инфатосексуализм

На этот раз он сам пришëл ко мне, не по просьбе ГАН, не по моему зову, он сделал это по своему желанию, сам пришëл в мой дом.
Первой моей мыслью было то, что он хочет отомстить мне, убить не раздумывая, я испугался того, что он вновь сделает мне больно, и он сделал, только не так, как я думал.
Он поднял на меня взгляд, когда я открыл входную дверь, после чего нервно сжал кулаки и переступив через порог и, вероятнее всего через себя, крепко меня обнял.
Что? Что он делает? Зачем? Почему? Для чего? Что он задумал? Начали давить на меня вопросы в моей голове.
Я не обнимал его в ответ, я просто стоял, через пелену шока я расслышал его тихие слова.
- прости, прости пожалуйста. - начал тихо извиняться тëмный ëж, по его голосу я понял, что он говорит это искренне, возможно даже на грани слëз.
Я отстранился от него, когда его хватка ослабла, заглянул в рубиновые глаза и с отвращением в голосе ответил. - зачем ты пришëл? - его извинения и раскаяния никак не сделают мою жизнь лучше, его слова ничего во мне не всколыхнули, кроме как злости.
Он не смог ответить тогда и, если честно, до сих пор не ответил.
Я не прогнал его, но и сам он не ушëл, будто не замечая того, что ему тут не рады.
Пока я готовил завтрак, он наблюдал за мной, ничего не говорил и ничего не делал. Его присутствие больше не напрягало меня.
Пусть делает, что хочет, теперь я смогу дать ему отпор. Твердил я самому себе.
Шэдоу будто был не здесь, предполагаю, он сам не знал ответа на вопрос о том, зачем пришëл и что хотел сделать.
Я заварил ему кофе и молча поставил кружку на стол, он заметил это и словно призрак, тихо и невесомо сел напротив меня.
Странно это всë, мы оба друг над другом поиздевались, а теперь сидим за одним столом, молчим и почти не обращаем друг на друга внимания.
- как дела? - делая глоток горячего чая, спокойно спросил я, стараясь держать эмоциональную дистанцию. 
- нормально. - пожал плечами тëмный ëж, но мы оба знали, что это не так, будь всë хорошо, он бы не пришëл. - ты как? - поинтересовался он в ответ.
- неплохо. - отозвался я, это тоже было ложью.
Мы сидели в полной тишине, не говорили о том, что происходит сейчас и что происходило раньше, мы оба избегали этой темы. Я, потому что боялся, что он всë таки решит отомстить, а он, думаю, по той же причине.
- чем ты увлекаешься? - спросил он непринуждённо, будто мы только познакомились.
- ты сам знаешь. - ответил я и подняв взгляд на ежа, заметил как тот нервно перебирает пальцами по ручке кружки.
- а ещё чем-то? - вновь спросил он, будто пытаясь залезть мне в душу.
Будто тебе правда это интересно. В мыслях съязвил я.
- создаю игры. - хмыкнул я и доев омлет, отодвинул тарелку в сторону. - а ты? -
- играю на гитаре. - ответил Шэдоу и наконец поднял на меня взгляд и даже с некой улыбкой, предложил. - хочешь, сыграю тебе что-нибудь? -
- давай. - согласился я, я до сих пор не уверен в том, зачем я вообще спросил об этом и главное согласился на игру на гитаре, но видимо, тогда мне это было нужно.
Шэдоу не отправился за гитарой, не телепортировался, вновь повисла тишина, он не хотел уходить, ведь знал, если он уйдёт сейчас, то больше никогда не вернëтся.
- у меня на чердаке есть гитара. - вздохнул я и поднявшись из за стола, направился за инструментом.
Когда я вернулся, он уже ждал меня, кажется, он всегда меня ждал, так же как и я его в спокойные годы.
Он взял гитару в руки и огляделся в поиске того, где можно поудобнее устроиться.
- пошли в зал. - пришлось предложить мне.
Уже когда мы сидели на диване, он настраивал старую гитару, та совсем расстроилась, железные струны слегка заржавели.
Через пару минут заиграла тихая и спокойная мелодия, его хриплый голос пел неизвестную мне песню.
~ твои глаза покрыты пылью, словно звëздами.
Никто не видит красоты, вспышки вокруг.
Но ты мой маленький мир.
Свет в твоих глазах ещё не потух, даже когда жизнь ушла.
Пыльный пол накрывает всех тоской.
Но ты красив, даже не смотря на смерть с косой, что стоит над душой.
Звëзды в твоих глазах ярче всех, ярче всех тех, что я видел.
Даже если это просто пыль. ~
Он сделал глубокий вдох и маленькую паузу, после чего продолжил.
~ звëздные глаза лишь у тебя, лишь твои веки я прошу не закрывать.
Лишь твои глаза я буду вспоминать.
Сверкают в тëмном доме, сверкают в твоих глазах.
Отражения нет, это твои мечты.
Мечты словно звëзды, сверкают на тебе. ~
Когда он замолчал, я почувствовал на своëм лице лёгкую улыбку и произнëс. - неплохо. - не знаю, что заставило меня тогда улыбнуться, то ли абсурд ситуации, то ли странная песня.
- спасибо. - кивнул он в ответ и начал перебирать какую-то мелодию.
Новую волну тишины без разговоров я решил не разрывать, да и он тоже сидел тихо, лишь тихо играл на гитаре.
Следя за движениями его рук я совсем забыл о времени, о мире вокруг, эти тонкие пальцы с чëрными коготками бережно обращались с музыкальным инструментом, не то что со мной, от этой мысли и факта стало гадко.
- я никогда не думал, что.. - начал было он, но проглотил слова и прикусив язык, вновь замолчал.
- что ты что? - отозвался я, ни одна мышца на моëм лице не дрогнула, но сердце точно ëкнуло.
- что я..поступлю с кем-то так. - тихо ответил ëж и перестав дëргать струны и зажимать аккорды, уткнул взгляд в пол, или же в свои колени, я так и не понял.
- я тоже. - кивнул я и вздохнув, облокотился на спинку дивана, после чего проговорил. - почему ты сделал это? -
- потому что..я решил, что мне всë можно, брать то, что я хочу, делать то, что хочу, говорить, что хочу. - стыдливо признался Шэдоу.
На этом моменте я понял, я первый, кто дал ему отпор и поставил на место, он не говорил об этом, но в его голосе явно слышался данный факт. Он больше не извинялся за то, что было.
Я наконец смог озвучить вопрос, что волновал меня больше всего. - зачем ты вернулся? -
Он нехотя посмотрел на меня и ответил. - я боюсь, что другие не дадут мне сдачи. -
- ты думал о других? - нахмурился я, от чего он тут же забегал взглядом по моему лицу, видимо готовясь к тому, что я могу ударить его.
- нет. - произнëс ёж и убрав гитару в сторону, вздохнул. - после тебя я больше ни о ком не думаю и не думал. -
- ясно. - кивнул я и аккуратно положил руку на его плечо, как всегда делал он. После моя рука дошла до его загривка и сжала его. Я почувствовал как он начинает нервничать, а пульс стремительно расти.
- ты боишься. - заявил я, на что он не ответил, но я знал, что он с этим согласен.
Я отпустил его шею и когда он удивлëнно на меня посмотрел, то затянул его в поцелуй, он был в шоке от такого действия настолько, что не сразу ответил мне.
Его руки не трогали меня, он больше не прикасался ко мне, как раньше.
Моя рука сжала его шею, его ладони рефлекторно сомкнулись на моëм запястье.
- не смей ныть. - произнёс я ему на губы, но внутри себя добавил, если заплачет он, то я тоже не выдержу. Мы оба были словно две натянутые гитарные струны, только было неизвестно, кто же порвëтся первым, кто сдастся.
- пожалуйста. - тихо попросил он, позволяя мне нависнуть над ним, прижимая его спиной к дивану.
Я вновь поцеловал его, пока его руки обхватывали мою шею, едва сжимая, он так просил помощи, так желал успокоения в моих поцелуях и прикосновениях. Струна с треском лопнула.
- тише, тише. - ласково начал повторять я, целуя ежа в уголки губ и приглаживая вставшие дыбом иглы, когда короткие чëрные ресницы пропитались влагой, а грудная клетка нервно дëрнулась в тихом всхлипе.
- пожалуйста. - вновь повторил он свою просьбу, его глаза были полны ужаса, но он продолжал просить о близости, просил отомстить ему за долгие годы моих мучений. - прошу, не жалей. -
Тогда я был не до конца уверен в том, о чëм он просил, но от того, что я сделал, он наконец успокоился, по крайней мере заставил себя заткнуться и не сбежать.
Мои ласковые поцелуи на его теле и губах, горячие ладони на его морде и плечах, ласковый и тихий тон успокаивал его, а может и вовсе пугал, от чего он решил молчать.
Моя рука легко и без сопротивления оказалась под его футболкой, огладив белоснежный мех я пригрозил. - если заплачешь, я остановлюсь. -
Пока он рвал мою спину в кровь, я думал лишь о том, чтобы он наконец успокоился, я прекрасно знал как его сердце горит ненавистью, злостью, ужасом, отвращением и тревогой. Я знал об этом, поэтому пытался утешить его.
Его тихое мычание и рваные вздохи оглушали меня, вот он, триумф, думал я в моменте. В какой-то степени я наслаждался его эмоциями, и в тоже время искренне жалел его, сердце рвалось от двух противоположных друг другу эмоций.
Его руки наконец перестали царапать мою спину, на этот раз они обнимали еë, прекращая причинять мне боль.
Тяжело дыша и стараясь держать эмоции в себе, он столкнулся со мной взглядом, впервые он посмотрел на меня так, впервые заглянул мне в душу, раньше он смотрел будто сквозь меня, или же как на кусок мяса, от чего уже по моему телу пошли мурашки.
Он хотел было что-то сказать, но я остановил его кратким поцелуем в губы, он вновь заставил себя заткнуться. Я не желал слушать его извинения, просьбы и слова полные злобы.
Я лëг рядом и прижав его к своей груди, начал, словно заботливая мама, гладить его по иглам и голове, ёж от моих действий в начале хотел оттолкнуть меня, но после смирился с моей не искренней заботой.
Он крепко обнял меня в ответ, его горячие ладони огладили мою спину. Я чувствовал влагу на своей спине, это была кровь, но на этот раз меня это не волновало, больно было не только мне.
Он молчал, но в этом молчании я слышал столько просьб, столько слов, столько эмоций. Он буквально умолял меня, умолял не отпускать, держать силой, молил дать ему ощутить всё то, что было у меня на душе столь долгое время.
И вот эти слова наконец вылетили из его уст. - не уходи. -
Два простых слова, но сколько смысла и эмоций в них вложено, сколько страданий, ужаса и отвращения, он намеренно делал себе больно и плохо.
На этот раз уже я не ответил, но мы оба знали, что я не уйду, теперь мы были связаны, связаны больными взаимоотношениями, я не был готов оставить его, настолько сильно я его ненавидел, что не желал отпускать.
Я точно не любил его и не дорожил им, всё, что держало меня рядом с ним, так это дикое отвращение и ярость по отношению к нему.
Он меня не любил, лишь видел во мне спасение от самого себя, видел во мне того, кто сможет убить его без раздумий, того, кто без сожаления сделает ему больно.
- что будет дальше? - тихо спросил он, едва прикрыв глаза и продолжая думать о своём.
- как раньше точно не будет. - в тон ежу ответил я и закрывшись пальцами в его иглы, до лёгкой боли сжал их, тут же послышалось тихой шипение, но Шэдоу не оттолкнул меня, лишь слабо оскалился и поддался моим действиям.
Он был сломан, пытался найти выход, и нашëл его во мне, и наплевав на всë, он утащил меня за собой, на самое дно. Теперь и моя, и его жизнь были сломаны, надломаны, держались на ниточках друг друга.
Прошло столько лет, что я не смогу его забыть, а он не сможет простить себя за это. Мы буквально сковали друг друга цепями и выкинули ключи, а рвать их уже нет не сил, ни желания. Мы вместе дëргаемся под водой, по одиночке мы бы всплыли, но вместе, мы просто бьëм друг друга под дых. Я знаю, что он понимает, что это убьет нас обоих, но уже ничего не могу с этим поделать, лучше умрём мы оба, чем лишь я.
- ты хороший. - продолжая ворошить шерсть на моей спине и не давая крови на ранах остановиться, произнëс он.
- а ты нет. - на выдохе и с тихой усмешкой ответил я.
Руки ежа замерли, после чего он виновато согласился. - да. -
Он больше не говорил о том, что ему жаль, не просил прощения, не мстил мне, он просто желал моего болючего, для него самого, присутствия в его жизни.
Я не просил его об этом, не желал извинений, не желал мести, я просто был рядом.
Да, я до сих пор горел обидой и злостью, но когда он был рядом эти чувства затихали, я возвращал ему всё то, что он принёс мне.

- тебе больно? - спросил я после десяти минут молчания.
- да. - ответил он, но это было не про физическую боль, а про ту, что была на душе.
- хорошо. - отозвался я и поцеловал его в макушку, зная, что ему от этого будет ещё больнее.
Парой нежность к врагу ранит сильнее ударов.

•2100 слов. ТГК: https://t.me/oskoolki •