Глава 7.
Ямайка, Кингстон.
Майкл уже вторые сутки не отходил от постели Марии. Женщина до сих пор была без сознания. Доктор сказал, что она боится очнуться, страх проник в подсознание и заблокировал естественное состояние организма.
- Мария, очнись, пожалуйста. Ты в безопасности, с тобой ничего не произошло, я успел вовремя. Когда ты проснешься, я буду с тобой. Я всегда буду с тобой! - мужчина взял её за руку и крепко сжал, он склонил голову к её руке и прошептал:
- Да, я всегда буду с тобой, потому что я люблю тебя.
Его слова шли от сердца, проникая в её сердце и согревая его любовью.
Мария открыла глаза и увидела Майкла, склонившегося над её рукой. Она подняла вторую руку и провела по его густым коротким волосам. Мужчина вздрогнул и тут же поднял голову. Его лицо просияло.
- Дорогая, ты очнулась! Как же я рад!
- Сколько я была без сознания? - ей показалось, что прошло несколько минут после того случая, но судя по внешнему виду Майкла, она лежит уже давно.
- Вторые сутки пошли. Как ты меня напугала, - мужчина целовал её руки. - Больше никогда так не делай: не убегай от меня!
- Больше не буду. А что с тем рабом? - тихо спросила она.
- Я пристрелил его. Когда я увидел, что ты поскакала на лошади, тут же бросился за тобой следом, но в лесу я потерял тебя. И только, когда ты закричала, я вышел в нужном направлении. Оказывается, я все это время был поблизости.
- Спасибо тебе за все. Если бы не ты...
- Тише, тише. Не благодари, - Майкл положил свою голову Марии на живот и крепко обнял.
- А что произошло за эти сутки, что ты стал со мной говорить на «ты»? - слабо улыбнулась она.
Он посмеялся и поднял голову.
- Очень многое произошло. Я думал и думал и решил, что пришло время сказать, - Майкл громко вздохнул и выпалил, - я люблю тебя.
Он ожидал какой угодно реакции, но не этой: Мария смеялась, смеялась заливистым смехом, несмотря на припухшую от ударов щеку. Мужчина удивлённо взглянул на неё и обиженно сказал:
- Я серьёзно говорил.
Женщина перестала смеяться и ответила:
- Я не над этим смеюсь, а над тем, как ты это преподнес. Сам подумал, сам решил и меня не спросил.
- А зачем, если я все равно не отстану. Всегда буду тенью ходить за тобой, пока ты не скажешь, что любишь меня, - шутливым тоном объяснил мужчина.
- Тебе не придётся ходить тенью, - улыбнулась она и дотронулась до его щеки ладонью.
- Что это значит? - дрожа от её прикосновения, спросил он.
- Я тоже тебя люблю, Майкл, давно.
- О, Боги, сколько времени мы потеряли. - Он схватил Марию и усадил себе на колени. Она звонко засмеялась и обняла его за шею. Майкл посмотрел в её серые глаза и прошептал:
- Ты моя, я давно уже мечтал об этом. Моя навсегда!
Он осторожно прикоснулся к её губам, чтобы не сделать больно, и крепко прижал к себе её хрупкое тело. Ну, на самом деле оно не было хрупкое, конечно. Но в свои сорок Мария была достаточно стройной женщиной. А так как Майкл был просто великаном, то для него её тело было хрупкое.
Женщина ответила на поцелуй и отдалась своим чувствам. Да, она любила ещё Ричарда и всегда будет любить, но в её сердце появилось ещё одно место для Майкла. Мария долго боролась со своими чувствами из-за Ричарда, но постоянно разговаривая с его портретом и чувствуя какую-то внутреннюю радость, она пришла к выводу, что покойный муж счастлив за неё. И пока она была без сознания, он явился ей во сне с довольной улыбкой на лице. Это и вернуло её к жизни, к новой жизни.
***
Пока Лоренсо проверял свой корабль после ремонта мачт, его команда во главе с людьми отца загружали трюм рабами. Им удалось захватить пятьдесят человек, которые не помещались там, но их все равно затолкали туда, как сардины в бочку. И этим бедным людям предстояло плыть месяц в таком положении.
- Вы с ума сошли? Куда столько человек в трюм? Мы и половины не довезем, - кричал Лоренсо.
- Успокойтесь, мы всего пятьдесят штук набрали, некоторые и по сто, и по двести берут. Да и чем они не балласт при шторме, - засмеялся один из помощников Энрике.
- Они же люди, я не хочу трупов на своём корабле, - протестовал капитан.
- Мы выполняем приказ хозяина, несмотря на то, что Вы капитан судна. И мы Вам не подчиняется в этих делах, поэтому все будет так, как есть сейчас. Извините сеньор, ничего личного, - слегка поклонился второй помощник.
Лоренсо в бешенстве ушёл в свою каюту, ругая на ходу отца.
Когда трюм был заполнен, корабль отправился. Через несколько часов помощник капитана позвал того на палубу и вручил ему подзорную трубу.
- Смотрите, капитан, по правому борту шхуна. Интересно, они тоже за рабами сюда? - тихо говорил помощник.
- Не думаю. Это английские каперы и их курс прямо на нас, - уверенно сказал мужчина.
- Вы думаете, что это именно тот капер, который освобождает рабов? - с некоторым страхом спросил второй мужчина.
- Пока не знаю, но прикажи всем готовиться на всякий случай, - Лоренсо опустил трубу и встал за штурвал.
Тем временем шхуна становилась все ближе и ближе, но ни одна из сторон не осуществляла попытку стрельбы. И когда второй корабль приблизился так, что уже не было смысла стрелять, Лоренсо резко развернул свою шхуну и попытался обойти корабль противника. Но не тут-то было, вторая шхуна сразу же выстрелила и попала в мачту, которая тут же обломилась. Но Лоренсо знал, что они не будут стрелять по борту корабля, опасаясь за рабов, и продолжал уплывать от назойливой шхуны. Тогда англичане на полных парусах пошли на перерез испанцам. Догнав их, они встали боком к носу испанского корабля, Лоренсо попытался увести свою шхуну за корму английского корабля, но те резко встали параллельно его борту и уже забросили абордажные крючки. Команда была готова к бою.
Первым на палубу ступил светловолосый мужчина и тут же заговорил:
- Где ваш капитан?
- Я здесь, - вышел вперёд Лоренсо, он чувствовал себя уверенно.
- Мы можем договориться по-хорошему или по-плохому. Выбирайте, сэр, - надменно выдал блондин.
- А с кем имею честь? - спросил испанец.
- Энджел Грэй, сэр. Ну, так что? Я жду, - все в такой же манере говорил Энджел.
- Озвучьте оба варианта, пожалуйста, - издевался Лоренсо.
Помощник Николь как будто не замечал издевки и продолжал:
- Если вы сами отпускаете рабов, мы вас не тронем, если нет, то Вы, сэр, потеряете и рабов, и команду, и корабль.
Испанец усмехнулся:
- Ну, во-первых, откуда вы знаете, что мы перевозим рабов, во-вторых, даже если бы я хотел их отпустить, то как я это сделаю посреди океана? Прикажете утопить их?
- То, что вы везёте рабов, сомнений нет, в Африку только за ними и плавают. А как их отпустить... Ну, это я Вам подскажу, - ухмылялся Энджел.
- Да что Вы разговариваете с ним, капитан? - подавшись вперёд, крикнул один из головорезов Энрике.
- Тихо там, на своём корабле я делаю то, что считаю нужным, - взбесился Лоренсо.
- У нас нет времени на разговоры, - крикнул второй и направил пистолет на Энджела.
Раздался выстрел, пуля только поцарапала плечо мужчины, он посмотрел на рану и сказал:
- Ей Богу, я хотел как лучше, но вы сами напросились.
И команда Энджела ринулась в бой. Все трое головорезов были убиты саблями, оставшаяся команда сдалась практически без боя, но не Лоренсо. Тот с Энджелом один на один мерились силами на саблях. А так как испанец перенёс травму в виде вывиха, то стал сдавать позиции. Он ещё полностью не восстановился, а тут пришлось сражаться с сильным противником.
- Извините, капитан, но Вы сами сделали свой выбор, - победоносно сообщил Энджел. - Взять его на наш корабль и привязать к мачте.
Двое подняли Лоренсо и отправились с ним на шлюпке на шхуну Николь.
- Тристан, ты возьмёшь управление этим кораблем и его командой и отправишь рабов назад в Африку, затем приведешь судно в наши доки. И там же я разберусь с его командой. Для своей же безопасности не открывай трюм, пока не достигнешь берега. Ну, а с командой ты знаешь, как себя вести. Удачи, я доверяю тебе, - подмигнул Энджел одному из своих помощников.
Вернувшись на свой корабль, он подошёл к Лоренсо.
- М-да, не думал, что такой массивный человек, как ты, проиграет мне.
- Не обольщайся, птенчик, когда я оправлюсь после травмы, я покажу тебе на что способен, - нагло улыбнулся испанец.
- Отлично, я запомнил это. А теперь с тобой будет говорить наш капитан, - спокойно сказал Энджел.
- Какой ещё капитан? Я думал, что ты и есть капитан, - удивлённо спросил Лоренсо.
- Капитан Андерсон. И не дай Бог ты что-то вякнешь нашему капитану, я собственными руками тебя придушу. Имей в виду, я буду рядом. - Во взгляде помощника читалась агрессия и забота.
«Это что ж там за капитан такой, что помощник так печется о нем, как о какой-нибудь возлюбленной?» - думал Лоренсо.
Он стоял, привязанный к мачте за руки за его спиной, опустив голову. Послышались шаги, но испанец даже не посмотрел туда, откуда раздавался звук шагов. И только, когда перед ним встал человек в начищенных чёрных сапогах, он медленно начал поднимать голову, скользя взглядом по телу капитана. Ноги и туловище ему показались слишком худыми, он даже удивился, что такой щуплый мужчина стал капером да ещё капитаном. Поднимая голову выше, он задержал свой взгляд на шее. «Хм, да у него просто женская шея. Боже, где они нашли его? Он ещё и ростом-то не вышел, едва до моего плеча достаёт». Лоренсо все больше хотелось рассмеяться. Но когда он заглянул в серые глаза человека напротив, желание засмеяться исчезло. Было что-то в этом взгляде такое, что он не мог объяснить, такое, что навсегда нарушило его покой.
- Неужели? Капитан - женщина? - не верил своим глазам мужчина, уже полностью рассматривая девушку.
- Позвольте представиться: Николь Андерсон. Вам объяснили причину нахождения здесь? - спросила Николь с металлическими нотками в голосе.
- Не очень чётко. Может, ты мне объяснишь, mi amor*? - нежным голосом спросил Лоренсо, не скрывая похоти во взгляде.
- Заткнись, ты! Я же предупредил тебя, - вмешался Энджел.
- Энджел, хватит. Я сама могу постоять за себя, - твёрдо сказала Николь.
- Ути, Господи, какие мы отважные, - издевался испанец.
- Можете издеваться сколько хотите, сеньор. Я не воспринимаю это на свой счёт. А то, что вы сделали с людьми из Африки, воспринимаю как личное оскорбление, - расхаживая в ярде от Лоренсо, говорила девушка. - Вы будете наказаны за это.
- Интересно, кем? - ухмыльнулся он. - Уж не тобой ли, mi amor? Тогда я готов заплатить сполна.
- К сожалению или к счастью, Вами займутся англичане.
- Не имеете права, я испанец, и работорговля законна и у нас, и у вас, - спокойно отвечал Лоренсо.
- Я знаю, но ответ Вы будете держать не перед официальными органами.
- Это самосуд, и ты знаешь сама это, девочка.
Энджел еле сдерживался, чтобы не набить рожу этому наглому испашке. Николь видела, как он несколько раз сжимал кулаки и знаками останавливала его. Лоренсо заметил их контакт и подумал, что у этих двоих какая-то связь, но пока он не мог понять: какая именно.
- Доплывем до Ямайки и посмотрим, что будем делать с тобой, - наконец, вынесла вердикт Николь после нескольких секунд раздумий.
- Тогда это путешествие обещает быть приятным, mi amor, - улыбнулся Лоренсо.
- Размечтался, - рявкнул Энджел, - ты к ней и на ярд больше не подойдешь.
- Позволь решать своему капитану, блондинчик, - вальяжно ответил испанец.
- Закрой рот, иначе я сам тебе его заткну, - ещё больше злился помощник.
- Энджел, хватит, разве ты не видишь, что он специально тебя провоцирует? Это же испанец, - вмешалась Николь, которая уже стояла рядом со своим другом.
- А ты не видишь, что он обращается с тобой, как с уличной девкой? - возмущенно спросил он.
- Вижу, но я себя такой не считаю, поэтому не реагирую, - спокойно ответила она.
- Что с ним делать сейчас? В трюм посадить, как он с рабами это сделал? - ухмыляясь, спросил Энджел.
- Подожди, мне нужно с ним поговорить, отведи его в мою каюту, я позже подойду.
- Ты с ума сошла? С ним наедине я тебя не оставлю, особенно, после того случая, - покраснел от возмущения молодой человек.
- Энджел, хватит. Я могу постоять за себя, тем более он один. Если хочешь, привяжи его к стулу, - не менее возмущенно отвечала девушка.
- Эй, милые господа, я все ещё здесь, - напомнил о своём присутствии Лоренсо.
- Тебя никто не спрашивал, - со злостью ответил Энджел и нехотя подошёл к испанцу, чтобы отвязать его от мачты и отвести в каюту Николь.
* Моя любовь (исп.)