Часть 13
Надрывно прозвенел звонок, возвещающий о начале урока, и мои одноклассники, которые всю перемену самозабвенно фоткались, наконец немного успокоились и уселись за парты.
Но шум не утих: ребята, перегнувшись через парты, показывали друг другу фотки на сотовых телефонах.
Я, тоже успевшая сделать пару отличных снимков, сейчас хихикала вместе с Джису.
Вообще в последнее время, после памятного поцелуя с Мисс Манобан, у меня было отличнейшее настроение.
– Ребята, тише, – безрезультатно пыталась привести класс в чувство учитель, – У нас сегодня контрольный тест! Достаем двойные листочки.
После этих угрожающих слов все мы сразу притихли, тем более, что на прошлом уроке про тест нам не говорили, и мы были абсолютно не подготовлены.
Джису умоляюще посмотрела на меня:
– Поможешь?
– Постараюсь, – пожала плечами я.
Мне бы кто помог.
На парту лег листочек с ровными строчками вопросов. Я, обозрев задания, решила, что все не так уж и плохо, эту тему мы недавно проходили, и не спеша принялась писать ответы. А вот для Джису, кажется, наступила вселенская катастрофа. Она беспомощно смотрела то на задания, то на меня.
Я, добрая душа, положила свой листочек почти на середину парты, так, чтобы подруге было удобно списывать, и продолжила отвечать на вопросы, когда дверь кабинета открылась и на пороге появилась Мисс Манобан.
– Можно Дженни? – спросила она.
– Извините, а нельзя в другое время? Они сейчас пишут тест, – сделала недовольное лицо учительница.
– Нет, это важно. Подождет ваш тест, – развязно ответила классный руководитель.
– Да-а, потрахаться не терпится, – услышала я приглушенный голос Кая, который сидел позади меня, встала и молча вышла из класса.
Джису бросила на меня последний печальный взгляд умирающего кролика, понимая, что теперь ей придется писать тест, полагаясь только на свой ум.
– Что случилось, Мисс Манобан? – спросила я, выйдя за дверь и закрыв ее за собой.
– Я не хотела говорить при всех, там, в классе... Тебя и меня вызывают к директору.
– Зачем? – удивилась я.
Она только рукой махнула, невнятно пробормотав очередное ругательство.
Я не знала, как расшифровать этот ее жест, и молча пошла за учителем, все еще не понимая, для чего меня вызывают к директору «на ковер». Вообще, странное это выражение – «на ковер»... Насколько я знаю, в кабинете нашего директора совсем нет ковра, а есть только линолеум.
В кабинете директора, и правда, никакого ковра не было, а была Пак Чеен.
Интересно, что она здесь делает?
Кроме нее, в помещении находилась завуч и, собственно, сама директор, сидящая за столом.
Все они выглядели какими-то нервными, всполошенными, а в их глазах плескалось сочувствие по отношению ко мне.
– Мисс Манобан, подождите, пожалуйста, за дверью, – сказала завуч.
Классный руководитель пожала плечами, и, тихо сказав что-то вроде «Все придурки», так, что услышала это высказывание только я, вышла.
Да что происходит-то?!
– Присаживайся, Дженни, – подала мне стул завуч.
Я покачала головой и осталась стоять.
– Джен, – ласково начала директор, – Какие у тебя отношения с твоим классным руководителем? Вас что-то связывает?
– Что нас может связывать? – ошарашено посмотрела на директора я, начиная понимать, для чего меня вызвали, – Кроме того, что она мой учитель тайского – ничего.
– А не было ли с ее стороны каких-либо попыток домогательства по отношению к тебе? Не бойся, скажи нам правду. Мы ничего не скажем твоим родителям и одноклассникам, об этом никто не узнает.
Я непроизвольно покраснела от таких откровенно-пошлых слов.
Черт, как же я ненавижу эту особенность своего лица – краснеть в самый неподходящий момент. Ну вот, сейчас они подумают невесть что, поэтому я быстро постаралась их разуверить:
– Нет, никаких попыток не было. Мисс Манобан относится ко мне только как классный руководитель.
– А вот Мисс Пак думает иначе, – сказала директорша, взяв в руки какой-то лист бумаги и протянув его мне, – Ознакомься, пожалуйста. Что ты можешь сказать по этому поводу?
Я воззрилась на листок, на котором мелким почерком Чеен были написаны всего три строчки.
Три строчки лжи.
В доносе она сообщала, что нас с учителем связывают любовные отношения, и она видела, как мы целовались в кабинете тайского.
Что за... Не было такого! Хм, ну да, мы целовались у меня дома, но этого уж точно никто видеть не мог.
В заключении доноса учительница просила «немедленно принять меры».
– Это чушь, – уверенно заявила я, дочитав бумажку.
– Дженни, у меня гораздо больше оснований верить квалифицированной, хоть и молодой, учительнице, чем тебе. Я понимаю, ты защищаешь Мисс Манобан. Но вот скажи, разве Мисс Пак есть смысл врать?
– Есть! Она все придумала, это клевета, это ложь, она врет! – заорала я, сорвавшись.
Почему они ей верят, почему? У нее ведь даже нет никаких доказательств!
– Бедная девочка, – приторным голосом сказала Чеен.
А я видела, как она ухмылялась. Мне хотелось расцарапать ей наглую рожу, но тогда меня бы в два счета выкинули бы из школы...
– Успокойся, Дженни. Выпей воды, - сочувственно сказала завуч и протянула мне стакан.
Я покачала головой.
– Дженни, может, ты боишься нам говорить? Может, она запугала тебя? Угрожала? – снова стала допытываться директор, – Ничего не бойся, говори.
– Почему вы из Мисс Манобан монстра какого-то делаете? – возмутилась я, – Мисс Манобан – прекрасный учитель...
– Вы слышите, слышите, что она говорит? – заерзала на своем месте Мисс Пак, – она восхищается им, значит, у них что-то было!
– Не было! Не было! Не было! – заорала я прямо в лицо ненавистной учительнице, – Вы лжете, зачем вы это написали? Зачем?
Меня вывели из кабинета в коридор, посоветовав успокоиться.
Обсуждение проблемы продолжилось уже без меня...
У дверей маялась Мисс Манобан.
– Ну что? – с надеждой в голосе спросила она.
Я кинулась в ее объятия:
– Мисс Манобан, они же врут, врут...
– Конечно, Дженни. Это ложь и провокация. А ты лучше отойди от меня на метр. Нет, на два. Иначе точно ей поверят, – классный руководитель мягко оттолкнула меня от себя.
– Да, точно, – я отошла и встала у стены, запрокинув голову, чтобы слезы больше не лились наружу.
Мисс Манобан подошла к окну и нервно закурила.
Через дверь я слышала, как Чеен воодушевленно лопочет что-то про растление малолетних, про то, что таким учителям в школе не место, что бедные девушки запуганы, что неизвестно, скольким еще ученицам она могла запудрить мозги, еще что-то... Противно было ее слушать.
Прозвенел звонок с урока, и я, бросив последний взгляд на своего учителя, побежала в кабинет забирать свои вещи.
Одно хорошо – мне не пришлось писать тест.
В нашей школе новости распространяются со скоростью света.
К концу этого ужасного учебного дня я уже знала, что Мисс Манобан уволили. Вернее, попросили написать «по собственному желанию». Да, вот так быстро, а главное, необоснованно... Из-за какой-то идиотки. Нет, это я не про Чеен, это я про себя. Это ведь из-за меня ее уволили...
Домой я вернулась поздно. Хотелось побыть одной, поэтому я долго болталась в сквере недалеко от школы. Садилась прямо на укрытые толстым слоем снега скамейки и ревела. Ну ничего, я, кажется, знаю, что делать.
Вот☺️
С опазданием, но вышла.
Были неотложные дела ❤️
