глава 18.
С лёгкостью и удивительным спокойствием на душе она вошла в кабинет. Атмосфера была почти такой же, как и вчера: привычная тишина, приглушённый свет и знакомые предметы вокруг — деревянный стол, заваленный бумагами, старая карта на стене и стеклянная витрина с наградами. В её голове мелькали мысли — она ожидала, что сейчас её начнут отчитывать за сделанное фото, высказывать упрёки или даже выражать недовольство. Но этого не случилось. Дмитрий Андреевич, казалось, даже не заметил её смущения. Он просто прошёл мимо, не задерживая взгляда, и, не спеша, закрыл дверь на замок. В этот момент сердце её слегка забилось быстрее, но утешительное внутреннее спокойствие продолжало её обнимать. Внезапно, как будто время замерло, он подошёл к ней, взял её руку в свою, и крепко, но аккуратно потащил к своему столу. Она не успела ничего сказать; каждое мгновение растягивалось, как пружина, готовая к прыжку. Вот она уже сидит на краю его стола, как будто повторяет ту же ситуацию, что и вчера. Сердце колотилось, дыхание перехватило, а чувства смешивались в её груди — страх, ожидание, и невероятное волнение. Она не успела даже открыть рот, чтобы задать вопрос или произнести возражение, как он жадно и страстно прикоснулся губами к её, словно пытался передать ей словами то, что невозможно было выразить иначе. В его поцелуе она ощутила всю искренность и нежность, которые скапливались между ними как невидимая нить. Дальше он оторвался от неё, но лишь на мгновение, и, наклонившись ближе, прошептал ей на ухо.
– Сегодня ты никуда от меня не денешься.
Его голос звучал тихо, как шёпот ветра, но в нём чувствовалась сила и уверенность. Его рука скользнула под юбку, и нежный, осторожный жест резко вызвал у неё мурашки по коже. Её внутренний мир снова заколебался, как в предчувствии того, что должно было произойти. Она поймала его взгляд — в нём читалась страсть и желание, которые не оставляли ни шанса на усталость или сомнение. Всё вокруг исчезло, остались только они двое, и мир за окном не имел никакого значения. С каждой секундой, проведённой рядом с ним, она всё больше осознавала, что не хочет убегать от этих эмоций, пусть даже они грубо разрушали привычные границы. Время растянулось, как бархатная пелена, окутывая их неожиданным теплом и светом. Далее руки Димы не заметным образом перебрались с бёдер дальше. Его пальцы нежно скользнули по её талии, пробираясь под тонкую ткань белья и оставляя жаркие следы на коже, его губы прижались к ключицам, оставляя алые метки, которые украшали её шею словно драгоценности. Его движения были одновременно нежными и страстными, и казалось что он пытался запомнить каждую её деталь, каждое прикосновение, прежде чем двинуться дальше. Пальцы пробежались по её груди через тонкую кружевную ткань, мягко оглаживая, не торопясь. Его губы нежно коснулись её кожи, оставляя на ней горячие следы в виде ярких засосов, которые медленно тускнели. На его губах появилась ухмылка, когда он продолжал нежно трогать грудь через ткань бордового цвета. Особа запрокинула голову вверх, дыхание участилось, и её тело непроизвольно откликалось на каждое касание, заставляя из её уст вырываться звукам наслаждения. Спина её прогнулась назад, а тело слегка дрожало от прикосновений парня, который нежно и страстно касался её кожи, пробуждая новые и новые волны удовольствия. Дева выгибалась в его руках, спина подалась ещё ближе. Скрывающиеся с её губ стоны стали ещё громче. Её руки вцепились в его плечи, будто стараясь притянуть его ближе, а пальцы впились в кожу до боли, создавая красные полосы на его спине. Учитель медленно опускается на колени, его движения плавны и осторожны, словно он боится нарушить хрупкую гармонию момента. Руки нежно скользят под её юбку, пальцы мягко касаются её бёдер, чувствуя теплоту и дрожь, исходящую от неё. Аккуратно, словно раскрывая тайну, он стягивает тонкое бельё, не спеша, чтобы каждый миг был наполнен ожиданием и тонкой страстью. Он сложил её нижнее бельё и положил к себе в карман пиджака. Смотрит на неё снизу вверх, его глаза сияют огнём желания и трепетной нежности одновременно. Взгляд его глубок и откровенен — он словно пытается прочитать её мысли, понять, насколько далеко она готова пойти. Дыхание становится прерывистым, наполненным волнением и нетерпением. Она чувствует, как тело начинает дрожать, охваченное смесью страха и предвкушения. В этот момент он останавливается, замирает на секунду, словно давая ей возможность остановить всё, если ей станет не по душе. Его глаза не отводятся от её взгляда, в них — полное внимание и уважение к её чувствам. Губы слегка приоткрыты, дыхание тихое, но наполненное ожиданием. Молчание между ними становится наполненным смысла, и в этом молчании рождается доверие — самое важное в их близости. Его пальцы медленно опускаются ниже, скользя по её телу с нежной осторожностью, чтобы не причинить дискомфорта. Они мягко находят самые чувствительные места в её промежности, начинаю лёгкий, едва ощутимый массаж. Каждое движение наполнено вниманием и заботой — он старается дарить ей удовольствие, прислушиваясь к её дыханию и реакциям. Его прикосновения становятся всё увереннее, вызывая волны тепла и трепета, пробуждая глубинные ощущения, которые отражаются в её взгляде и тихих вздохах. Он мягко расставил её ноги ещё шире, словно приглашая её полностью отдаться этому мгновению. Затем, не спеша, словно ныряя в глубины её души, он зарывает язык под юбку, касаясь самых сокровенных уголков. Его движения плавные и нежные — язык скользит из одной стороны в другую, исследуя, пробуждая и даря ей волны наслаждения. Он продолжал ласкать её язык, одновременно осторожно вводя один палец внутрь, чувствуя, как её тело откликается на каждое движение. Он резко прошептал ей, будто отдавая приказ, быть тише, и в тот же момент без предупреждения ввёл второй палец глубже внутрь. С её губ сорвался громкий стон, который лишь подстегнул его желание. Он начал двигать пальцами внутри неё быстрее и сильнее, не оставляя ей ни малейшего шанса на сопротивление. Его взгляд был холоден и властен, а каждое движение — твёрдым и решительным, словно он хотел полностью подчинить её своему желанию. В какой-то момент она начала тихо шептать, что вот-вот кончит, умоляя его не останавливаться. Её голос дрожал от волнения и желания, а тело напряжённо отвечало на каждое движение. Но вдруг он резко остановился, оставив её в состоянии наэлектризованного ожидания. Его взгляд был непроницаем, и в воздухе повисла напряжённая пауза — словно он хотел, чтобы она почувствовала всю силу контроля и предвкушения.
Она удивлённо посмотрела на него, не понимая, что сделала не так. В её глазах читалась растерянность и лёгкое недоумение. Он же, с холодной уверенностью в голосе, тихо сказал:
— Вот и первая часть наказания за твоё поведение. Ты возбудила меня прямо на уроке, а теперь — твоё наказание начинается.
Его слова звучали как приговор, наполненный властным решением, и в её сердце заиграла смесь волнения и ожидания. Наказание заключалось именно в том, что он возбудил её, но не дал желаемого оргазма.
Она опустила взгляд и подобрала с пола свой топ, быстро надела его на себя — уже собиралась уходить, когда вдруг вспомнила про нижнее бельё. Немного смутившись, она тихо спросила:
— А где мои трусики?
Он усмехнулся, в глазах играла ехидная искорка, и ответил.
— За своими трусиками ты придёшь ко мне вечером.
Его улыбка была дерзкой и уверенной, словно обещание продолжения их игры.
Она ответила ему такой же ехидной улыбкой, не произнеся ни слова, и, не прощаясь, развернулась. Когда она уходила, слегка приподняла юбку, оголяя свою попу, оставляя его снова в состоянии возбуждения. После того как дверь закрылась за ней, он тихо пробормотал себе под нос.
— Вот же сучка.