Часть 6.
Последняя неделя у Маши прошла максимально ужасно и скучно.
Болезнь заставляла сидеть двадцать четыре часа в сутки в комнате, лишь иногда выходя в столовую на перекус.
Подруги пытались максимально развлекать Романову после школы, но самый большой цирк, устраивали они со Светой.
Девушки изображали пару, как только замечали на горизонте Поцелуеву.
Садились еще ближе, натягивали улыбки друг другу, прикасались, обнимались.
Со стороны их взаимоотношения были действительно похожи на смазливые отношения. Даша же видя эту картину, показательно закатывала глаза, прижимая к себе ближе Диану Адаменко, что постоянно маячила возле. Похоже, девушкам показалась ревность от нее. Но подруги продолжали разыгрывать спектакли, ради Светы.
Лиза Макарова, что докучала девушке своим вниманием, скалилась на пару, но действительно отстала.
Но в вечер воскресенья, девушка поняла, что окончательно вылечилась, и утром следующего дня нужно возвращаться в школьную жизнь. Решив, что делать домашку неинтересно, Маша отправилась в комнату Светы. Она жила с двумя девушками - десятиклассницами.
У них были какие-то там серьезные отношения с одноклассниками, и все время девушки проводили у них в комнатах.
Зайдя в комнату подруги, Романова увидела целующихся Лизу и Свету. Лишний звук отвлек девушек друг от друга.
— Упс.. — С ухмылкой на лице произнесла Макарова.
Глаза подруги светились от радости, а губы она не произвольно поджала.
Маша была по настоящему рада за подругу, что она приняла свои чувства, и кажется, перестала отталкивать возлюбленную.
Романова сделала грустный вид, быстро кивая Токаровой, ну ей все-таки изменили только что. Выйдя из комнаты, она скривила губы. Придется идти в свою комнату, где находилась Поцелуева. Даша лежала на своей кровати и зависала в телефоне.
— Где ты шлялась? — Спросила блондинка, не отрываясь от телефона.
— Тебе какое дело? — Вопрос застал девушку в недоумение.
Маша упала на кровать Оеланы, установив зрительный контакт с уже смотревшей на нее Поцелуевой.
— Ты знала, что тебе Света изменяет? Я видела как они целовались вчера на лестнице. А сейчас Макарова у нее в комнате, и я думаю тебе не нужно рассказывать, чем они там занимаются. — Девушка спустилась со своей кровати, и села на чужую, возле Романовой.
— Бывает. А ты что, ревнуешь? — Произнесла русоволосая, не понимая действий и слов соседки.
Отвлеклась на телефон, максимально показывая, что разговор ей совершенно неинтересен.
— Бывает? И все? Ты не расстанешься с ней? — Поцелуева положила руку на чужую щеку, насильно переводя лицо девушки к своему. Приблизилась ближе, своими губами задевая чужие.
— Насмешила, ревнуешь. Ты понимаешь, что должна быть с тем, кто тебя любит?
— А если меня никто не любит? А Светик хоть физически любит, понимаешь? А твоя девушка в курсе, что ты так близко? — Произнесла Маша, расплываясь в ухмылке, но не отстранялась. Даша ее раздражала.
Аккуратно включив телефон, смахнув экран в право, Романова включила камеру. Снизу начала снимать их действия и разговоры. Поцелуева, увлеченная карими глазами, да пухлыми губами Романовой, не заметила ее подставы.
— А кто ей расскажет? Ты что-ли? Она тебе не поверит.
— Ну, а этому видео поверит? — Девушка выключила камеру, показывая получившийся материал. — Не боишься, что я это твоей Диане скину?
— Да похуй. — Произнесла, перекидывая правую ногу через тело девушки, садясь сверху, и наклоняясь к уху. — Пара моих поцелуев, и я прощена. А вот Светику подобное скинуть можно. — Прошептала оставляя смазные поцелуи за ухом.
— У тебя сиги есть? — Тоже шепотом.
Вопрос застал блондинку врасплох. Обычно девушки не так реагируют на подобные действия.
— В рюкзаке возьми. — Как зачарованная, ответила Даша, откидываясь в бок, позволяя девушке встать.
Маша заметила рюкзак, похожий на Дашин под кроватью на против. Она резко встала и потянулась за ним, доставая.
— Нет, не этот! — Девушка вскочила, и попыталась скрыть вещь, но Мария уже увидела его содержимое.
— Откуда?... — Ошарашенно говорит, доставая из чужой сумки свою кепку. — Что она у тебя делает?!
— Да блять. Ну ты реально заебала в ней ходить. Ты, блять, даже спишь в ней! — Начала оправдываться блондинка. — Вот и спиздила, пока ты спала. А потом стремно отдавать было. Ну, извини...
— Хуй с тобой. — Девушка увидела другой рюкзак возле стола, схватила его. — А там что, трусы мои будут? Я в них тоже всегда хожу. - Мария достала из нужной сумки пачку сигарет и закурила. Прям в комнате.
— Оп, а Света не любит курящих людей. — В комнату неожиданно вошла Лиза.
— Вот и бросай свои вредные привычки. — Съязвила Маша, меняя шапку на кепку, установив взгляд куда-то в окно.
Макарова лишь пожала плечами, обменявшись взглядами с Дашей, взяла свою кофту и вышла из комнаты.
Девушки молчали. Не стесняясь брать чужую пачку, Маша подожгла вторую сигарету, тут же делая затяжку.
Хозяйка молчала, ей действительно было стыдно за то, что она взяла дорогую для одноклассницы вещь.
Выкинув бычки в окно, да немного проветрив, обдавая комнату осенним ветром, Романова выключила свет и легла спать.
Оелана укатила к своей Каринке, а к Светке побежала Лизка.
Маше было очень грустно, и хоть она и не питала приятных чувств к Поцелуевой, надеялась, и в голове даже просила ее не уходить, чтобы она тоже не сбежала к Диане.
В голову полезли мысли: «А чем бы закончилось, если бы она не подскочила? Куда бы зашла Даша? Зачем она вообще это делала? Издевалась».
Блондинка действительно осталась, будто услышав мысленные мольбы соседки. Просто легла на свою кровать, но глаза закрывать не стала.
Даша смотрела на Машу, на которую падал лунный свет. Пухлые губы были приоткрыты, растрепанные волосы и половину головы закрывала черная кепка.
Грудь то сокращалась, то вновь подымалась, в зависимости от вдоха или выдоха девушки. В тишине хорошо слышалось сопение. Действительно уснула? Так быстро.
Но Романова не спала, она знала, что блондинка напротив смотрит на нее. Из-за этого и не открывала глаза, и томно дышала, в попытках побыстрее заснуть.
Не думать о том, что она никому не нужна. Даже родной маме.
Даше спалось плохо, даже очень. Сон совершенно не хотел проявлять себя, а мысли о минувшем вечере наступали. Она могла бы продолжить, и продолжила бы если б Маша разрешила. Но она оттолкнула её. Обычно, конечно, Поцелуева особо не интересовалась желаниями партнера, но с ней было другое. Даша просто не придумала ещё что, или не поняла. Перевернувшись на бок, взгляд упал на давно спавшую Романову. Та, кажется, спала совсем не спокойно. Ворочалась и что-то бормотала себе под нос, но явно крепко спала. Дарья стала прислушиваться к тому, что произносила соседка.
—Мама... - Всё более четко произносила девушка. —Нет... - Русоволосой видимо снился не самый приятный сон. Что-то двигало действиями Поцелуевой, заставляя её встать и подойти к кровати девушки. Та не переставала ворочаться. Блондинка потихоньку сняла головной убор, откладывая его в сторону, и настолько, насколько позволяла дотянутся рукой, гладила девушку по волосам. Произнося успокаивающие слова, не особо веря, что они помогут. Девушка заметила блеск слез в уголках глаз Романовой, что не могло заставить блондинку ещё больше переживать, что ей там сниться.
- Ну всё, тише-тише.. - Тихонько произнесла Поцелуева, вытирая пальцами рук слезы, уже текшие по щекам. Но Маша действительно перестала болтаться по всей кровати, а через ещё пару минут и замолчала вовсе. Даша не была уверена, что кошмар закончился, но девушка как минимум перестала издавать лишние звуки, которые мешали блондинке заснуть. Именно поэтому, а не потому что, она волновалась за девушку. Дарья прекрасно понимала девушку, в первое время нахождения в детдоме она сама во снах была у себя дома, в кругу семьи. И это были максимально уютное и прекрасное для Поцелуевой время. Просыпаться тогда попросту не хотелось, но будильник возвращал в суровую реальность. Возможно, только из-за таких снов, она справилась с принятием нового дома, новой семьи. Маше же судя по всему было совсем некомфортно в родном доме. И это настораживало. Дарье было действительно интересна судьба соседки, но ею делиться с Дашей она точно не будет. И это только огорчало.