз боялись. Я так вообще... заныкалась за Севу и старалась не отсвечивать. К Мишке благоразумно старалась не приближаться. Правда, что-то подсказывало мне - все эти маневры не помогут. И ждет меня с понедельника крайне весела жизнь. Самой что ли заявление написать? Опередить, так сказать, события... Но тут уже внутренний протест сыграл - а фиг ему! Не имеет права! Пусть только попробует! Я его по судам затаскаю!
Как там говорит известная крылатая фраза? Лучшая защита - нападение? Эт мы могем... Вот сейчас накручу себя до ручки, и пусть только Егоров попробует что-нибудь ляпнуть. Его будет ждать ба-а-альшой сюрприз!
Но к моей досаде ком. дир даже почти не смотрел в мою сторону. Правда, и настроение у него не улучшалось. Впрочем, мое тоже обреталось где-то в районе плинтуса. Причем не только потому, что выходка Мишки и собственная дурость грозили крупными неприятностями на работе. Больше всего меня бесила наша разлюбезная Карина, которая якобы невзначай села на покрывало рядом с Егоровым, и теперь весело щебетала, постреливая глазками. И от того, что ком. дир ее не тормозил, распалялась еще больше.
- Слышь, как наша птичка поет, - улучив момент, шепнула мне Светка. - Заливается... А Егоров, кажется, и не против.
- Если он на нее западет - уважать перестану, - буркнула я, не глядя на сладкую парочку. - Ибо на эту моль бледную может повестись только мужчина с напрочь отсутствующим вкусом.
- Вот спасибо, - проворчал чутко прислушивающийся к нашему разговору Сева. - Приласкала, так приласкала.
Класс. Делаешь успехи, Настя! Два шикарных затупа за один день - личный рекорд. Забыть о том, что наш рук. роз мутил с Кариной на заре карьеры - какая я молодец...
- Ой! - виновато пискнула я и заканючила: - Се-е-евка! Ну прости дурынду! Я не это имела в виду.
- Да конечно! - отвернулся он.
- Блин! Сев! Не дуйся, а?
- Тем более, - встряла Светка, - ты сам говорил, что это было временное помутнение рассудка.
- Было дело, - вынужден был признать рук. роз. - Но это не отменяет того, что ты, мелкая, редкая зараза! - и показал мне язык.
Вы видели когда-нибудь здорового бугая, который кривит рожи, как мальчишка? Тогда, думаю, поймете, почему мы со Светкой переглянулись и весело расхохотались. Во весь голос.
- Какая прелесть, - ушатом ледяной воды на голову вылился холодный голос Егорова. - Может, поделитесь, что смешного? Мы тоже посмеяться хотим, не так ли коллеги?
Нестройный хор вынужден был подтвердить, что такие да - очень хотят. Ну прям о-о-очень!
- И вообще, Анастасия, - казалось, температура вокруг нас стремительно падает, - что же вы сидите с друзьями, а не со своим спутником? Он ведь без вас скучает.
Я малодушно опять спряталась за спиной у Севы. Ну нафиг, сейчас еще огребу ни за что ни про что... Что ж Егоров так взбеленился? Неужели девушки его первый раз игнорят? Тогда - ой-ой-ой - вляпалась я по самую макушку. Ибо в этом случае меня будут давить. Причем до одного из вариантов - увольнение или постель. Ладно, еще побарахтаюсь...
- А я, собственно, уже уезжаю, - нарочито безразлично отозвался Мишка и поднялся. - Дела зовут. У меня на следующей неделе еще два тренинга. Всем хорошего дня и всего доброго.
Слава всем фентезийным богам, Кренский додумался ко мне не подходить. Видать, понял, как подставил... И самое интересное - это помогло! Егоров провел Мишаню задумчивым взглядом и ощутимо расслабился. Даже улыбнулся, что говорит о многом! Так что наши тоже немного отморозились и даже начали сыпать шуточками. Единственная, кто осталась недовольной, - Карина. Ибо теперь ком. дир не только не смотрел в ее сторону, но и отсел ближе к своему заму.
Веселье пошло своим чередом и, наверное, получился бы неплохой поход на шашлыки, если бы Севка не решил похвалиться своим новым велосипедом, на котором и приехал.
Скажем честно и прямо - в велосипедах я не шарила. Ездить умела - привет босоногому детству, но на этом все. Да и последний раз седлала двухколесный, чтобы не соврать, лет в восемнадцать. То бишь, прорву времени назад. Но вот сейчас, краем уха слушая, как рук. роз разливается соловьем вокруг своей прелести, я вспоминала то счастливое время. Зеленая 'Тиса', мне двенадцать лет, и самый больший кайф в жизни - выехать на пригорок у сельской школы и крутить педали, крутить, крутить - пока не почувствуешь себя сестрой ветру. Короче, ностальгия обуяла по полной. Так что нет ничего удивительного в том, что я подлетела к Севе и, дернув за рукав, сделала глазки кота из Шрека:
- Ты же мне друг, правда? - и умильно захлопала ресничками.
Он запнулся и оглядел меня с таким подозрением, что я едва не захихикала, чем однозначно провалила бы маскировку девочки-аленького цветочка.
- Допустим, - осторожно отозвался, наконец, рук. роз. - А что?
- Дай покататься!
За спиной кто-то хмыкнул, и я могла поспорить на что угодно - это был Егоров. Ну и к черту его, не так ли?
- А ты умеешь? - с сомнением посмотрел Сева, на всякий случай отводя велосипед подальше.
- Да кто ж не умеет? - совершенно искренне изумилась я. - Да будет тебе известно, Фома неверующий, я все детство на 'Тисе' отъездила.
- 'Тиса' - это да, - хихикнула Светка, которую вся эта ситуация явно забавляла. - 'Тиса' - это сильно!
Пришлось показать насмешнице исподтишка кулак.
- Насть, я соглашусь лишь с одним условием, - Севка сурово поджал губы.
- Смиренно внимаю, - пропела я и опять захлопала ресничками - а что, надо же пользоваться исконно женским оружием!
- Сходишь со мной на свидание, - прищурился этот наглец.
И - да-да - это был не вопрос. Утверждение! Я, честно говоря, на миг зависла. Хотя бы потому, что от кого, от кого, но от Севы такого не ожидала!
- Всеволод, вы уверены? - от Егорова опять повеяло арктическим холодом.
- Абсолютно, - невозмутимо отозвался тот. - Тем более то, что я делаю в свободное от работы время - мое дело, не так ли? - в голосе рук. роза звякнула сталь, и я, с трудом подняв с земли уроненную челюсть, осознала - а ведь таким он мне никогда не показывался. Все время был рубахой-парнем...
- Все так, Всеволод, все так, - ком. дир улыбнулся настолько хищно, что я, подавшись порыву, трусливо спряталась Светке за спину - мамочка, только не говорите мне, что эти два самца сейчас меня делить начнут! - Но я бы на вашем месте хорошенько подумал.
- Учту, - коротко отозвался Сева и повернулся ко мне, сразу же превратившись обратно в знакомого весельчака. - Ну что, Наська, рискнешь все-таки? - и, зараза эдакая, демонстративно облизнулся.
Не могу сказать, что свидание с ним меня вдохновляло. Да и злить Егорова лишний раз... Но этот велик... Манил. Притягивал взор и обещал хоть на пять минут, но вернуть в счастливое детство, где всех проблем было, что Лешка из параллельного класса не обращает внимания.
- Свидание в людном месте, и любая попытка распустить руки будет означать его конец, - я решила поставить свои условия.
- Годится, - спокойно кивнул он и подтолкнул ко мне велик. - Рули, мелкая. Но - осторожно. Это не твоя 'Тиса'.
- Не учи ученую, - буркнула, стараясь не сильно ежиться под тяжелым взглядом Егорова. - И без тебя разберусь...
А потом оттолкнулась и... поехала!
Ну, что я вам могу сказать... Говорят, разучиться ездить на велосипеде невозможно. Так вот я целиком и полностью опровергла это заявление!
Здравая мысль о том, что лесные тропинки не самое лучшее место для обновлений навыков, посетила меня на первом же метре самопальной трассы. Но я же упрямая! Не в меру... Так что стиснула зубы и, повторяя про себя, как мантру, 'Наська, ты ж все детство на велике провела!', крутанула педали сильнее. И это оказалось моей роковой ошибкой. Переднее колесо попало на кочку, руль вылетел из моих рук, я, красиво, в позе звездочки, полетела в небольшой ров, полностью заросший крапивой!
Первые несколько секунд, когда я пыталась отплеваться от земли, в которую зарыла носом, ничего особого не ощущала. Но зато потом... Вы когда-нибудь падали плашмя в крапиву? Нет? И не советую! Тело прострелило иголками в куче мест сразу, и я, заорав от боли, краем сознания поняла - черта с два я поднимусь! А надо, потому как крапива продолжала вгрызаться в мое тело даже через одежду.
- Докаталась, - раздался над головой недовольный голос. - А ведь предупреждали же...
В следующий момент меня, поскуливающую и всхлипывающую, бережно подняли и, замотав в какое-то одеяло, куда-то понесли. Мне же было так плохо, что я почти не соображала.
- Я сам ее заберу! - кажется, это был Сева. - Мой велик - я виноват, значит и должен...
- Все, что могли, вы уже сделали, - сухо проинформировал голос над моей головой - все-таки Егоров. - Я позабочусь о нашем бизнес-тренере. А вас, Всеволод, оставляю за главного.
И надо было слезть, не позволять ком. диру меня куда-то нести, но меня начало знобить, а кожа горела так, что казалось - сейчас она попросту слезет.
Егоров аккуратно положил меня на заднее сидение своей машины и, осторожно потормошив, спросил:
- Аллергия есть?
- Что? - шепнула пересохшими губами.
- Аллергия на крапиву есть? - спокойно уточнил он.
- Нет...
- Точно?
Хотела опять сказать 'нет', но задумалась. Откуда мне знать? В таких количествах с крапивой не сталкивалась.
- Не знаю...
- Понятно, - вздохнул Егоров, не соизволив уточнить, что именно ему понятно.
А потом меня куда-то повезли. Мне было все хуже, потому подняться и посмотреть в окно оказалось непосильной задачей. Ну, я и дергаться не стала. К тому же - кто бы знал - как мне было плохо...
Кажется, в определенный момент я попросту потеряла сознание. Потому что в себя пришла уже на диване от того, что Егоров настойчиво звал меня по имени.
- Очнулась! - выдохнул он и подсунул мне под нос две таблетки. - Выпей. Скорая будет через две минуты, пока сказали скормить тебе 'Диазолин'.
Какая скорая, зачем, и кто такой этот самый Диазолин - все эти вопросы меня не волновали. Я безропотно выпила пилюли и прикрыла глаза. Хотелось выгнуться, застонать, а лучше залезть в ванную со льдом - почему-то в тот момент мне казалось, что это поможет.
То ли подействовали таблетки, то ли срок действия яда крапивы потихоньку истекал, но к приезду скорой я даже сподобилась сесть, хоть и получила за это бамбулей от Егорова. Врач - добродушный краснолицый дядька лет пятидесяти с шикарными усами - осмотрел меня и вынес вердикт - тревожных признаков нет, до свадьбы заживет. Порекомендовал смазать пострадавшие участки тела каким-то кремом и укатил. А я осталась наедине с ком.диром, причем только тогда осознала - а ведь мы в его квартире! Ой... Что-то мне стремно, господа.
- Раздевайся, - вдруг подтвердил мои худшие мысли хмурый Егоров.
- Что? - просипела я и, забыв о своей контузии, шустро забилась в угол дивана.
Мужчина посмотрел на меня с изумлением и осторожно проговорил:
- Тебе волдыри смазать надо. Или думаешь, тебе живот через футболку не пожгло? И ноги...
Ой... Нехорошо получилось... Он помочь решил, а я черти что себе придумала. Но блин! Раздеваться перед ним?! Ни за что!
- Я сама, - хрипло выдохнула и попыталась подняться.
Дурная была затея. Тело начало зудеть, и я застонала, едва сдерживая слезы. Да что ж это такое!!!
- Сама ты сейчас разве что спать можешь, и то не факт, - неодобрительно покачал головой Егоров, а потом задумался: - Одежду стягивать - кожу потревожим... Хуже станет. Не снимать тоже нельзя...
С каждым словом мне становилось все больше не по себе, потому я глубоко вдохнула и осторожно потянула футболку вверх. И чуть не заорала от боли.
- Что ж ты творишь, глупая! - ругнулся Егоров, подлетая ко мне. - Замри!
Я послушно остановилась на полпути, смаргивая застелившие глаза слезы.
- А теперь осторожно, вот так...
Почувствовала, как футболку вытащили из моих рук и медленно потянули вверх, стараясь не задевать тело. Да, определенно, у него получалось намного лучше, чем у меня. Так я быстро и шустро осталась лишь в нижнем белье. Перед мужчиной, который пытался меня снять, как проститутку. И который мне нравился. А самое главное, что этот мужчина проявлял ко мне весьма недвусмысленный интерес. Но верите, что мне было как-то пофигу на все три пункта? Я как увидела свой живот, усыпанный слитыми и побелевшими волдырями, так и ушла в астрал минут на пять.
- М-да, - походу, Егоров тоже 'впечатлился' картинкой, - хорошо тебя приложило, ничего не скажешь... Грудь не пожгла?
- А? - встрепенулась я.
- Судя по состоянию живота и ног, крапива тебе досталась самого лучшего качества, - любезно просветили меня. - И есть у меня подозрения, что груди тоже досталось.
Представила на минутку, как я снимаю перед Егоровым бюстгальтер, и нервно икнула. Нетушки! Это уже однозначно перебор!
- Да все нормально, - попыталась отбрыкаться.
- Покажи, - ком. дир был непрошибаем, как скала.
С трудом сглотнула вязкую слюну и едва сдержала порыв прикрыться руками. Мне же хуже будет, если лишний раз шелохнусь.
Видимо, все мои мысли были написаны на лице километровыми буквами, потому что Егоров тяжело вздохнул и закатил глаза:
- Настя, ну что за детсад, в самом деле? Такое ощущение, что тебе пятнадцать, и ты первый раз к гинекологу пришла! Не дури, я тебя очень прошу.
Знаете, я даже осознавала - он прав, на все сто. Думаете, от этого становилось хоть капельку лучше? Ага! Аж два раза!
- Понятно, - скупо обронил Егоров, а затем быстро, так что я не сразу поняла, что происходит, развернул меня спиной к себе.
Миг - и я уже сидела в одних трусиках, заливаясь краской.
- Ну что там? - ага, так мне и дали отсидеться - он повернул меня к себе и, бросив взгляд на пострадавшую грудь, неодобрительно покачал головой: - Ты что, нарочно самую жгучую нашла?
Я гордо проигнорировала вопрос. Тем более, что он ответа не требовал.
- Ложись, - скомандовал Егоров, отвинчивая крышку у тюбика. - Скоро тебе станет легче...
Представила, как этот мужчина будет натирать меня кремом, пусть и лечебным, и мне сразу поплохело. А может лучше не надо?!
- Настя, - он угрожающе сузил глаза, видимо, просек панику, отразившуюся на моем лице, - ложись, я сказал!
Делать нечего - пришлось подчиняться.
Могу сказать, что это был весьма необычный опыт. Еще никогда мужские руки не скользили по моему телу без малейшего левого подтекста. И более того - еще никогда я при этом не стонала не от возбуждения. Уж не знаю, чем Егоров меня мазал, но этот крем снимал жжение просто на ходу! Чистый кайф!
- Вроде бы все, - ком. дир критично осмотрел окончательно разомлевшую меня. - Теперь тебе надо хотя бы час полежать, а лучше - поспать.
- Я поеду домой! - дрема слетела моментально.
- В таком состоянии? - иронично вскинул бровь он и ехидно добавил: - Лежи уж! Я на полудохлые тела не бросаюсь.
На языке вертелся вопрос, бросится ли он через пару часов, когда я перестану быть полудохлой, но разум взял верх. Все-таки Егоров мне помог и очень, а я веду себя... как малолетка, честное слово. Шарахаюсь, стесняюсь, где не надо, и все такое. Короче, прекращаю детсад и вспоминаю, сколько мне лет.
- Хорошо, - сдержано отозвалась и, улегшись обратно, закрыла глаза.
- Вот и умница, - мягко прошелестел над головой Егоров, а потом, судя по звукам, вышел в другую комнату.
Пробуждение было по настолько банальной и прозаичной причине, что и упоминать не стоит. Кто сказал пописать?! Я вообще-то просто пить захотела. Открыла глаза - темень, хоть в морду дай. Немного посидела, чтобы хоть как-то привыкнуть, а когда начала смутно различать предметы мебели, поднялась и наощупь побрела в сторону двери. Тело, как ни странно, было уже в порядке - ничего не зудело, да и вообще не ощущалось. Я вышла в узкий коридор и задумалась. Так, меня любезно расположили в самой крайней комнате. Теоретически дверь напротив - еще одно жилое помещение. Значит, кухню надо искать дальше. Кивнула сама себе и так же, по стеночке, поплелась дальше. У очередной двери остановилась и, немного поразмыслив, решила, что это еще одна комната - кто же будет делать кухню посреди квартиры? А вот у следующей я остановилась. Пришла запоздалая умная мысль поискать выключатель, но стало банально страшно. А вдруг Егорова разбужу? Оно мне надо? Не-е-е! И так все отлично видно. Сейчас я загляну, пойму, туда ли попала и все будет окей. И я сделала шаг вперед.
Босая нога ступила на что-то мягкое, теплое и явно живое. Пока мой мозг обрабатывал эту, без сомнения очень важную информацию, нечто под моей ступней зашевелилось, а потом заорало дурным мяукающим голосом. Я, естественно, тоже заорала - а кто бы смолчал?! А потом отскочила вглубь комнаты, заработав напоследок несколько ощутимых царапин на лодыжке. Думаете, на этом мои злоключения закончились? Ага, щас. Потому как отпрыгнула я тоже не удачно - запнулась об что-то и с коротким воплем свалилась... На чье-то тело. Ну, как чье-то... Известно, чье.
Егоров среагировал не просто быстро. Молниеносно. Миг - и я лежу на кровати, придавлена его весом.
- Пусти, - только и смогла, что пискнуть я.
- Настя? - хрипло выдохнул он. - Какого ты... не спишь?!
Отвечать было сложно. Очень. Все помнят, что я вообще-то в одних трусиках уснула? А что если я сообщу - наш многоуважаемый комдир, оказывается, без нижнего белья почивать изволили? Короче... Сложно говорить что-то внятное, если в бедро тебе упирается... Нечто большое и каменное. Порнуха ему, что ли, снилась?!
- Пить хотела! - еще тоньше пискнула я и попыталась осторожно выползти. В ответ меня сдавили еще сильнее.
- Точно пить? - насмешливо поинтересовался этот невозможный мужчина. - Или благодарить пришла?
Ах ты!.. Коротко рыкнула и попыталась спихнуть с себя этого гада. Да как он смеет!
- Тихо, тихо, - Егоров осторожно перехватил мои руки, которыми я его толкала, и заблокировал ноги. - Я же пошутил, чего ты?
- Пусти, - как можно более холодно произнесла я, пытаясь не обращать внимания на некоторые твердые части тела, которые кажется, становились еще более твердыми.
- А если нет? - в голосе комдира прозвучали настолько игривые нотки, что я чуть не взвыла - неужели приставить начнет?!
- И что? - фыркнула и отвернулась. Меня начинало потряхивать. Кажется, с минуты на минуту меня посетит ее величество истерика.
- Понятно, - тяжело вздохнул он и вдруг откатился в сторону.
А я продолжила лежать и глупо хлопать ресницами. Эм, а где же все, на что я уже настроилась?
- Кухня, между прочим, была напротив твоей комнаты, - любезно просветил Егоров. - Ума не приложу, почему ты аж сюда зашла, - и опять эта насмешка в голосе!
Нет, вне офиса мне с этим мужчиной лучше не пересекаться. А то такое ощущение, что по минному полю бегаю, не представляя, где в следующий момент подорвешься.
В данной же ситуации у меня просто не было выхода. Так что я, как ни в чем не бывало, поднялась, сухо бросила 'Благодарю' и степенно, стараясь не сорваться на бег, удалилась в сторону выхода.
- Всегда пожалуйста, - догнал меня голос, в котором плескалось ехидное веселье. - Главное, опять на Ваську не наступи.
Я насупилась и не ответила. Слава святому мегабайту, ни одно кошачье мне больше под ноги не попадалось. Так что я без проблем дотопала до кухни, хлопнула два полных стакана воды и с относительно чистой совестью отправилась спать.
Утром проснулась от того, что шершавый язык вылизывал мне нос. Приоткрыла один глаз и с удивлением воззрилась на сосредоточенную полосатую морду. Причем на мое пробуждение хвостатый никак не отреагировал, так и продолжал стоять передними лапами у меня на груди, и сосредоточено меня умывал.
- Эй, кот, ты чего? - хрипло выдохнула. - Я вообще-то на тебя вчера наступила.
Тот даже ухом не повел.
Кое-как спихнула ретивого кошака с груди и со стоном села. М-да, и начудила же я вчера... И с крапивой, и с... водичкой. Сходила одна, называется. Как теперь Егорову в глаза смотреть? И работать... как?! Я же со стыда сгорю!
- Доброе утро, - в комнату вошел одетый в строгий костюм комдир, и я вдруг осознала - сегодня же понедельник! Кажется, я позорно проспала. Вспомнила, что из одежды у меня только измазанные крапивным соком бриджи и футболка, и захотелось зарыться в одеяло. Что такое не везет, и как с этим бороться...
- Я в офис, - будничным тоном сообщил Егоров. - Завтрак на кухне, ключи - на полке у выхода. После обеда жду тебя на летучку.
И вышел.
Пока я пыталась понять, что собственно происходит, стукнула входная дверь. Я осталась одна в квартире.
Одна. В квартире Егорова. Который, кажется, приготовил мне завтрак. Интересно, я случайно вчера, когда с велека слетела, башкой ни обо что не приложилась? А то очень на то похоже!
Сначала я хотела просто собраться, вызвать такси и умотать куда подальше. Но, как известно, любопытство кошку сгубило. А все женщины отчасти кошки, не так ли? Решила хоть одним глазком заглянуть, что там наш несгибаемый комдир на завтрак оставил. И просто не смогла устоять! Да и кто смог бы?! Представьте себе горку свежих, еще теплых оладий, а рядом два блюдечка - с медом и малиновым вареньем. И, как завершающий штрих, кружка холодного молока. Все! Я никуда не иду!
Так что домой я приехала, сытая и довольная. Надо будет как-то Егорова отблагодарить - просто чудо, а не мужчина! Прямо жаль, что у нас так все изначально неудачно сложилось.
Наскоро приняв душ, я обтерлась и критично осмотрела себя в зеркале. М-да... Волдыри посходили, но все тело было равномерно покрыто красными точками. И эта гадость, насколько я помню босоногое детство, сходить будет долго. Пришлось подбирать соответствующий наряд, хорошо еще, что был подходящий - легкие летние кремовые брюки, и тонкая полупрозрачная туника с длинным рукавом. И закрыто, и не жарко. Кивнула своему отражению и поспешила на работу. Что меня там еще ждет...
Впрочем, Егоров вел себя более чем корректно. Справился о самочувствии, напомнил, что мне еще сегодня желательно было бы выпить диазолин, и вернулся к рабочим вопросам. А после летучки заперся у себя в кабинете.
Только я вздохнула свободнее, как передо мной появилась малость перекошенная Карина. Ой, кажется, я ей вчера обломала все соблазнение нашего комдира. Ай-яй-яй мне! Какая я не хорошая! И главное, мне очень стыдно. Ага. Аж два раза.
- Да, Карина? - вежливо осведомилась я.
- Что, думаешь, самая умная? - прошипела эта моль бледная и обличающее ткнула меня пальцем в грудь. - Я тебя насквозь вижу!
- Ты о чем вообще? - я опешила и на всякий случай отошла немного назад - кто их этих буйнопомешаных знает?
- О твоем красивом полете, конечно! - презрительно скривила губы местная болонка. - Я Егорову все расскажу...
- Постой! - я выставила вперед ладони и окинула ее недоверчивым взглядом. - То есть, ты утверждаешь, что я специально упала в заросли крапивы, чтобы Егоров на меня внимание обратил?
- Будешь отпираться? - прокурорским тоном поинтересовалась эта слабоумная.
Я никогда не отличалась ангельским терпением, но теперь так просто вспыхнула.
- Прости, Карина, но ты - кретинка, - прошипела я, зло сузив глаза. - Ни один мужик этого, - резко закатала рукав и сунула пострадавшую руку ей под нос, - не стоит! в следующий раз, когда тебе придет в голову такая же 'гениальная' идея, сначала у психиатра проверься!
Почувствовала, что сейчас просто начну орать, потому сделала несколько быстрых вздохов и стремительным шагом направилась прочь из конференц-зала.