4.
Чимин нервничает страшно. У него ладони потеют, и весь он сам внутри дрожит так, словно никак от сильного холода отогреться не может. Хотя на самом деле у него внутри будто в расскалённой пустыне скорпионы дерутся. Ну, пиздец, иначе не скажешь.
У Чимина сегодня очень ответственный день. Сегодня его любимый хён становится на год старше. И да, они вместе скоро почти год как, но легче Чимину от этого совсем не делается. Это будто каждый раз - как первый.
Подарок у Чимина для Юнги очень... личного и интимного характера. Старший, наверное, уже совсем забыл, как однажды, в пылу страсти, ляпнул о том, как хотел бы, может быть, когда-нибудь...
Чимин ладонями лицо закрывает и хнычет. Стыдно. Как. Господи. Боже.
Он закрывается в ванной, дёргает несколько раз ручку, проверяя, не откроется ли дверь в самый неподходящий момент. И плевать, что Юнги вообще-то сейчас на работе. А вдруг вернётся пораньше? Так и сюрприз испортить недолго.
Чимин нервно сглатывает и вытирает вспотевшие от волнения ладони о домашние штаны. Смотрит на разложенные на стиральной машинке упаковки и прикрывает глаза, немного истерично посмеиваясь. Нет, это неправильно. Неправильно - спустя год отношений сомневаться. Да, у Юнги свои сдвиги. Но Чимин, в конце концов, сам никогда от подобного не отказывался. А ещё ему нравилось, когда хён делал это для него. Делал часто, вообще-то. Чимин признаёт, что любит сдвиги своего парня, какими бы они ни были, даже если заставляют вот так нервничать.
Он не боится, но переживает сильнее, чем того требует ситуация. В конце концов, натянуть на себя чулки - не бог весть что. Это может быть даже прикольно.
Чимин вздрагивает и с ужасом смотрит на телефон, лежащий в одном ряду с упаковками чулок. Тот вибрирует настойчиво, елозит и светит дисплеем, на котором «Юнги-хён».
Нужно успокоиться.
- Да? - отвечает Чимин преувеличенно бодро, перед этим едва три раза не уронив трубку, пока пытался принять вызов.
- Привет, Чимини.
- Привет, хён. Как дела?
- В порядке. Слушай, я утром папку на столе кухонном забыл. Не привезёшь?
Чимин старается не упустить сути, потому что мысли в голове разбегаются упрямо. Ему кажется, что старший его застукал и обо всём знает. Приходится убедить себя, что ничего подобного. Чимин сам не знал до сегодняшнего утра, что решит ему сделать т а к о й подарок.
Нет, есть и другой, который был куплен ещё месяца два назад и сейчас хранился у родителей. Матушка очень настаивала, что Юнги нужен подарок, который подходит его увлечению музыкой. Чимин был только за, потому от всей семьи они ему купили гитару, на которую хён давно облизывался. Даже до сих пор вкладка с интернет-магазином, где он её нашёл, была открыта в его браузере. Так Чимин и узнал, в общем-то, о ней.
- Чимин?
- А? Ах, папка! Да, хён, конечно! Тебе сейчас нужно или можно чуть позже?
Юнги молчит недолго и подозрительно.
- Ты чем там занят? - наконец спрашивает он.
- Я? Ничем, хён, совсем ничем!
Чимини, ты палишься, мать твою.
- Только пришёл домой. Научник мой мудак, так что... мне светит переписывать половину диплома. Вот я и...
- Чимин, - голос Юнги ласковый, сладкий, как патока. - Ты мне лапшу на уши не вешай, хорошо? Ты из-за учёбы так никогда не нервничаешь... что такое?
- Я готовлю тебе подарок, - сдаётся Чимин.
- Оу, - кажется, Юнги удивлён тем, что младший так быстро сознался. - Это волнительный процесс?
- Безумно, - вздыхает Чимин. - Ладно, хён. Я скоро приеду. Жди.
- Хорошо... И, Чимини...
- А?
- Я буду счастлив в любом случае, ты же понимаешь?
Чимин смотрит на разложенные веером упаковки чулок и краснеет до корней волос.
- Да, - отвечает тихо.
*
В общем-то, Чимина смущает даже не столько то, что Юнги хотел бы от него такого, а то, что ему самому это так сильно доставляет. Нервирует, смущает - да. Но и нравится до дрожащих пальцев. Стоит только вспомнить, какой прохладный капрон под его пальцами, когда тот обтягивает чужие ноги. Как красиво смотрится кружево на светлой коже, как здорово - закидывать эти стройные ноги себе на плечи. Юнги выглядит таким виктимным и тонким...
Чимина дрожью прошибает. Он знает, как никто, насколько это обманчиво. Как Юнги может брать над ним верх. Помнит, как он хорошо и сильно трахает его, заставляя едва ли не выть в подушку, смаргивая слёзы удовольствия. Или как любит, медленно и глубоко, нежно и до дрожи несдержанной, до сладкой судороги в мышцах.
Его хён - сплошная двойственность, которая сводит с ума.
Чимин знает, что тот поначалу боялся. Переживал, будто Чимину совсем не захочется такого. Ненавидел себя тихо за собственную извращённую натуру... но Чимин вовсе не считал это извращением. У всех свои фетиши и кинки. И осуждать себя за то, что желаешь добрать острых ощущений - не стоит. По крайней мере, не в этом случае.
Наверное, потому теперь позволяет себе маленькую шалость, хоть и понимает, какой проблемой для него самого это может стать.
Чимин помнил - Юнги рассказывал ему, как раньше надевал чулки под джинсы или брюки, если знал, что им предстоит встретиться. И хотелось почувствовать тоже.
Чимин краснеет. Ему стыдно и хорошо одновременно. Новые ощущения от обтягивающих ноги чулок будоражат. Он спускается по лестнице, выходит из подъезда и стискивает зубы. Это, почему-то, возбуждает слишком. Нужно срочно отвлечься, и Чимин набирает Тэхёна.
Друг, по счастью, свободен и не прочь поболтать. И это помогает не сойти с ума от того, каким развязным и распущенным он чувствует себя, ощущая на коже прохладу капрона и тонкую вязь кружева.
Тэхён трындит привычно о том, что диплом почти готов, но страшно лень садиться и заканчивать. О том, что мама привезла ему столько домашних вкусностей - они с Хосоком их уже две недели съесть не могут. Про Хосока много говорит... с восторгом и придыханием, успевая благодарить Юнги за помощь в том, что нашёл такого соседа, а Чимина за то, что решил свалить.
- Иначе бы я его не встретил, понимаешь, Чим?
- Понимаю, - бормочет тот.
Понимает.
Автобус, к сожалению, приезжает на нужную остановку слишком быстро. Приходится попрощаться и выбираться на улицу. До офиса минут пять пешком, так что Чимин старается преодолеть этот путь бегом. Ему всё кажется, будто на него люди оборачиваются. Что за чёртова паранойя? Подумаешь, чулки надел. Эка невидаль!
Он останавливается, переводит дыхание и прикрывает глаза. Понимает, что ведёт себя по-идиотски. Это всё не стоит таких переживаний. Смущение - понятно. Впервые же. Но нужно взять себя в руки.
Остальной отрезок пути Чимин преодолевает спокойным прогулочным шагом. Звонит из холла офисного здания Юнги и садится на мягкий диван у окна.
- Привет, - Юнги выходит к нему спустя минут десять. - Прости, заставил ждать.
- Ничего, - Чимин поднимается ему навстречу и улыбается. Протягивает папку.
- Спасибо. Извини, что дёрнул тебя, - Юнги смотрит на него пристально, и Чимин смущённо отводит взгляд. - Чимини... ты чего краснеешь?
- Н-ничего... всё хорошо. До вечера, хён?
И уже хочет улизнуть. Потому что вот рядом с Юнги сейчас никак нельзя успокоиться. Не получится при всём желании.
- Так, а ну стоп.
Старший хватает его за руку, не отпуская. И тащит за собой в сторону туалета для посетителей.
- Хён, пусти!
- Ну конечно, - хмыкает тот.
Чимин возмущённо вырывается, но не выходит. Его кажущийся хрупким Юнги сильный и цепкий.
Когда за ними защёлкивается дверь кабинки, папка оказывается лежащей на крышке унитаза, которую Юнги предварительно опустил.
- Рассказывай, что это у тебя щёки покраснели, будто я тебя за чем-то застукал? - требует, прижимая к стене.
- Я не понимаю, о чём ты, - задирает нос Чимин.
Юнги пальцами сгребает футболку у него на груди, тянет к себе и кусает-целует, жадно и горячо. Ноги начинают предательски дрожать.
- Не ври мне, маленький.
- Я... я не вру...
Чимин стонет в чужие губы, глаза прикрывает и дёргается, когда Юнги начинает расстёгивать его ширинку. Быстро справляется с пуговкой на поясе.
- Что ты делаешь?!
- Хочу развязать тебе язык... блядь... Чимин...
Младший лицо руками закрывает и хнычет.
Приспущенные джинсы открывают кружево, и он сводит ноги.
- Что это? - шёпотом спрашивает Юнги, оглаживая узор пальцами.
- Твой подарок, дурацкий хён! - едва не плачет тот. - Весь сюрприз испортил!
- Маленький... - в голосе старшего звучит искреннее раскаяние. - Прости... я же не знал. Не знал, что ты мне решил такое... ох, как же тебе идёт...
- Отстань.
- Погоди... у тебя стоит.
- Потому что эти дебильные чулки... они заводят!
Чимин дуется. Юнги на это мечтательно улыбается, за шею к себе притягивает. Нежно расцеловывает чужие губы, лижет их, и Чимин невольно рот приоткрывает, позволяя вовлечь себя в новый поцелуй, от которого колени дрожат только сильнее.
- Чимини... тебе больно?
- Нет... пока терпимо...
- Чудесно, - голос Юнги напоминает мурчание большого кота.
Он натягивает джинсы обратно, застёгивает их и поправляет футболку.
- Что ты делаешь? - Чимин непонимающе и осоловело моргает.
- Не порчу свой подарок. Езжай домой. Я скоро приеду тоже... и наслажусь этим всем по полной.
Чимин кусает губы и кивает, всё ещё смущаясь страшно.
- И знаешь что? - шепчет на ухо ему Юнги, когда они снова выходят в холл. - Не трогай себя... пока я не вернусь.
*
Чимин до дома добирается, словно во сне.
Возбуждение спадает медленно, неторопливо и будто нехотя. Всё тело словно горит. Чимин раздевается, падает на кровать, так и оставшись в одних чулках. Утыкается горящим лицом в подушку.
Прохладный воздух комнаты делает чуть легче. Становится не так трудно дышать. Хочется открыть окно, но вставать так лень, что Чимин отмахивается от этой мысли, как от назойливой мухи.
Он думает о том, когда приедет Юнги. Ожидание кажется ему таким томительным и волнующим. Он помнит чужой взгляд - горящий, голодный, когда старший увидел кружевную резинку. И от одного воспоминания об этом вдоль позвоночника разрядами тока проходит удовольствие. Чимин пальцами сжимает одеяло и стонет тихо, потираясь о постель всем телом. От этого почему-то так приятно.
Проходит около часа, и Чимин почти приходит в себя. Успокаивается и даже собирается уже встать и заняться чем-нибудь. В конце концов, Юнги мог забыться за работой. Но стоит только ему решить, что пора вставать, как дверь в квартиру хлопает. Чимин замирает, вцепившись в одеяло, и ждёт.
Юнги заходит в комнату через пару минут, на ходу стягивая с себя галстук и рубашку.
- Какой послушный мальчик... ждал меня, - довольно мурлычет он и забирается на кровать.
Чимин ждёт, когда к нему прикоснутся, но старший только улыбается.
- Юнги-хён?
- Хочу налюбоваться... но чего-то не хватает... Чимини, это же мой подарок, верно?
- Да...
- Тогда, маленький... хочу, чтобы ты поигрался с собой.
Младший только заторможено кивает. Ложится удобнее на бок, чуть приподнимается на одной руке, второй скользя по своему бедру, оглаживая ягодицу. Сгибает ноги немного.
Юнги облизывается, протягивает руку и оглаживает его член.
- Хорошо... тебе нужна смазка?
- Немного, пожалуйста, - шепчет Чимин.
Юнги достаёт бутылёк из ящика тумбочки и льёт немного на пальцы. Чимин кусает губы и едва не стонет.
- Ты же не трогал себя, Чимини?
- Нет, как ты и просил.
Голос Чимина не слушается. Он жмурится, вставляет в себя палец и двигает им медленно. Это не больно, совсем не неприятно. Смущает страшно, потому что подобного за всё время их отношений он не делал при Юнги.
Но это обостряет все чувства. И Чимин всхлипывает, сжимая ноги сильнее. Плоть снова наливается возбуждением, пока он толкается в себя сначала одним пальцем, потом двумя.
Юнги смотрит жадно. Гладит его ноги и двигается ближе.
- Тебе хорошо, маленький?
- Мало, - едва слышно шепчет тот.
- Что?
- Мало, хён... так мало пальцев...
- Развратный мальчишка...
- Н-н-н....нет, я не... ах, хён!
Чимин задевает простату и дрожит, почти не соображая уже ничего.
Юнги перехватывает его ноги за щиколотки, заставляет лечь на спину.
- Не останавливайся.
- Мне неудобно... - хнычет Чимин. - Неудобно так...
Старший на это лишь улыбается дико и пьяно. Губами жмётся к капрону, обтягивающему ноги. Отводит чужую руку и пальцами гладит по горячему и мокрому так неторопливо, что Чимин задыхается и скулит, выгибаясь в спине. А потом вскрикивает, когда пальцы Юнги, длинные и такие умелые, оказываются внутри. Двигаются размеренно, ровно, задавая один ритм и не сбиваясь с него.
- А так лучше?
- Да... да, хён!
Чимина, столько терпевшего возбуждение, надолго не хватает. Он кончает, судорожно сжимая пальцы на собственных бёдрах, словно пытаясь унять дрожь. Чувствует, как сперма пачкает кожу, обильно вытекая.
Юнги облизывается снова, хитро улыбается и опускается ниже, удерживая его ноги вертикально.
Чимин не успевает ни возмутиться, ни вдохнуть даже. Он чувствует, как чужие губы собирают вязкое с его плоти. Как он оказывается в горячем рту старшего и только мечется головой по подушке, шепча что-то бессвязное.
Юнги сосёт старательно, берёт глубоко, пока у Чимина снова не встаёт так, что перед глазами звёздочки кружатся. Его немного лихорадит, и потому он не сразу понимает, когда Юнги оказывается обнажённым. И тоже в одних чулках.
Чимин давится воздухом, рывком садится, оказываясь нос к носу с хёном.
- Ты...
- Хотел, чтобы мы оба... странная штука эти чулки, правда? - Юнги улыбается и за шею его к себе тянет, ладонью затылок оглаживая. - Или мы с тобой такие ненормальные, что теряем возможность соображать адекватно, когда видим их друг на друге?
- Мне всё равно, - шепчет Чимин, ладонями скользя по бёдрам Юнги. - Плевать, нормально это или нет. Пока это ты - ничто не имеет значения.
- Люблю тебя, - Юнги забирается к нему на колени, жмётся тесно, елозит так, что у Чимина стояк лишь крепче становится.
- И я тебя, - Чимин целует его шею, заставляет чуть отклониться назад, покусывая ключицы. - Ммм, хён... я уже поздравлял тебя с Днём Рождения?
- Утром, - бормочет Юнги и улыбается.
- Тогда ещё раз - не помешает.
Юнги стонет тихо, когда Чимин обхватывает оба члена, прижимающиеся друг к другу, и жмурится, толкаясь в тесно сжатый кулак.
- Поздравляю, - шепчет Чимин ему на ухо, прикусывает мочку и балдеет, когда Юнги короткими ногтями впивается в его плечи.
- Спасибо, маленький... - хрипло стонет тот ему в шею.
*
Чимин кутается в халат и ждёт, пока закипит чайник, когда Юнги появляется на кухне. Растрёпанный, сонный, он тут же лезет обнимать и ютится у младшего под боком. Мог бы - калачиком свернулся, как маленький котёнок.
Чимин целует его висок и обнимает крепко в ответ.
- Ты чего не спишь?
- Проснулся, увидел, что тебя нет. Пошёл искать, - Юнги зевает и тут же щекой о плечо трётся. - Почему ты ушёл?
- Чаю захотелось страшно. Ты меня укатал, аж в горле сохнет. Кстати, это была только первая часть подарка.
- Эй, это ты меня укатал, - Юнги недовольно сопит и тычет его пальцами под рёбра несильно. - Ого, если это первая, то какая вторая?
Чимин тянет из кармана халата телефон и открывает галерею. Мама вечером уже прислала фото гитары с подписью «С Днём Рождения, Юнги-я!».
- Вот. Надеюсь, не ошибся с выбором.
Юнги таращится недоверчиво на фото, переводит взгляд на Чимина.
- Маленький... я... не нужно было.
- В каком это смысле не нужно? Я что, не могу порадовать тебя? Тем более это подарок от всей моей семьи. Мама настояла.
Юнги берёт его лицо в ладони и гладит щёки.
- Как мне с тобой повезло... - шепчет он, прижимаясь губами к губам коротко. - Как же повезло.
- Хён... ну что ты...
- Это правда. Я говорю так не только потому, что ты подарил мне эту гитару... я говорю это, потому что... этот подарок касается моей любви к музыке. И я счастлив, что ты принимаешь то, как оно для меня важно.
Чимин перехватывает руку старшего за запястье, чуть голову поворачивает и целует в центр ладони.
- Как и всё, что связано с тобой, - говорит тихо. - Давай пить чай?
————————————————
2428 слов.
И дааа это конец, спасибо за прочтение.
ЛЮБЛЮ ВСЕХ ВАС 💌💕