Семья для Ледяной принцессы [заморожено]

Высокие стены приграничного города еще издали показали свои недружелюбные башни, утыканные острыми пиками и механизмами для осадной стрельбы. Темные, цвета грозовой тучи каменные блоки тянулись ровной, идеальной для человеческого глаза грядой. Казалось, будто они едут навстречу огромному дракону с острыми зубами и бронированной чешуей.

Дуглас в какой-то момент поездки уснул, но тяжелое чувство беды заставило его вздрогнуть и резко открыть глаза, чувствуя, как холодный пот стекает по лицу и спине. Сердце судорожно, будто в обертке из ваты, трепыхалось в груди, гоняя вместе с кровью выплеснувшийся адреналин.

— Вовремя проснулся, — проговорила Рин, сидя в тени. Белая маска мерцала в глубине повозки, не давая потерять ее владельца. — Мы почти приехали.

Стены города приближались, еще сильнее напоминая собой крылатого ящера, что свернулся в клубок, ожидая тех, кто осмелятся к нему приблизиться. Сквозь плотную ткань стен и крыши  повозки слышались раскатистые голоса гномов, разговаривавшие на гортанном, с резкими звуками языке гор.

Эльфийка что-то невнятно пробормотала и прижала руки к груди, лежа на мешках среди столбов из ящиков.

— Мы точно выходим здесь? — спросил он. Поездка оговаривалась только до Шайдепана, но с помощью его подвешенного языка и способности убеждать ее можно было продлить и до самой столицы. Бесплатная езда вместо долгих дней ходьбы по дебрям? Все его конечности были готовы разорваться пополам и поднять эти половинки «за».

— Чем дольше мы будем ехать с Лодэром и остальными, тем больше шансов, что их атакуют вновь, — ответила ассасин с металлической ноткой. — Неужели ты думаешь, что тот, кто управляет нежитью, стал бы раскрываться столь быстро после поражения и атаковать повозку недалеко от города безо всякой причины?

— Погоди, но разве повелителем нежити оказался не лич? — Воспоминания об обезумевшем мертвом некроманте ветром пронеслись в его голове. Именно он наслал на Золотой лес нежить и яд, который убивал все живое на своем пути. Рин уничтожила его, как и жуткую сферу врат, ведущую к древнему кровожадному дракону Нидхеггу. Так почему она утверждает обратное?

— Лич был слишком безумен и увлечен своим желанием призвать Пожирателя трупов, чтобы контролировать столько мертвецов одновременно. И древний гримуар не валяется вот так на дороге. Почти все уничтожили еще во время войны драконов, чтобы не было возможности призвать кого-то из иного мира себе в союзники. Значит, кто-то дал ему гримуар Хель и призвал нежить. Кто-то, кто управляет ею до сих пор.

— И этот кто-то хочет избавиться от нас? — Вор приподнял правую бровь. Мысли выстроились в логическую цепочку.  — Каким-то образом узнав о нашем приходе в Антарес, этот кукловод послал нежить убить нас, но та ошибочно напала на повозку гномов. Значит, и у храма Хресвельга все они охотились на нас и провоцировали на открытое столкновение, нападая на эльфов. Но чем мы ему так насолили, что этот буйный некромант пытается убить нас?

Девушка невесело усмехнулась.

— Скорее пытается убить меня, а не вас. Потому что я догадываюсь, кто это может быть, что ему совсем не нравится. И ледяной Наследник, который бродит по миру вместо прозябания в Крае льдов, тоже не самый приятный элемент в чьем-то плане. Слишком нестабильная фигура.

Дуглас стал перебирать всех, кто встретился ему во время путешествия в Золотой лес, к храму Хресвельга и Лазурным пещерам. Почти все являлись эльфами, но кто из них предатель и убийца?

— Не забивай себе голову ненужными домыслами. Лучше буди Лиму и приготовься к таможенной проверке. Здесь она намного строже. — Не дав ему ответить, Рин подошла к выходу из повозки, ухватилась за край крыши и легко подтянулась, исчезнув из его поля зрения. Чертыхнувшись, Дуглас сильно потряс эльфийку за плечо. Та сонно застонала и приоткрыла мутные глаза.

— Уже утро? Как быстро. Тут такая неудобная кровать...

— Сейчас вечер и мы не в гостинице, а в повозке. Вставай, скоро подъедем к городу.

— Да падет на ваши головы сила Кармы, — буркнула она, потирая глаза и потягиваясь. Зеленое платье смялось, сумка лежала рядом с ее головой, всем своим видом показывая, что ее хозяйка вертится во сне и пускает слюни. — Где уже наше дьявольское создание?

— На крыше, — раздался приглушенный голос сверху. — И я все слышу, эльфийская приторность.

— Тьфу, гнилые пни, — скривилась Лимананиэль. — А я то надеялась, что ты уже сбежала.

— И не надейся. Даже у меня есть такое понятие, как совесть.

Протяжный полускрип-полустон прервал начинающийся спор. Вор положил руку на плоский живот и проговорил:

— Время ужинать, а жрать и нечего. Скоро мы уже будем у города? — спросил он, убрав ткань, что отгораживала их от возничего.

— Да, — ответил Лодэр, поглаживая курчавую бороду. В голосе проглядывало напряжение. — Как пройдем таможенный осмотр, я высажу вас у гостиницы. Хорошо?

— Идет. — Дуглас уселся обратно и начал перебирать свои вещи в потертой сумке. Кожа виверны является одним из самых прочных материалов во всем Литаре, но последние недели показали, что и у нее есть предел.

«Надо будет купить новую сумку. Интересно, в Шауле делают такие?» — Империя много столетий вела изолированную политику, и большую часть войн начинала не она, а другие страны континента. Даже королевство Ригель во главе с церковью неоднократно пытались «искоренить гнездо Дьявола», но безуспешно. Антарес хранит свою жизнь и знания от всего мира, развиваясь независимо от него. Только появляющиеся время от времени в портах корабли с демонидами и ограми дают людям понять, что империя — это не часть древних легенд и страшилок.

Повозка начала замедлять ход. Снаружи раздался резкий окрик на незнакомом рыкающем языке.

Черная тень появилась в повозке, бесшумно приземлившись на деревянный пол.

— Огры. Не знала, что в приграничных землях стражниками являются именно они.

— А что, с этим проблема? — спросил Дуглас.

— Да нет, просто договориться с ними сложнее. Хотя их проще обдурить.

— Что?

— Мы вольные кузнецы из Дварграда, — донесся до них голос Лодэра, говорившем на общем языке. — И мы желаем попасть в Шайдепан, чтобы переночевать.

Вор с любопытством выглянул из-под навеса и увидел троих стражников с тяжелыми копьями в руках.

— Здесь приграничье, карлик, — вполне на сносном языке прорычал огр с бурой кожей. Броня из неизвестного ему темного металла походила на уголь. — И здесь не любят чужаков.

— Но нам необходимо...

— Разворачивай свою коробку и вали обратно в свои горы, — рявкнул другой огр, чья голова была закрыта плоским шлемом.

«Дело дрянь, — подумал Дуглас, уже зная исход этой перепалки. — Придется ехать обходными путями через деревни, а это займет еще больше дней. Безмозглые бревна с копьями...»

— Весьма грубо отвечать на вежливость угрозами, — произнес снаружи знакомый женский голос. Он обернулся, но в повозке сидела только недоумевающая и встревоженная Лима.

— А ты еще кто? Человек?

— Не угадал, — резко ответила Рин и с властной и презрительной интонацией произнесла какую-то фразу на языке, на котором недавно говорили огры. Последствия ее слов были ошеломляющими.

Предводитель стражи посерел, выпучивая желтые глаза. Убрав копье за спину, он поклонился, и остальные повторили его жест. Широкие красные руки, которые одним движением могли переломать все кости ассасину, дрожали.

— Просим прощения за нашу глупость, госпожа, — проговорил он, не поднимая глаз. — Мы не знали, что с горными карликами может путешествовать...

— Не важно. Быстро пропусти нас и забудь, что вообще нас видел.

— Слушаюсь.

— Что это сейчас было? — требовательно спросил вор, когда гномьи повозки оказались внутри города.

— Неужели ты решила раскрыть себя? — недоверчиво протянула эльфийка. — Не похоже на тебя.

— И да, и нет, — раздраженно вздохнула Рин. — Просто использовала внушение через слова. Ничего сложного.

— На каком языке вы говорили?

— Общий имперский язык. Его знают все расы, живущие в Антаресе. Еще есть язык знати, но его сейчас редко где можно услышать. Демонов осталось совсем мало.

— Как все сложно, — фыркнула Лимананиэль, тряхнув золотистыми волосами. — Расовая дискриминация — другого я на дьявольских землях и не ожидала.

К его удивлению, ассасин проигнорировала ее выпад и продолжила смотреть на открывшуюся им улицу. Мощеная светло-серым камнем дорога пустовала, лишь изредка пробегал мимо демонид или зверолюд. Почти на всех из них были рабские ошейники.

Лодэр высадил их у неплохой на вид гостиницы с броским названием «Черный перевал».

— Еще раз благодарю за наше спасение, — пробасил он, пожимая Дугласу руку. — Мы точно ничего не можем больше для вас сделать?

— Точно, — ответил он, чувствуя на себе сверлящий взгляд. — Удачной поездки в Шаулу.

— Да сведут нас еще раз боги.

Когда повозки скрылись за поворотом, они зашли в гостиницу и взяли два номера на одну ночь, чтобы передохнуть, а затем отправиться дальше. Подходя к своей комнате, вор вспомнил кое о чем и полез копаться в сумку.

— Эй, только не говори, что у тебя деньги кончились, — надула губы эльфийка, открывая дверь. Он мотнул головой и повернулся к Рин, притягивая руку. Красный камень блеснул в свете лампы, отражаясь на золотых лепестках.

— Вот, забыл отдать. Еще в Дварграде отдал ее ювелиру, чтобы к нашему уходу починил.

Она взяла цепочку и долго разглядывала ее. Затем сжала а руке и тихо сказала:

— Спасибо тебе. И еще... прости за то, как я себя вела там, в Дварграде.

— Ничего страшного, — добродушно похлопал ее по плечу вор, но сердце екнуло от повиснувших в воздухе слов. — Спокойной ночи.

— Спокойной, — отозвалась она и стремительно скрылась за дверью. А он все стоял, чувствуя, как по лицу раскрывается глупая ехидная улыбка.

«Все-таки она такая милая, когда смущается. Если бы не маска...»

Звездная ночь ничем не была потревожена сегодня, однако тени медленно, но неумолимо сгущались над ним.