:9:
Birdy – Not About Angels
Дарлен просыпается от света солнечных лучшей, падающего прямо на поверхность век, вздрагивающих при малейшем колебании светового оттенка. В голове ураган мыслей, каждая заменяет другую, стеля ковёр сомнений на поляну здравомыслия. Девушка встаёт с кровати, ставя голые ступни на поверхность ковра с жесткими ворсинками, которые щекочут не прикрытые одеждой или обувью участки кожи ног. Она пальцами левой руки старается почесать затылок, но огромный клок спутавшихся от лака волос мешает это сделать, а солнечные лучи продолжают настырно биться в оболочку глаза, пробивая невидимый барьер. Девушка встаёт с кровати, но тело подаёт сигнал, что это была плохая идея. В суставах начала шуметь ноющая боль, а на губах застыл привкус пустынного ветра.
-Привет, Лукас... да, она в комнате. – голос мисс Дарлен донёсся до слуха Дарлен и внутри всё перевернулось от осознания того, что сейчас в её комнату войдёт тот, кто фактически испортил представление юной девушки о идеальном парне.
Она, насколько это возможно от поступившей к виску боли, быстрыми шагами направилась к двери и практически положила руку на золотистую ручку, чтобы закрыться от внешнего мира, но сильный удар по деревянной поверхности заставил Дарлен отпрыгнуть от двери. Она споткнулась о край ковра и упала на кровать, от чего боль усилилась в полтора раза, но кроме как шипения девушка не могла себе позволить звуки поражения. Юная Лектор поднялась на локтях, после чего подняла своё тело с помощью рук с кровати и опустила взгляд на пол, чтобы не встречаться с глазами оттенка голубого алмаза.
-Дар, я хотел просто поговорить о том, что было вчера. – парень почесал затылок, после чего начал поглаживать его, продолжая глазами путешествовать по комнате девушки.
Его губы тронула улыбка. Тёплая и беззаботная. Люк не ожидал увидеть в комнате девочки-подростка плакаты с изображением My Chemical Romans и маленькие карикатуры на известных деятелей политики. Головы на этих маленьких картинках были ужасно несимметричными и обезображены, что на минутку парень решил очистить всё своё представление о той, что стоит, опустив голову в пол. на её лицо играли лучики солнца, придавая коже оттенка светлого шоколада прелесть блеска природных красок. Люк поймал себя на мысли, что в открытую пялиться на её лицо и совсем не обращает внимание на то, что Дарлен стоит в пижаме, которая делает её более маленькой. Она стала такой миниатюрной для этого огромного мира, полного жестокости и пользующегося страхами людей.
Парень сделал шаг навстречу девушке, которая так и не осмеливалась пустить стрелу своих карих глаз в его содрагающееся от её вида тело. Что-то подсказало, что именно сейчас тот момент, когда можно позволить себе сделать безумный поступок по отношению к маленькой девочке, которая день назад была застенчивой молодой женщиной.
-Я понимаю, что ты не хочешь слушать объяснения. – Люк уже стоял напротив неё и смотрел на тело Дарлен сверху вниз, позволяя ей пустить струю горячего дыхание в его грудь, прикрытую чёрной футболкой. – Простой дай мне сделать то, ради чего я здесь.
Сильные мужские руки легли на женские бёдра, вырисовывая незамысловатые рисунки на участках кожи, не прикрытых пижамной тканью. Дарлен сглотнула, после чего положила руки на грудь Хеммингса с желанием оттолкнуть, но, когда парень коснулся губами её лба, затронув тонкую струну женской души, девушка начала аккуратно сжимать ткань футболки.
-Зачем ты пришёл? – в первый раз за десять минут девушка посмотрела в его глаза.
В этом взгляде выражена вся боль и потерянность под покровом солёной воды. Каждый может признать, что слёзная оболочка делает радужку более яркой, но её оттенок глаз потускнел от осознания побежденности. Чёрный зрачок стал маленькой точкой в окружении созвездий коричневых бликов.
-Я не хочу, чтобы ты был рядом из жалости. – здравый смысл грубым голосом прокричал отчётливо слышимые фразы в голове Дарлен и та поняла, что этот момент станет лишь сборищем блёсток в грязи безнадёжной веры в то, что он изменится.
Тишину, в которой витал запах мужского одеколона и чего-то нежного разрушил слишком сильный звонок телефона. его звук давит на слуховой барьер, пробивая его насквозь и не давая время восстановить своё покрытие. Девушка отталкивается от парня, но тот усиливает хватку на её бёдрах, покачивая головой, ка бы говоря: «Не бери».
Дарлен резко отталкивает парня, с ноткой отвращения смотря на его потемневшее от догадок лицо и идёт в сторону маленькой тумбочки, выполненной из чёрного дерева, на которой лежит телефон, экран которого светится, раздражая чувствительный зрачок.
-Привет, Лектор. – звонкий голос, полный мальчишечьего ребячества заставляет губы Дарлен подняться немного вверх, а глаза прикрыться от ожидания какой-либо шутки.
-Привет, Ирвин. – она не замечает, как в состоянии эйфории закусывает нижнюю губу и переминается с ноги на ногу.
-Я тут подумал, что было бы круто сходить и поесть мороженного. Ты за? – его предложение звучало без какой-либо задней мысли, что было не похоже не обычного Эштона, жаждущего изъять выгоду из всего.
Дарлен посмотрела на Люка, челюсть которого напряглась, а вены на кисти руки стали более живыми и объёмными.
-Думаю, что было бы круто. Давай через три с половиной часа в кафе на Роджи Стрит. – она выключила телефон, зная, что парень обязательно придёт в назначенное время и назначенное место.
У младшей лектор никогда не было ощущения уверенности в ком-то, но Эштон стал своего рода исключением. В голове девушки всплывали образы вчерашней ночи, и она постепенно понимала, что уже отомстила Люку. Но дело в том, что она согласилась на эту встречу не ради ревности блондина, а ради себя.
-Если ты пойдёшь, то я убью Ирвина. – грубый голос, пропитанный нотками серьёзного тона, заставил девушку повернуться в сторону люка, но её лицо перестало светиться от счастья, выражая полное безразличие к стоящему перед ней человеку.
-Нас больше ничего не связывает, так что не бери на себя слишком много. – Дарлен повернулась в сторону ванной комнаты и уже открыла дверь, но остановилась на долю секунды. – Никогда не называй меня Дар.
Она ушла в свой мир, полный запаха роз и ванили, пузырьков с отражающей поверхностью и свободного течения жизни. Он слишком напряжён осознанием того, что она ускользает из пальцев Люка, оставляя после себя лишь мокрый след лиловой воды. Это не привязанность и не любовь. Это нужда в ком-то, кто будет смотреть на мир без розовых очков и постепенно углубляться в тайны небытия. Для него таким человеком стала Дарлен, которая не воспринимает всерьёз комплиментов со стороны Хеммингса, потому что с этого момента каждое его слово станет лишь красивой оболочкой ядерной бомбы, разрушающей всё прекрасное и живое внутри человека.
___
Стоит ли продолжать писать эту работу? просто мне интересно ваше мнение,. а так же я хорошо воспринимаю критику.