17 глава
Аторник начался как обычно.
Альберт отвёз меня в школу. Я вышел из машины, помахал ему рукой. Он кивнул и уехал.
День тянулся медленно.
Я сидел на последней парте, смотрел в окно и думал о нём. О том, как мы лежали рядом прошлой ночью. О его руке на моём плече. О том, что я начинаю привыкать засыпать не один.
Телефон завибрировал в кармане.
Я достал, глянул на экран.
Мама.
Странно. Она никогда не звонила мне в школе. Она вообще редко звонила.
Я вышел из класса, сказав учительнице, что мне нужно в туалет.
- Алло? - ответил я тихо.
- Артур, - голос матери был странным. Трезвым. Она не пила. Я понял это сразу. - Артур, случилось плохое.
- Что? - спросил я. Сердце пропустило удар.
- Отец... его не стало.
Я замер.
- Что значит «не стало»? - спросил я, хотя уже понял.
- Он умер, Артур, - сказала мать. В голосе не было слёз. Только пустота. - Вчера ночью. Сердце остановилось. Я хотела сразу позвонить, но не могла.
- Вчера ночью? - переспросил я.
- Да.
Я молчал.
- Ты приедешь? - спросила мать.
- Приеду, - сказал я.
- А когда?
- Не знаю.
Я сбросил звонок.
Стоял в коридоре, смотрел в стену. В голове было пусто.
Отец умер.
Человек, которого я боялся. Который бил меня. Который сделал моё детство адом. Умер.
И я не знал, что чувствую.
Ничего. Пустоту.
Я набрал Альберта.
- Артур? - он ответил сразу.
- Ты можешь меня забрать? - спросил я. Голос дрлжал.
- Что случилось?
- Отец умер.
Тишина.
- Выходи, - сказал он. - Я еду.
Я собрал вещи, сказал учительнице, что мне нужно уйти. Она не спросила причину - я, наверное, выглядел плохо.
Через пятнадцать минут машина стояла у ворот.
Я сел, закрыл дверь. Альберт смотрел на меня.
- Как ты? - спросил он.
- Не знаю, - ответил я.
- Держись, - сказал он и завёл двигатель.
Мы поехали.
---
Дома Альберт посадил меня на диван, сам сел рядом.
- Рассказывай, - сказал он.
- Мать позвонила. Сказала, что сердце остановилось. Вчера ночью.
- Ты поедешь?
- Да, - я кивнул. - Надо. Похороны.
- Я с тобой, - сказал Альберт.
- Не надо, - я покачал головой. - Это не твоё.
- Артур, - он взял меня за руку. - Я с тобой.
Я посмотрел на наши руки. Его - большая, в кольцах. Моя - маленькая, бледная. Он не отпускал.
- Хорошо, - сказал я.
Он обнял меня. Крепко. Не как раньше - осторожно. А по-настоящему.
Я уткнулся лицом ему в плечо и заплакал.
Я не плакал много лет. Даже когда было больно. Даже когда хотелось умереть. А сейчас слёзы потекли сами.
Отец умер. Человек, который сделал мне больно. Который разрушил мою семью. Который превратил мать в тень.
Я плакал. Альберт молчал. Просто держал меня.
- Я ненавидел его, - сказал я в его плечо.
- Знаю.
- А теперь он умер, и я не знаю, что чувствую.
- Ничего страшного, - сказал он. - Ты можешь не знать. Ты можешь ничего не чувствовать. Это нормально.
Я поднял голову.
- Правда?
- Правда, - ответил он.
Я вытер лицо рукавом.
- Мне нужно поехать сегодня.
- Я отвезу.
- Ты на работе?
- Возьму выходной, - сказал он. - Не волнуйся.
Мы собрались через час.
Я положил в сумку чёрные джинсы и свитер. Альберт ждал в коридоре.
- Готов? - спросил он.
- Нет, - сказал я. - Но надо.
Мы вышли.
---
В старую квартиру я вошёл с трудом.
Запах перегара - его не стало, но запах смерти был другим. Пустым. Холодным.
Мать сидела на кухне, пила чай. Увидела меня, встала.
- Артур, - сказала она.
- Мама, - ответил я.
Она посмотрела на Альберта.
- Это друг, - сказал я. - Он меня привёз.
- Здравствуйте, - сказал Альберт.
Мать кивнула.
Мы просидели в квартире до вечера. Говорили о похоронах. Завтра - прощание, потом кладбище. Мать была странной - трезвой, но отстранённой. Как будто её не было здесь.
Альберт всё время держался рядом.
Он не лез в разговоры, не задавал вопросов. Просто был.
Вечером мы поехали домой. В машине я молчал.
- Артур, - сказал он.
- М?
- Завтра я отвезу тебя куда надо. Останешься со мной или хочешь побыть один - решай сам. Я рядом.
Я кивнул.
- Спасибо, - сказал я тихо.
- Не за что, - ответил он.
---
Дома я зашёл на кухню, налил себе чай. Сел за стол. Альберт сел напротив.
- Ты как? - спросил он.
- Устал, - сказал я. - Не знаю. Странно.
- Что странно?
- Всё. Его нет. А я ничего не чувствую. Должен же я что-то чувствовать. Он был моим отцом.
- Он тебя бил, - сказал Альберт.
- Да.
- Он сделал тебе больно.
- Да, - повторил я.
- Ты не обязан его любить, - сказал Альберт. - И не обязан его жалеть. Он тебе не отец. Он просто человек, который заслужил твоё равнодушие.
Я поднял глаза.
- Ты так думаешь?
- Я знаю, - ответил он.
Я допил чай, поставил кружку.
- Альберт.
- М?
- Побудь со мной сегодня. Я не хочу быть один.
Он встал, подошёл, провёл рукой по моим волосам.
- Пойдём, - сказал он.
Я пошёл за ним в его омнату.