Контракт на интим🔞

Тишину, оставленную Катей, нарушил не звонок и не стук. Её разрезал, как лезвием, знакомый, ровный стук каблуков по мраморному полу. Лёгкий, отмеряющий шаги, знающий себе цену. Егор не обернулся. Он знал этот звук так же хорошо, как стук собственного сердца.
Юлия вошла в кабинет, как входила всегда — словно продолжая движение, начатое где-то в другом, столь же безупречном помещении. На ней был костюм того оттенка серого, который стоит как чёрный, но мягче. Её красота была другого порядка — выверенная, инвестиционная, как дивиденды от вложений в искусство. Она была частью этой комнаты, продолжением его стола, его кресла, его статуса.
— Кто это была? — спросила она, поставив на край стола тонкую папку. В её голосе не было ревности.
Егор медленно развернулся от окна. Его лицо было спокойной, профессиональной маской.
— Претендентка. Интересуется работой в агентстве.
— Смело, — заметила Юлия, проводя взглядом по пустому пространству, где минуту назад стояла та девушка, будто пытаясь уловить оставшийся след. — Слишком смело для соискательницы. Обычно они трясутся от страха или строят из себя невесть что. А эта... смотрела прямо.
— Дерзость — товар сомнительный. Рискованный. — Он подошёл к столу, взял папку, которую принесла Юля. Отчёты по клубам. Всё в порядке. Идеальный порядок, который они создали вместе.
— Будешь брать? — Юля села в кресло для гостей, скрестила ноги. Поза делового партнёра, ожидающего решения.
— Взял паузу. Посмотрим на резюме, если пришлёт. — Он сделал вид, что погрузился в цифры. Но цифры плясали перед глазами, складываясь в силуэт в дверном проёме. Взгляд. Изучающий.
Юлия что-то ещё сказала про новый контракт с поставщиками шампанского, но слова доносились будто сквозь воду. Егор кивал, отвечал что-то уместное, его бизнес-автопилот работал безупречно.
Вечер их загородного дома был тихим. Алина, дочь, уже уехала к своим друзьям на тусовку в чьей-то квартире. Прислуга бесшумно исчезла в своих комнатах. Юля, переодевшись в шёлковый неглиже, читала в гостиной что-то по финансам. Идиллия, отлитая из молчаливого взаимопонимания.
Егор поднялся по широкой лестнице на второй этаж, в свой домашний кабинет. Здесь тоже был порядок. Он налил в тяжёлый бокал виски, тёмно-янтарного, как московские огни с высоты его офиса. Пригубил. Огонь прошёл по горлу, но не сжёг навязчивый образ.
Катя.
Почему именно она? Дерзких хватало. Наглых — предостаточно. Но в её наглости не было животного страха или глупого вызова. Была... уверенность в своей силе. Она заявляла о своих намерениях стать лучшей. Как будто его агентство было не вершиной, а всего лишь следующей ступенькой для неё.
Он сел за компьютер, нашёл в спаме (конечно, она отправила с новой, никому не известной почты) её письмо. «Резюме. Катя». Никаких «с уважением», никаких уничижительных «буду рада рассмотрению».
Он открыл.
Фотографии были... профессиональными. Не вульгарными, но откровенными. Они не кричали «купи меня». Они шептали: «Посмотри, что ты можешь получить. Если будешь достоин». Одно фото, сделанное, видимо, у зеркала в своей дорогой квартире, которую купил ей отец, она смотрела через плечо, полуобернувшись. Взгляд — тот самый. Изучающий. Вызывающий. И в уголках губ — тень улыбки, которую он не видел днём.
Егор откинулся в кресле, сделал ещё глоток. Алкоголь и образ девушки смешались внутри в опасный, тёплый коктейль.
Он взял телефон. Набрал номер с той, никому не известной почты. Сигналы шли долго. Он уже почти положил трубку.
— Алло? — Голос был низким, чуть хрипловатым, без тени сна.
— Катя. Это Егор.
— Здравствуйте, Егор Владимирович. — Она произнесла его имя и отчество чётко, почти педантично.
— я отсмотрел твои фотки. Ты принята. Про испытательный срок я говорил.
— Спасибо. — обрадовалась в трубку девушка. — Я не подведу.
— Уверен. — он сказал это.
— тогда супер, — радостным голосом сказала Катя.
— и ещё. У меня есть свой ночной клуб, в который тоже просто так не попасть посетителям, и кошечкам, которые там работают. Вот если ты туда пройдёшь через меня и с помощью меня, то будешь уже автоматически считаться элитой. А если в самом этом клубе работать в випке, так вообще. Ну это помимо твоей основной работы
Пауза на том конце провода стала густой, значимой. Он услышал её лёгкое, едва уловимое дыхание в трубку.
— я согласна. Я хочу!
— я знаю. Я там часто бываю со своими друзьями. А это тебе шанс видеть босса чаще. Но я тебе об этом сказал, а как заполучить моё внимание и желание видеть тебя в этом клубе, ломать голову тебе.
— и как мы можем стать ближе? Потусить? — усмехнулась Катя.
— м-м... не знаю, — сказал Егор.
— ну ты изменять своей жене не собираешься, значит спать я с тобой не могу... а как ещё ближе становится, я не знаю.
— поедешь сегодня в клуб? Ненадолго?
— с большим удовольствием! — сказала Катя, улыбаясь.
— только скажи заранее свой адрес, чтобы я тебя смог до дома довезти в случае чего, — отметил Егор, с чего Кэтс посмеялась.
— окей.
— за тобой заехать?
— я сама. Подъеду к клубу. Встретимся там, — сказала, как отрезала.
Егор опустил телефон на стол. Звон стекла о столешницу прозвучал невероятно громко в тишине. Он подошёл к панорамному окну, смотрел на тёмный, подёрнутый морозцем сад, на чёткие геометрические линии освещённых дорожек. Всё здесь было подчинено его воле, спроектировано, выверено.
Но где-то там, в хаосе ночного города, была теперь точка. Точка по имени Катя.
Он допил виски, ощущая, как тепло расходится по телу, но не в силах согреть внезапную холодную пустоту внутри. Пустоту, которую он только что сам создал, назначив эту встречу. Он нарушил собственное правило: никогда не встречаться с новичками лично. За этим всегда стояла Юля или доверенный менеджер.
Но Катя... Катя была исключением. Исключения, как он хорошо знал, были началом конца. Или началом чего-то такого, ради чего конец казался приемлемой платой.
*
Улица перед клубом дышала тишиной дорогого спокойствия. Неоновых вывесок не было — только матовый металлический знак с названием, освещённый снизу, чтобы буквы словно парили в воздухе. Здесь не толпились жаждущие попасть внутрь; попадали сюда только по списку или по звонку. Чёрный Mercedes и пара Bentley у подъезда стояли, не мигая фарами, — их водители ждали в полумраке.
Егор стоял в тени портала, закуривая. Чёрный пиджак без галстука, белоснежная рубашка, расстёгнутая на две пуговицы, чёрные брюки, сидящие безупречно. Его стиль. Сдержанная сила.
Такси бизнес-класса, серебристое, подкатило беззвучно. Из него вышла она.
Красное атласное платье, короткое, как обещание. Ткань обнимала каждую линию, переливаясь под светом фонарей, словно жидкая медь. Выраженное декольте было не криком, а уверенным заявлением. Длинные волосы, теперь ослепительного блонда, были убраны в волну тщательно небрежных локонов, падающих на плечи и спину. На шее — тонкая золотая цепочка с крошечным подвеском, на запястье — браслет из таких же звеньев. Просто. Дорого.
Она захлопнула дверцу, и такси растворилось в ночи. Её каблуки, алые, как платье, отстукали несколько шагов по гранитной плитке, прежде чем она его увидела. Остановилась. Осмотрела его с ног до головы — медленно, оценивающе, с лёгкой улыбкой в уголках губ.
Кэтс подошла вплотную, вошла в его личное пространство так естественно, будто всегда там и была. И прежде чем он успел кивнуть или протянуть руку, она приподнялась на каблуках и чмокнула его в щеку. Тёплый, влажный отпечаток губ, пахнущий чем-то терпким и сладким одновременно. Она отстранилась, увидела на его коже чёткий алый след своей помады, усмехнулась — не смущённо, а с лёгким вызовом. Поднесла большой палец к его щеке и стёрла отпечаток одним точным движением. Жест был настолько интимным, настолько претендующим на право, что у него перехватило дыхание. Впервые за столько лет от другой девушки.