Контракт на интим🔞

— И если соберётся вякнуть в мою сторону, сам в итоге сядет туда, куда меня посылает, потому что у него ничего нет, а у меня будет.
Он посмотрел ей в глаза, и в его взгляде появилась та самая уверенность, которая заставила её поверить в него с первой минуты.
— А ещё, он покрывал преступление. Ты же можешь подтвердить тот факт, что тебя просто украли, утащили насильно из клуба в Дубае, где нес за всё ответственность он, а потом почти изнасиловали, если я всё правильно понимаю. И он не написал заяву на этого мужика. Как ты мне рассказывала. А так, он просто закрыл глаза на преступление, хотя о всем прекрасно знал, тебя подставил, не защитил. Прикрыл того мужика, не обратился в полицию. Это тоже срок. Всё, что с тобой там было, это похищение, которое он прикрыл. Попрошу я человека найти все эти записи, а завтра просто покажу этому несчастному. Вряд ли после такого он захочет что-то говорить в мою сторону.
— спасибо... Вадим, — поджав губы, сказала Катя.
— Тсс, — он прижал палец к её губам. — Всё хорошо. Я никому не дам тебя в обиду. Ни ему, ни кому-либо ещё. Ты поняла?
Она кивнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Но это были другие слёзы — облегчения, благодарности, нежности.
— Я боюсь за тебя, — прошептала она.
— Не надо, — он поцеловал её в лоб. — Я справлюсь. Мы справимся.
Она подняла глаза на него. Смотрела долго, вглядываясь в каждую черту, запоминая этот момент.
— Вадим, я... — начала она и запнулась.
— Что?
— Я тебя... — слова застревали, но она заставила себя выдохнуть: — Я чувствую к тебе что-то. Больше, чем просто симпатию. Я не знаю, как это назвать, но...
— Я знаю, — ответил он. — Я тоже. С первого дня, как увидел тебя на фото. Знал, что ты будешь моей.
Она улыбка сквозь слёзы.
— Самоуверенный.
— А ты сомневалась?
Она рассмеялась, чувствуя, как напряжение отпускает. Он обнял её крепче, прижал к себе.
— Оставайся сегодня, — сказал он. — Я сделаю тебе массаж. С маслом и свечами. Расслабишься после всех этих новостей.
— Звучит заманчиво, — прошептала она.
Он взял её за руку и повёл в спальню.
В спальне горели свечи. Мягкий свет отражался в панорамных окнах, создавая уютный полумрак. Вадим включил музыку — что-то спокойное, с нотками джаза.
— Раздевайся, — сказал он, доставая масло. — Ложись на живот.
Она сняла одежду, легла на кровать, чувствуя, как прохладная простыня касается кожи. Он разогрел масло в ладонях, и его руки легли на её плечи.
— Расслабься, — прошептал он, начиная медленные, круговые движения.
Она закрыла глаза. Его пальцы двигались уверенно, сильно, но нежно. Разминали шею, плечи, спину, спускались ниже. Каждая клеточка тела таяла под его прикосновениями.
— Как ты это делаешь? — выдохнула она.
— Учился, — усмехнулся он. — Ради таких моментов.
Он массировал её долго, не торопясь. Потом помог перевернуться на спину. Их взгляды встретились. В его глазах горело желание, но не было спешки.
— Искупаемся? — спросил он.
Она кивнула. Он подхватил её на руки и понёс в ванную. Там уже ждала тёплая вода с ароматной пеной. Он опустил её в воду, сам сел рядом. Они сидели в тишине, чувствуя тепло воды и друг друга.
Она повернулась к нему, обвила руками шею, поцеловала. Поцелуй был долгим, благодарным, обещающим.

Утром Катя проснулась оттого, что кровать рядом опустела. На тумбочке лежала записка: «Уехал по делам. Разберусь с Кораблиным. Завтракай, отдыхай. Вечером буду. Целую».
Она улыбнулась, прижала записку к груди. Впервые за долгое время ей было спокойно. Она знала: он справится.
Вадим подъехал к офису Кораблина ровно в десять. Секретарша попыталась сказать, что Егор занят, но он молча прошёл мимо, открыл дверь кабинета и вошёл.
Егор поднял голову от бумаг. Увидел Вадима, и лицо его стало каменным.
— Ты? — процедил он. — Что ты здесь забыл?
Вадим спокойно сел напротив, положил на стол флешку и папку с документами.
— Я пришёл поговорить, — сказал он ровно. — О Кате.
— Я уже всё сказал ей, — Егор откинулся в кресле. — Если ты не отстанешь от неё, я...
— Что ты сделаешь? — перебил Вадим, глядя ему в глаза. — Позвонишь своим «связям»? Начнёшь проверки? Угрожал, значит.
Егор молчал, и это молчание было красноречивее слов.
— А я принёс тебе кое-что поинтереснее, — Вадим подвинул папку ближе. — записи с камер в клубах, где много гостей употребляют запрещёнку.
Егор побледнел, но не ответил.
— а ещё. Катя может предоставить доказательства того, как над ней издевались клиенты, два раза подряд. Как её похитили, а ты всё прикрыл. Ты её туда отправил, — продолжал Вадим, не повышая голоса. — А она потом три дня в больнице лежала. Ты знал? Знал, что она там одна, после того, как её... — он не договорил, но в глазах его горела холодная ярость.
— Я не знал...
— Не ври, — перебил Вадим. — Знал. Просто сделал вид, что нет. А теперь ты ещё и мне угрожаешь. Хочешь уничтожить её новую жизнь, потому что твоё самолюбие не выносит, что она счастлива без тебя.
— Я хочу, чтобы она была в безопасности...
— От кого? От меня? — усмехнулся Вадим. — Или от тебя? Кто её обижал, Егор? Кто позволял своей новой менеджершей унижать её? Кто отворачивался, когда она смотрела с мольбой? Не я. Ты.
Егор сидел, сжав челюсти, и молчал.
— Так вот, — Вадим встал, — если ты тронешь меня или моё агентство, эти бумаги увидят те, кто очень любят сажать таких, как ты. И поверь, твоим «связям» будет не до тебя, когда всплывут обстоятельства изнасилования твоей же сотрудницы, которую ты отправил к клиенту.
Он взял папку со стола, повертел в руках.
— Но я не буду этого делать, — сказал он спокойно. — Если ты оставишь нас в покое. И ещё. Ты сильно обидел девочку. Та, которая слабее тебя. Кате нужна моральная компенсация. За всё, что ты ей сделал. За боль, за унижение, за страх. Я насчитал сумму. Она небольшая, но, думаю, тебе будет приятно знать, что твои деньги пойдут на её новую жизнь.
— Сколько? — выдавил Егор.
Вадим назвал сумму. Егор молча кивнул.
— Деньги переведёшь сегодня. И больше никогда не приближаешься к ней. Не звонишь, не пишешь, не появляешься. Иначе...
Он не договорил. Просто посмотрел на папку, которую держал в руках.
— Иначе эти бумаги уйдут в прокуратуру. И тогда, Егор, ты ответишь не только за то, что сделал с Катей. Ответишь за всё. За каждую девушку, которую отправлял к клиентам, не думая, что с ними будет. За каждую сломанную судьбу. За каждую ночь, которую они провели в слезах.
Он развернулся и вышел, оставив папку на столе.
Егор сидел, глядя ей вслед, и не мог пошевелиться. В голове билась одна мысль: он проиграл. Проиграл всё. И Катю. И эту войну. И, кажется, последние остатки того, что считал своей властью.
Вадим вышел из офиса Кораблина, сел в машину и выдохнул. Всё прошло даже лучше, чем он планировал. Егор сдулся, не стал спорить, не стал угрожать. Просто сидел и молчал, пока Вадим раскладывал перед ним его же собственную гниль.
Он уже завёл мотор, когда в окно постучала девушка. Она выбежала из офиса за Вадимом. Мужчина опустил окно и наклонился.
— что?
— Вадим? Это Диана, — заглянула, похлопав глазками.
Он усмехнулся. Ну конечно. Та самая. Менеджерша Кораблина, которая возила Катю к клиенту. Которая унижала её в офисе. Которая спала с Егором, пока Катя лежала в больнице.
— Слушаю, — ответил он холодно.
— Я... я хотела поговорить о том, что было сегодня в кабинете, — голос её дрогнул. — О том, что вы сказали Егору. О Кате. О... о клиенте.
Вадим кивнул, чтобы она села в машину. Она быстро это сделала.
— И что ты хочешь?
— Я не знала, что тот клиент такой, — выпалила она. — Честно, я не знала. Я просто делала свою работу. Я не хотела, чтобы с ней...
— Хватит, — перебил Вадим. — Ты пришла говорить о Егоре?
Диана замолчала. Потом выдохнула:
— Да. Не делайте этого. Не уничтожайте его. Он... он не плохой. Просто слабый. Запутался.
— Ты его защищаешь? — усмехнулся Вадим.
— Я его люблю, — просто сказала она. — Поэтому прошу. Сделайте что угодно, только не это. Не забирайте у него всё.
Вадим молчал, обдумывая. В голове созревала идея.