Кафе

Антон щёлкнул ручкой в такт тиканью настенных часов. Пустая страница в блокноте казалась ему насмешкой - ещё вчера он уверенно представлял, как сегодня напишет хотя бы десять страниц, а теперь даже первое предложение давалось с трудом.

- Опять? - прошептал он, закрывая глаза. Пятый месяц творческого кризиса. Редактор уже перестал звонить, агент отвечал односложно, а последний аванс таял на глазах.

Дождь за окном книжного кафе "Подстрочник" стучал по стеклу монотонным ритмом. Антон машинально потянулся к остывшему капучино - третьему за сегодня. Взгляд упал на барную стойку, где высокий бариста с тёмными волосами до плеч что-то сосредоточенно вытирал.

- Эй, писатель, - вдруг раздался голос над ним. Антон вздрогнул. Тот самый бариста стоял перед его столиком с подносом в руках. - Мы закрываемся через полчаса.

- Да, конечно, - Антон поспешно начал собирать бумаги.

- Ты Антон Шастун, да? - неожиданно спросил бариста. - Тот, кто писал "Сезон дождей в пустыне"?

Антон почувствовал, как кровь прилила к лицу. Его дебютный роман два года назад получил скромный, но тёплый приём критиков. С тех пор - ничего.

- Да, это я, - он попытался улыбнуться. - Вы читали?

- Арсений, - парень протянул руку. На запястье мелькнула тонкая цепочка. - И да. Особенно понравилось, как ты описал сцену в библиотеке. Там, где герой находит письмо между страниц старой книги.

Антон широко раскрыл глаза. Даже его редактор не помнил ту сцену в деталях.

- Спасибо, - он пробормотал. - Я не ожидал.

- Знаешь, что тебе нужно? - Арсений вдруг наклонился ближе. Его запах - кофе, корица и что-то древесное - окутал Антона. - Не капучино.

- Что?

- Ты пятый день подряд пьёшь капучино и пятый день подряд смотришь в пустую страницу, - Арсений выпрямился. - Я сделаю тебе другой кофе. Доверься мне.

Он ушёл за стойку, не дав Антону возразить. Через десять минут перед писателем стояла маленькая чёрная чашка с чем-то тёмным и густым.

- Это..?

- Ристретто. Двойной. Без сахара, - Арсений скрестил руки на груди. - Выпей залпом. Как лекарство.

Антон послушно поднёс чашку к губам. Горечь ударила в нёбо, заставив поморщиться, но через секунду появился странный, почти шоколадный привкус.

- Ну и как? - спросил Арсений.

- Отвратительно, - честно ответил Антон. - И... освежающе.

Уголки губ Арсения дрогнули.

- Вот видишь. Иногда нужно что-то совершенно другое, чтобы сдвинуться с мёртвой точки, - он повернулся уходить, но на полпути обернулся. - Один совет, писатель. Перестань пытаться написать шедевр. Напиши пока просто правду. Хотя бы одну строчку.

Когда Антон вышел на улицу, дождь уже закончился. В кармане пальто лежала салфетка, на которой Арсений написал номер телефона и одну фразу: "Если снова застрянешь".

Дома, перед новым чистым листом, Антон вдруг вывел: "Его звали Арсений, и он знал вкус отчаяния лучше, чем я". Это было далеко от шедевра. Но это была правда.