4
Дни пролетали как птицы, как ласточки в середине весны или как журавли улетающие на юг. Привычно, но даря ощущение перемен погоды.
Мафую попросил у врача увеличить дозу его препарата. На что тот дал согласие.
Серотонин в упаковке давал силы дышать, но как только его действие заканчивалось, Сато становился тем же бесчувственным сосудом, что и пять лет назад. Отдаление рицуки сильно сказалось на нём.
В группе, на репетиции внезапная натянутость двух парней, вызывало недоумение. Это сказалось на всех и на всём, инструменты не хотели издавать нужные ноты, а атмосфера делала лишь лучшего.
Сами Рицука и Мафую непрерывно повторяли другим что — всё в порядке.
Очередная репетиция выходила из-под контроля. Струна на гитаре порвалась, и это незначительное и обычное для музыкантов дело, вывело из себя. Нервы сдали.
—Я прекращаю репетицию, ровно до того момента, как Мафую и Уэнояма не разберутся в своих отношениях. Делайте, что хотите, если мы не успеем записать песни для альбома, это будет только на вашей совести, ясно? –Акихико почти кричал во всё горло, и когда наконец закончил свой монолог, взяв сигарету, вышёл из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.
После громкого шума наступила тишина. Молчание, в котором можно было лишь услышать мелодию бьющихся сердец. Взглянув друг на друга, пытаясь разглядеть в глазах все их эмоции, разглядеть во взгляде причину. Глаза Уэноямы — темно синие, спокойные, как глубокое озеро, которые выражали обиду. Глаза Сато — светло карие с оттенками оранжевого, выглядели сейчас так, как в тот день, в той самой комнате с полу пустыми банками из-под пива, не понимание, шок, вот что они отображали.
Мафую не плакал, почти не разу. Чувства всегда выражал по своему, если видел в этом нужду. Все песни группы с вокалом, были медиатором для струн сердца людей, что слушали их.
Капли слёз, одна за другой, не спеша падали на пол.
—Рицука, я не знаю, что я сделал не так, не знаю, правда. Пожалуйста, прости меня, что бы там не случилось. Прошу, только не уходи, — голос Мафую был спокоен, лицо не выражало никаких эмоций, но слёзы капали одна за другой.
Много разных мыслей сейчас посещали голову Уэноямы, одно из которых: желание прямо сейчас бросить всё и крепко прижать к себе Сато, сказать как сильно его любит и как обычно поцеловать в лоб. И другим было: обида, мысль что у Мафую есть кто-то другой, что его просто не достаточно.
Время не лечит.
—Мафую, я спрошу прямо. Те препараты на полке в ванной. Зачем ты их пьёшь и для чего они? – Скрыть всё беспокойство в голосе и говорить монотонно. Это то, что сейчас пытается сделать Уенояма.
Вот оно что. Спустя секунду последняя капля слёз быстро скатилась по влажной щёке, оторвавшись от лица, плач прекратился.
–Антидепрессанты, – тихо ответил Сато.
–Что?
–Это антидепрессанты, – повторил уже чуть громче Сато и после небольшой паузы продолжил. – Я их пью, потому что у меня депрессия. Каждый вечер пятницы хожу к врачу, чтобы он проверял моё состояние. Я хотел тебе рассказать об этом, как только мне станет легче.
–То есть это не противозачаточные?
–Нет. Хочешь покажу тебе упаковку?
Мафую медленно встал и подойдя к своей сумке, немного порывшись в ней, достал белую плоскую упаковку. Так-же медленно с слегка опущенной головой, подошёл к Рицуке и протянул её ему.
Уэнояма вчитывался в название много раз, пару раз в слух и дважды по буквам. Упаковка была как та, что и в ванной. Ещё покрутив её в руках и даже прочитав несколько предложений на задней стороне, Рицука потянулся в карман за телефоном, разблокировав его, тут же открыл поисковик и вбил название лекарства.
- " ХХХ — психотропный припарат для обширного пременения среди людей старше 25 лет."
-"Обсуждение на форуме 'Почему препараты ХХХ и XXX так похожи своими названиями? Мой парень чуть меня не убил, когда увидел это'... "
Быстро пробежавшись глазами и приняв свою ошибку, в голове никак не могло состыковаться — почему я сразу подумал о плохом, почему сразу не спросил?
–Прости, это я виноват, не знал.
Теперь они оба стояли с виноватым видом, глядя в пол.
–Что мне сделать, что бы ты простил меня? – Тихим, еле слышным голосом провинившегося ребёнка, прошептал Рицука.
–Поцелуй меня, отмени все дела на завтра, давай проведём обсолютно весь день вместе, не отвлекаясь ни на что другое, пожалуйста. – Звуком всего на тон выше, но ещё тише чем его и так обычно не громкий голос, проговорил Сато.
– Как скажешь. – Не спеша, подняв сначала свою голову, а после голову Мафую они сошлись в нежном поцелуе.
Сначала ласковыми касаниями губ, а после слегка приоткрывая губы пропуская тепло.
Акихико уже немного остудив свой пыл, вернулся в студию за палочками, думая, что те двое ушли обсуждать отношения дома или же окончательно поссорились и один из них позвонил Харуки и попросил переночевать у него дома.
Но нет, вот они стоят целуются. Совсем совесть потеряли, ей богу. Пожалуй, стоит простить их на этот раз, палочки пожалуй пусть тут ночуют.
Всё ведь должно кончаться хорошо. *