Зачем...

Г:Вообщем, тот сон...
Ты же знаешь, что они не снятся просто так? Так вот, это я проник в твоё сознание и направил его тебе,-он неуверенно поднял голову, наблюдая за её реакцией.
М:Эм..но зачем?
Г:Я видел, что ты испытываешь по отношению ко мне, как заставляешь переубедить себя в этом, мучаешься и терзаешь себя мыслями о том, что не судьба нам быть вместе. Вот я решил немного подтолкнуть тебя к первому шагу. К слову, это сработало.
М:Ещё раз убеждаюсь в том, какие у тебя изощрённые методы...
Г:Но всё же, работающие,-усмехнулся он.
М:Тут и не поспоришь,-она поддалась вперёд.

Геральд хотел было, что-то сказать, но не успел этого сделать. Его губы вмиг оказались в её плену. Он сразу же среагировал и притянув к себе за талию, увеличил напор. Мисселина положила руки ему на грудь и немного надавив, опрокинула на кровать.

Г:Однозначно, метод рабочий,- сказал он немного хриплым голосом.
М:Такой момент испортил...

Она отстранилась и хотела уже встать, но он удержал её за запястье. Ангел вопросительно взглянула на демона, который ухмыльнулся и притянул её к себе.

Г:И куда же ты собралась?
М:Говорю же, весь момент испортил!-она попыталась вырваться из его схватки
Г:Нет милая, это так не работает,-усмехнулся он.
М:А как же тогда?-усмехнулась она.

Теперь уже он надвисал над ней, целуя. Запястья ангела тот час были заведены наверх. Однако даже сейчас она походила всем своим видом на хищницу и казалось, что это она пленила Геральда, а не наоборот. Она прожигала его взглядом, полным желанием.

Г:Что за игривый взгляд, любимая?
М:Да так, думаю, по-чьим правилам играть будем...
Г:Теперь ты будешь мне напоминать фразочки из сна?
М:Ты тоже так делал, почему бы и нет?
Г:И по-чьим же правилам будет наша игра?
М:Что-то подсказывает, что по моим...

Мисселина одним резким движением освободила свои руки и притянув демона за пиджак, снова увлекла его в поцелуй. Тот немного опешил, но этой заминки хватило, теперь она была сверху. Женские пальчики пробежались по торсу и принялись расстёгивать рубашку. Вскоре и пиджак, и рубашка покоились где-то у углу комнаты.

Г:Шалишь?
М:Не без этого,-она улыбнулась.
Г:Не будешь потом жалеть?
М:Порой я забываю, что ты демон. И ты ещё называешь меня слишком правильной. Раз уж я слишком правильная, то ты подобен Шепфе!-она всплеснула руками.
Г:Я, конечно, польщён, но не упоминай его имя всуе,-он кинул на неё оценивающий взгляд и ухмыльнулся,-настоящая дьяволица,-демон тут же впился в её уста.

Ангел не успела толком понять, что произошло. Она снова оказалась снизу. Её возмутило такое поведение и она не разрывая страстного поцелуя кинула на него уничтожительный взгляд.

Демон в свою очередь лишь усмехнулся и начал её раздевать. Не честно ведь, что он почти обнажён, а она ещё в одежде.

***

Тем временем, Ангел Фенцио проходивший мимо, почувствовав за дверью две знакомые и так приятно утомлённые энергии горько усмехнулся. Он всегда считал, что Мисселина отнюдь не святая, у всех есть грехи, даже у ангелов. Как оказалось, её главный грех-злобный демон, каким многие считали Геральда.

Однако только Фенцио знал, что он не такой. Он знал, что этот "злобный демон" тоже умеет быть подавленным, ранимым. За долгое время, находясь в сплочённом коллективе они стали близким друзьями. Часто Геральд изливал ему душу, а случалось и наоборот.

В один из таких случаев демон, под воздействием алкоголя просветил его в самую главную свою тайну-непозволительные чувства к Мисселине, этому чистейшему, как всем казалось, ангелу.

Тогда Фенцио считал, что эта любовь не безответна: уж больно красноречивые взгляды украдкой она бросала на его друга.

Только вот не стал он говорить ему об этом. Не хотел, чтобы у него появилась ложная надежда, чтобы его сердце потом разбилось, будь у этой сказки печальный конец.

Так произошло однажды, с ним. Ребекка. Даже сейчас, несмотря на все попытки забыть произошедшее, его сердце пропускало удар лишь от одного её имени. Он действительно любил эту Непризнанную, бывшую Непризнанную, ныне она Серафим, как никого больше любил. А почему же любил? Он и сейчас любит, ангел уже давно признался себе в этом, как бы больно не было это осознавать.

Хуже всего, это не признавать силу врага. Любовь, причём безответная-вот враг ближайших его лет...