🌆Глава 7🌆
Питер еле-еле приоткрыл глаза и тут же сощурился. Яркий солнечный свет из панорамного окна разливался по просторной комнате. По незаправленной кровати, по стенам, потолку, по двум мирно спящим телам на смятой простыни скакали солнечные зайчики и отблески начала нового дня. Становилось так ярко и чрезмерно светло.
-Что, уже утро? Опять? - недовольно щурится тонкая фигура, когда прямо в глаза попадает шаловливый луч.
Юношеская рука под недовольное бурчание натягивает край одеяла на голову, скрывая ржаные кудри.
-Пит, вставать надо... - такой же сонный голос раздаётся в тишине.
-Не хочу. - ноет тонкий голосок.
-Вставай, проспишь же. - не унимается другой. Большая ладонь пихает паренька в бок.
-Между прочим, ты тоже. - одеяло приподнимается, под ним кто-то мотает головой в знак протеста.
-Тебе в школу нужно. Опоздаешь скоро. - констатирует голос. Вообще, Питер послал бы эту школу на все четыре стороны.
-Ну и хуй с ней. - зевая, отвечает мальчишка.
-Пи-итер... - тянет мужчина, приподнимаясь на кровати. Трёт заспанные глаза и поворачивает голову налево. Паркер спит на животе, закрыв голову одеялом и согнув ноги в коленках. Кисть правой руки свешивается с матраса.
-Малыш. Эй! - тормошит старший мальчика за бедро, щекочет пальцами, лезет вверх к ягодицам, похлопывает по молочной коже через ткань боксеров. - Проснись и пой!
-Заткнись и спи! - одергивает ногу Пит, готовый провалиться в сон.
-Ах вот значит как, да? - шуточно злится Старк, театрально сводит брови, а после аккуратно встаёт с кровати и куда-то уходит.
"Даже поспать нормально не дадут" - думает Паркер и переворачивается на спину, вновь роняя голову на подушку. Россыпи кудрявых волос переливаются блеском на белом постельном белье.
Через минуту слышатся тихие шаги, словно кто-то крадётся. Но мальчишка не придаёт этому внимания - он все ещё в полудреме, с закрытыми глазами и слегка приоткрытым ртом.
Старк аккуратно проходит, стараясь не капать на пол твёрдыми холодными кусочками льда, ведь у самого пальцы дрожат от нетерпения. Он в шаге от того, чтобы хитро рассмеяться.
Ничего не подозревающий Паркер распластался на простынях и лёг крайне удачно. Он чувствует, как над ним нависает что-то большое, заслоняя солнечный свет. Потом почему то резинка трусов отходит от тела, а к коже прислоняется что-то скользкое и ледяное. От соприкосновения с непонятной субстанцией парень дёргается и широко открывает глаза. И вот тут льдинки проскальзывают к самому, так сказать, ценному. Питер взвизгивает и красиво, словно в замедленной съёмке падает с кровати, пытаясь предпринять тщетные попытки достать льдинки, а потом срывается и несётся в ванную под собственный благой мат.
А что Старк? А Старк ржёт, как шаловливый подросток. Подумать только! Уж Питер никак не ожидал, что мужчина додумается до такого.
Мальчишка влетает в ванную, даже не успевая захлопнуть дверь, с визгом "Я ненавижу тебя, Энтони Старк!" выворачивает кран душа на полную. Впопыхах стягивает боксеры и стряхивает серую ткань, которая от растаявшего льда потемнела. На дно ванны со звоном выпадают прозрачные кусочки. Дождавшись, пока тёплая вода не брызнет из душа, брюнет запрыгивает под струи и облегчённо выдыхает, когда тепло согревает кожу.
В дверном проёме появляется Тони, который никак не может успокоиться и продолжает смеяться, отчего на глазах выступили слёзинки.
-Ох, видел бы ты себя! Это было так смешно! Ты так визжал, как девчонка.
Питер цокает языком и отворачивается, бросая быстрое:
-Дверь закрой.
Старк кое-как успокаивается и подходит ближе.
-Эй, не дуйся.
-Отстань, - одергивает юноша плечо от прикосновения.
Тони в ответ лезет вперёд, и перебрасывает ногу через край ванны.
-А ну-ка иди сюда, моё паукообразное. - улыбается он и залазит полностью, стягивая свои боксеры ладонью.
-Что, опять что-нибудь притащил? Мне стоит готовиться к чему-нибудь идиотскому? - саркастично спрашивает юноша, поворачиваясь к мужчине.
-Клянусь, в этот раз ничего такого. - старший выставляет ладони вперёд и даже вертит их, мол, никакого подвоха. - ну прости. Мне же надо было тебя как-то поднять, если бы ты сразу проснулся, мне не пришлось бы прибегать к этому, кстати, действенному способу. - усмехнулся Тони.
-Даже не думай о том, чтобы это повторять. - Паркер вновь подставляет грудь и живот под горячую воду.
-Ладно, ладно, уговорил. - кивнул мужчина и подвинулся ближе. Большие ладони легли на талию подростка, горячие губы прижались к плечу в коротком поцелуе. - позволь мне позаботиться о тебе, Питти. - прошептал он, когда пальцы уже крепко сжимали податливые мягкие бока. Младший кивнул и расслабился.
Последний стоял к мужчине спиной, когда звук падающей воды и характерный "клик", как звук открывающейся бутылки шампуня раздались за спиной. Запахло мятой и шоколадом, а старший выдавил на ладонь густую бежевую массу, а после дотронулся этой же рукой до макушки Питера. Моментально по телу пробежал табун мурашек. Паучок расслабился и позволил Тони лёгкими движениями вспенивать шампунь.
Мужчина мыл голову мальчишки бережно, но тщательно, проходя подушечками пальцев по каждому сантиметру головы, везде - за ушами, на висках, макушке, на загривке. Мягкий шоколадный аромат расходился по комнате, дурманя разум.
Подросток был в трансе, но ничуть не смущен, когда мужчина приказал тому стать под горячий поток воды, чтобы смыть шампунь, и аналогичный звук, как и несколько минут назад - должно быть, это был кондиционер для волос.
-Обопрись руками о стенку, куколка, - мягко сказал мужчина, кладя одну из своих рук на ягодицу мальчика. Питер улыбнулся, поворачиваясь назад, чтобы посмотреть на восхитительное тело мужчины, по которому стекали капли воды, потому что точно знал, что обычно следует за такими полупросьбами-полуприказами, и послушно дотронулся ладонями до кафеля.
-Прогни поясницу для меня, вот так, малыш, - ласково проворковал старший и положил ладонь на поясницу, проходясь с нажимом по косточкам скелета. - ты ведь знаешь, папочка не сделает тебе плохо, тебе нечего бояться, пока ты в моих руках, да, детка?
-Да, знаю. - кивнул Питер, опуская голову и прогибаясь старательно, сильно, как кот.
Паркер прикусил губу, когда почувствовал что-то липкое и скользкое возле отверстия, а потом в него аккуратно вошёл палец по первую фалангу, а после на всю длину. Старк двигался очень медленно, но вскоре добавил второй палец.
-Черт, малыш, ты такой узкий, - промычал Тони куда-то в ухо подростку, наслаждаясь ощущением, как податливые твёрдые мышцы сжимали его пальцы в кольцо. Он в трудом разводил их, растягивая своего мальчика. - постарайся расслабиться, ладно?
Брюнет удовлетворенно улыбнулся, когда почувствовал, что стенки начали поддаваться и пальцы смогли проникнуть глубже. Похоже, он что-то искал и, кажется, нашёл. Питер начал издавать крайне пошлые звуки, похожие на урчание и скулеж.
-Я знаю, что тебе нравится, Питти. Чувствовать мои пальцы внутри себя, я знаю. Подтверди это для папочки. - подушечки иногда надавливали на простату, посылая в мозг младшего волны удовольствия.
-Мхм... - слабо согласился последний, сводя брови и выгибаясь ещё сильнее, стараясь найти более правильный угол проникновения, начиная самостоятельно насаживаться на чужие пальцы, потому что хотелось гораздо большего.
-Используй слова, куколка, иначе это все прекратится, - голос зазвучал угрожающе, и Питер захныкал - говорить сейчас казалось чем-то на грани невозможного.
-Ах, да-а, папочка, очень нравится... - пальцы, которыми он упирался в стенку, предательски задрожали. Тогда Тони стал двигаться быстрее, набирая темп, буквально трахая мальчика пальцами, и засасывать кожу на лопатках последнего. Когда тот решил, что сможет кончить, уже находясь на грани возбуждения, движения вновь прекратились.
-Ну же, То-они, я хочу кончить, пожалуйста. - жалостливо просипел он, его бедра подались вперёд. Тогда Старк смачно шлепнул младшего по ягодице.
-Тогда тебе придётся попросить меня об этом. Ты же знаешь, только вежливые малыши этого заслуживают.
Питер едва не закатил глаза, это было издевательством, не иначе. В любом случае у него не было выбора:
-Пожа-алуйста... - его голос звучал тихо, но Тони все ещё мог слышать его.
-«Пожалуйста» что? Питти, не заставляй меня объяснять тебе настолько простые вещи! Давай же, ты умный мальчик.
-Пожалуйста, папочка, разреши мне кончить. Я ведь был хорошим, да? Пожалуйста... - как только фраза сорвалась с его губ, мужчина издал гортанный стон и возобновил движения, ускоряя их. Горячая вода только усиливала ощущения, и от неё кожа становилась похожа на алый бархат. Это было невозможным, все эти укусы и метки от губ Тони, его грязные, до ужаса пошлые слова и, мальчик клянётся, хотел бы попробовать все, о чем шептал ему старший.
-Черт, да, - простонал брюнет на ухо подростка, и тот излился на стенку ванной комнаты в немом крике, последний раз толкнувшись на смелые пальцы.
Его тело забилось в судорогах, и ноги подкосились. Старк аккуратно схватил его, чтобы тот не упал на дно ванны.
Тони тут же выключил воду, вынося парня из душа, который обвил его ногами и руками, как детёныш коалы. Он посадил его на столешницу около раковины, чтобы вытереть с него всю влагу.
Огромное махровое полотенце приятно ощущалось на волосах и теле: это напоминало о чём-то из детства. Кажется, так делали его родители, когда Питер был совсем маленьким. Мэй тоже вытирала его волосы когда-то, потому что мальчик ещё был слишком маленьким, чтобы сделать это хорошо. Мысли о ней заставили парня отпихнуть Тони от себя - он тут же протянул руки, чтобы мужчина, застывший от удивления, обнял его.
-Ох, куколка, - мужчина тут же притянул его к себе, поцеловав всё ещё влажную макушку.
Питер, заботливо и очень тщательно вымытый старшим, вернулся в комнату.
-Наверное, я уже опаздываю... - совсем равнодушным тоном изрёк мальчик и потянулся рукой к телефону.
-Ради такого не грех и опоздать. - ответил Старк, вытирая свои волосы и выходя из ванны.
Питер взглянул на экран. На дисплее блокировки высветилось время, дата и день недели. Белое маленькое облачко чуть выше извещало, что прогноз погоды обещает тепло и отсутствие осадков.
-Ну То-они! - раздраженно воскликнул подросток и недовольно цокнул языком. - ты в курсе, что сегодня суббота? - и потряс телефоном перед лицом миллиардера. - Мне не нужно в школу! Мог бы и не будить с утра пораньше. - от возмущения брюнет плюхнулся на матрас так, что последний прямо скрипнул. Паркер закинул ноги и перекатился на центр кровати, попутно закутываясь в одеяло и образуя "гусеницу".
-Эй, президент соединённых штатов истерики, хватит ныть. - мужчина отложил полотенце и залез на матрас следом за мальчиком. - не будь нытиком. А то защекочу!
-Не надо, я боюсь щекотки, - уже с улыбкой на лице ответил мальчик, высовывая нос из кокона, в который свернулся.
-Тогда вылезай оттуда и пойдём завтракать, - филантроп похлопал по одеялу рукой, и уже через несколько мгновений Питер выскользнул из-под него.
Через полчаса Питер, стоя у шкафа и выбирая подходящую одежду, опять без умолку болтал. Старший слушал, поражался способности брюнета настолько много говорить и вновь слушал, лишь изредка бросая короткие "Да", "Возможно", "Хм".
-Чем займёмся сегодня? Надеюсь, ты не уедешь на работу? Давай проведём хоть денёк вместе, ну пожалуйста, - Питер, натягивая одежду, кокетничал перед Старком. - мы можем поиграть в гольф, или посмотреть фильм, или заказать много-много сырной пиццы, или пойти по магазинам. Давай покатаемся на твоей тачке! - без умолку болтал он, просовывая ногу в штанину.
-Ты собираешься куда-то идти в этом? - скептично осмотрел Тони чёрные джинсы с дырками и затяжками на коленях, которые уже застегивал мальчишка.
-Ну... Да. Они мои любимые, мне в них удобно. - пожал плечами подросток, смотрясь в зеркало.
-Ох, Питер, поверить не могу. У меня столько денег, а ты ходишь в каком-то старом рванье! Сколько лет этой тряпке? Может, миллион? Хотя нет, я наверняка преувеличиваю, около тысячи. Я прав? - саркастично покрутил он Паркера перед собой, оглядывая черную ткань, которая, кстати, довольно неплохо сидела на бедрах.
-Нет-нет, даже не проси. - моментально отказался Паркер, помотав головой, - они мои любимые и я ни за что их не сниму. - с этими словами он просунул руки в задние карманы и повернулся к зеркалу боком.
-А если, чисто гипотетически, я захочу их с тебя снять, м, Питти? - Питер почувствовал горячее дыхание на загривке. Тони наклонился, поскольку Питер был несколько ниже старшего.
Признаться, Тони до одури нравился этот предмет гардероба, как и то, с какой лёгкой неряшливостью и безмерной сексуальностью он сидел на ногах мальчика. Как красиво прорези на коленях манили белой выступающей на обозрение кожей и открытыми лодыжками. Мужчина подвисает, когда думает о том, что хочет засунуть в них свои пальцы, трогая тёплую кожу. Чёрные швы шершавой ткани проходили от поясницы по бедрам и голеням вниз.
-Даже и не мечтай, Старк, - дразняще улыбнулся мальчик и закусил губу. - Ну, может, вечером. Я подумаю над этим. - подросток метнул хитрый взгляд на филантропа и закусил губу, совершенно ненароком, случайно. А мордочка такая шкодливая-шкодливая, глаза озорные. Питер чувствовал, как буквально каждая клеточка тела улыбается. А Тони улыбался в ответ. Было в этом что-то такое родное, интимное... Самые счастливые моменты их жизни.
Сейчас ситуация напоминала классический американский романтический фильм девяностых про кокетливую хитрую студентку, открыто флиртующую с кем попало. Конечно, от этого ситуация становилась не менее комичной и такой домашней, уютной.
-Ну так, что мы будем делать сегодня? - казалось, уже в тысячный раз спросил Паркер. Поверх пресса появилась свободная футболка в черно-белую клетку с открытым горлом и броской надписью «Aspire to inspire». Подросток механически уже пустил руку в волосы, зачесывая назад.
-Что угодно. Главное вместе, - охотно отозвался Старк, приобнимая юношу за талию, пока они не вышли из комнаты.
---
Оказалось, что половина команды уже разбежалась, словно муравьи, по своим делам, в то время как двое только неторопливо спустились в общую гостиную.
Лениво восседающий на диване Клинт крутил в руке взявшиеся непонятно откуда барабанные палочки. Слева сидела Наташа, по привычке закинув одну ногу на край тумбы, а другую положив на бедро первой, образуя замок. В руках дымилась чашка с кофе. Тут же был и Стив: разместившись в кресле и сложив ноги по-турецки, наблюдал за происходящим, лениво хмурясь, как кот. Его глаза бежали по столу, потом взгляд переходил на яркие волосы русской. За её силуэтом глаза сталкивались со светом солнца в окне. Тогда Роджерс смешно щурился и отводил взгляд вновь на стол, и дальше, как и прежде.
На плазменном телевизоре фоном звучал фильм. Иногда раздавался звук разбитого стекла и рушащихся стен - очередной триллер про зомбиапокалипсис.
-Вы сегодня что-то рано. - заметил Бартон, кого Нат за глаза прозвала мистером пунктуальностью.
-Чрезмерная наблюдательность вредит, не находишь? - с издевательским тоном ответил Старк, мол, колкость принял, но совершенно не собирался сдавать позиции. Они мерялись в нраве, цеплялись взглядами, будто два настороженных пса следили друг за другом.
Такое происходило частенько. Вообще, это было в шутку. Конечно, они все дружили, крепко и неподдельно, вместе пили кофе, вместе смотрели регби и, разумеется, вместе спасали мир. Но иногда как будто специально то Старк, то Бартон цепляли друг друга, подкалывали. А Нат была тут как тут - она любила наблюдать за этим, постоянно садилась рядом и хихикала от каждой остроты, пущенной в сторону соперника. Литературные гладиаторы, как в древнем Риме, только прямо здесь и прямо сейчас.
-Наблюдательность оценивает женский пол. - с самодовольной улыбкой ответил стрелок. В глазах играл огонь. Барабанные палочки меж пальцев иногда постукивали друг о друга: "тук-тук", "тук-тук".
-О, так значит, это все во имя любви? - Тони уселся рядом в кресло и взял с пиалы печенье. - гордый индюк. - хмыкнул он, словно отрезал.
-Он самый. - нарочисто покладисто отметил Клинт. Дальше они замолчали.
К уху Романофф немного наклонился Стив. Та качнула головой в его сторону.
-Почему у Питера порваны джинсы? - с детской наивностью спросил он и нахмурился. Несмотря на все попытки рыжей познакомить бывшего бруклинского мальчишку с современной модой, Стив порой задавал невероятно глупые вопросы. - неужели нельзя купить новые или, в конце концов, отнести эти в ремонт. Думаю, в них ужасно неудобно. - дополнил он.
-На коленях перед Старком много ползал, вот дырки и протёр. - саркастично ответила та, облизывая ложку от кофе, на которой были остатки коричневой пенки. Клинт, услывшавший её ответ, прыснул в кулак, усиленно делая вид, что закашлялся, а не смеётся вовсе.
Тони пропустил острое высказывание мимо ушей. Ну, или сделал вид.
---
День был проведён чудесно. Совершенно счастливый Питер вдоволь наелся мороженого и попкорна, успел повизжать на аттракционах. В баскетболе он даже обыграл мужчину.
-Молодец, чувачок-паучок! - одобрительно обнял его Тони и чмокнул в губы. - хочешь пиццу?
-Даа! - обрадовался мальчик и запрыгал вокруг старшего.
После они были в кино. Последний ряд, места для поцелуев, хоть Старк и не счёл бы фильм про серийного маньяка, заставляющего жертв играть в ужасные игры на выживание романтичным. И все же, в этом определённо была какая-то искра.
И, тем не менее, даже сейчас, после дня, полного впечатлений, Питер сидел среди всех в общей гостиной и всем своим видом выражал стопроцентное счастье. От этого в душе Тони расцветали яркие бутоны воспоминаний, а на лице - улыбка.
Старк опускает быстрый взгляд на колени мальчика. Белая кожа. Подтянутые бедра. Стройные голени. Гипноз, не иначе, и миллиардер как завороженный пялится ещё минуту, не волнуясь за то, что хищный взгляд могут заметить.
Питер - хитрый засранец. Это уже однозначно является одним из правил башни. Правило, которое знает только Старк и о котором догадывается Питер. Специально садится так, чтобы его можно было съесть взглядом с головы до пят.
- Паркер, попробуй! - зовёт Клинт, и Тони оборачивается, отрывая глаза от чужих коленок. Бартон сделал какой-то коктейль и демонстративно уложил сверху листики мяты, когда все на него обернулись.
- Не спаивай мне ребёнка, - в шутку возмущается Нат.
"Господи, ребёнка", - думает филантроп, качая головой и прикрывая глаза рукой.
- Мне уже можно! - выдаёт Питер, довольно улыбаясь и радуясь тому факту, что он взрослый и ему, мать вашу, уже наливают.
"Господи, уже можно!" - ещё более отчаянно думает Тони. Что себе позволяет этот подросток?
Дальше Паркеру лень обходить диван, на котором устроился сам мужчина и Нат, он намеревается забрать свой восхитительный алкогольный коктейль через спинку дивана.
"О нет", - думает Тони, видя надвигающегося Питера.
- О нет, - успевает пробормотать он, когда Питер ставит колено в недопустимой близости от его ног и хочет потянуться к Клинту. Диваны в гостиной Старка хорошие, удобные. И Питер об этом стопроцентно помнит, когда его колено тонет в мягких диванных подушках.
- Ой, - смеётся он, заваливаясь набок и хватая миллиардера за плечи, чтобы не упасть. Смотрит хитро, успевая даже извернуться, чтобы его словил именно Тони, а не Нат. Тот ловит его одной рукой за бедро, второй - за предплечье, больше инстинктивно, чем умышленно. Умышленно сегодня работает только засранец Паркер. Который только смеётся, мол, ха-ха, я такой неловкий, как смешно, вот умора, умереть со смеху можно.
Тот всё-таки тянется через спинку дивана и забирает свой бокал. Он не возвращается в своё кресло, а садится между ними с Наташей, складывая ноги по-турецки и втягивая через трубочку коктейль.
Кресло, на котором сидел Питер, занимает Ванда. Она со своими мозговыми штуками-дрюками тоже в курсе, хотя она в курсе всего бытия и всех тайн, ведь легко может пролезть любому в голову, а этот любой и не заметит. Но то, что она села именно туда, как бы подтверждает то, что она на их стороне. Она даже ненароком подмигивает Питеру, а последний - ей. Теперь, если Тони положит руку на колено Паркера, никто не увидит сбоку из-за Наташи, и никто посторонний не сядет напротив из-за Ванды. Остальные пути обзора закрывают спинка дивана и сам Старк.
- Зачетно! - говорит Питер, пока мужчина двумя пальцами поглаживает его колено, пока ещё не забираясь под прорезь джинс.
- А то! - восклицает Клинт. - Я назвал его Спайдеркири, специально для тебя.
Всем смешно, Наташа мило хихикает и переводит глаза на Стива. А Роджерс шутки не понял, и судя по лицу сидящего рядом Баки - он тоже. Ох уж это поколение игрек.
Делегация медленно расходится. У Тони в голове уже тысяча и один способ, как можно трахнуть Паркера, не снимая с него эти чёртовы черные джинсы. Питер под боком нагревается, как паяльник. Это говорит филантропу намного больше, чем мог бы сказать стояк, к примеру. Потому что так из Питера вырывается его возбуждение и нетерпение. Он ёрзает, вертится и задевает локтями рёбра старшего, Наташи тоже, скорее всего, пиздит с явно заинтересованной Вандой о каких-то новых фильмах, как обычно, сверх меры, и если бы Тони не чувствовал, как кожа Питера горит, а яремная вена бьётся как припадочная, то можно было бы сказать, что пацан в своём обычном агрегатном состоянии.
Ванда тянет Питера в свою комнату, всем сердцем желая показать постер нового сериала с Финном Уиттроком в главной роли, мальчик охотно соглашается и они быстро убегают из гостиной. Уходят и Наташа с Клинтом, в свою комнату расходится Стив, и только Барнс, кидая равнодушный взгляд, остаётся сидеть и смотреть плазму.
Тони тоже решает, что делать ему тут абсолютно нечего.
Он встаёт, коротко переглядывается с ним и уходит. Недалеко уходит. В пустую очередную общую гостиную этажом ниже, потому что иметь на старковской штаб-квартире Мстителей всего лишь одну общую гостиную - это непозволительное упущение.
Тони включает только подсветку на баре и ждет за столом Питера, который, скорее всего, должен обсудить всякие подростковые дела с Вандой, чтобы не казаться подозрительным хотетелем свалить побыстрее. Старк даже не успевает погрузиться в свою «тысяча и одну», как появляется Паркер. Быстро он, неужели сплетен для обсуждения не нашлось?
-Сослался на домашку в школе, - говорит он и запрыгивает задницей на стол настолько изящно и плавно, что Тони вообще не замечает, как тот оказывается рядом с ним.
-Ты шутишь, - даже не спрашивает старший и смотрит на колени.
-А что мне оставалось? Я не мог уже терпеть. Так хотел к тебе...
Он говорит и говорит, словоизвержение в привычном его проявлении, но что более важно... Питер запрокидывает одну ногу и перебрасывает её через голову Тони. Теперь эти колени с обеих сторон от него.
Эти. Блядские. Колени.
- Ты так смотрел на меня и на мои ноги, ты весь в них, в этих дырках, черт...
Старк ведёт ладонями по этим бёдрам. Кожа тёплая, ткань шершавая, пальцы сами застревают в дырках, тех, что над коленями. Охуительно, как и предполагал миллиардер. Он сжимает его бёдра с пальцами в прорезях, чертовы джинсы, мать их, чтоб их...
- Знал, что тебе понравится... Шепот сливается с шумом в голове, филантроп наклоняется и жмётся губами к коже на бёдрах, кусает, оставляет следы, сжимает в кулаке ткань, которая хрустит и рвётся ещё больше. К черту эти штаны, детка, ты их больше никогда не наденешь.
- Ты знаешь много способов, как трахнуть меня, не снимая эти джинсы? - Тони замирает, когда чувствует юркие пальцы в своих волосах. Он вскидывает взгляд и смотрит на Питера голодно и мутно, блять, какой же он охренительный, и дело не только в ногах. Пальцы всё ещё в прорезях, правая рука поглаживает большим пальцем шов на внутренней стороне бедра.
Но всё же.
- Я знаю ещё больше.
Больше никаких Спайдеркири. Они целуются как бешеные. Питер постоянно мычит и стонет в поцелуй. Иногда Тони кажется, что если тот не задействует свои голосовые связки в течение тридцати секунд, то Земля всосётся в черную дыру, к примеру, или ещё чего хуже.
Питер хочет быть ближе, но руки на бёдрах не дают ему даже сдвинуться со стола. Тони хочет быть глубже, но такую роскошь он может позволить пока только своему языку. Какого вообще дьявола?
Питер откидывается назад с громким выдохом и тянет вверх через плечи клетчатую футболку, но не откидывает, а просто подкладывает под спину, и он тянется к футболке старшего, не пытается снять её, как нормальный человек, просто тянет её за ворот, хватается за ткань, куда способен дотянуться, и тянет на себя.
- Сними, сними, сними её, господи боже...
- Боже, - выдыхает Старк и сам снимает её, приходится убрать руки с бёдер. Возвращает он их всё равно на ширинку треклятых джинс. Справляется на ура, дёргает вниз молнию и зависает на несколько секунд, давится собственным дыханием, понимает, что Питер молчит, и сам Тони боится предположить, какой пиздец увидит, когда поднимет глаза на лицо пацана.
А лицо действительно пиздец. Миллиардер словно в замедленной съёмке видит, как рот Паркера растягивается в совершенно... безнравственной улыбке, вот именно такой. Это джинсы блядские, а рот Питера безнравственный и нечестивый, пошлый и развратный.
Как и весь Питер. Как и весь Питер-я-без-нижнего-белья-Паркер.
И он молчит. Он молчит, потому что засранец и потому что действительно хочет словить как можно больше кайфа, наслаждаясь тупой реакцией Тони на свою похабную выходку. Малыш, это грязно.
Хорошие мальчики не носят рваные джинсы и, наверняка, хорошие мальчики не ходят без нижнего белья, верно? За такое папочка и наказать может.
- Блять, - снова выдыхает Тони и тянет штаны за шлевки вниз, - подними задницу.
Питер хохочет, а старший стаскивает с него штаны ровно до тех пор, пока молния на ширинке не перестаёт врезаться в мошонку, не из приятных ощущения, наверное.
У Питера стоит на твёрдую пятёрку, пятёрку с плюсом, головка скользит по подтянутому животу и мажет мокрым следом смазки. Старк падает в этот след губами, слизывает его, задевает губами головку, спускается ниже и оставляет засос там, где низ живота переходит в пах. Питер если и хотел что-то сказать - просто захлёбывается скулежом.
Он выбритый и гладкий. Мужчина всё ещё целует где-то там, где обычно не целуют, оставляет засосы на сгибе бедра, кусает основание члена, лижет мошонку и не даёт Питеру коснуться себя. Тот пытается развести ноги шире, но джинсы мешают ему это сделать. Тони страдал целый день с самого утра, просто наблюдая за Питером в этих штанах, так что он совершенно заслуженно издевается над ним.
-Папочка, - шепчет Питер и снова зарывается ладошкой в его волосы, поглаживая пальчиками затылок.
Питер делает такое лицо, как будто собирается заплакать, а ещё через пару секунд начинает издавать звук сломанного электрокардиографа.
- Не-а, - качает головой Тони и снова целует Питера в губы, сминает их своими, кусает, втягивает в свой рот, снова кусает и посасывает, а когда отрывается, рот Паркера мокрый, красный и совершенно невозможный.
- Да, я тебя обожаю, - тяжело говорит Питер этим самым мокрым ртом, - но если ты сейчас меня не выебешь, я займусь этим самостоятельно и тебе не покажу.
- Ты не посмеешь, - усмехается Старк, нарочно резко меняя взгляд с горячего на холодный, будто рассерженный, - и где ты таких слов понабрался?
Питер закатывает глаза и снова откидывается назад. Ногу через Тони уже не перекинешь, ему приходится сводить их, отодвигаясь и заваливаясь назад, чтобы встать на коленки и задрать задницу. Миллиардер всё ещё сидит на стуле и поэтому промежность Питера находится примерно на уровне его лба. За эстетику пять с плюсом, за практичность - ноль.
-Черт, ну растяни меня, прошу-прошу-прошу, - просит Питер, потираясь щекой о столешницу.
- Ты такой похотливый засранец, просто кошмар, - почти без сарказма и почти нравоучительно говорит Тони и выуживает из кармана джинс тюбик смазки. Они оба знали, что вечеринка закончится тут, ладно?
Гель льётся на пальцы правой руки. Старший оттягивает его ягодицу и вводит средний палец. Нормально, это за джинсы. Питер выдыхает и негромко стонет, и Тони просто счастлив, что тот придерживается принципиальной позиции не сдерживаться в голосе.
- Вот так сразу? - приглушенно спрашивает он, пока тот наслаждается дрожью под руками, которая проходит по телу Питера. - Ты первый начал.
Питер расслабляется, и Тони достаёт палец, наблюдая, как моментально сжимается кольцо мышц.
- Эй, а ну верни!
- Кто так вообще просит? Ты ведь в курсе, как должны просить хорошие мальчики.
- Верни-верни-верни-верни-верни-верни-вер...
Питер задыхается в громком стоне, когда Тони возвращает два пальца.
На этот раз пальцы он не достаёт, как перестаёт встречать сопротивление. Питер податливый, тесный и жаждущий. Старк видит, что он начинает неторопливо надрачивать себе, и не останавливает его. Он размеренно трахает его двумя пальцами, растягивает и касается внутри простаты, отчего Питер крупно вздрагивает и стонет.
- Ещё, папочка, ещё, - просит он в сгиб своего локтя, и Тони ненавидит его за очередной грязный приёмчик. Ладно, у него есть свой.
- Ты дразнил меня весь день, детка, по-моему, вполне оправданно, - но так уж и быть, филантроп давит пальцами на простату. Паркер скулит. И это лучший звук на планете, по экспертному мнению Энтони Говарда Старка. Он давит твёрдыми пальцами на простату, трёт её, издевается как может, и, когда Питер крупно дрожит и жмурится, он вытаскивает пальцы по первую фалангу. Питеру нужно больше, он виляет бёдрами, пытается насадиться и нетерпеливо перебирает коленями.
Тони льёт больше геля в ложбинку между ягодицами. От холода капель Питер вздрагивает, а потом ещё больше прогибается и толкается навстречу пальцам. Старший наблюдает, как капля смазки катится к дырке Питера и его пальцам в ней. Он ловит её большим и размазывает, втирает в кольцо мышц, загоняет вовнутрь, вымазывает в ней свои пальцы.
Питер начинает бормотать что-то невразумительное, где много поминания господа, волшебных слов и междометий. Все эти сладкие «хннн», «мммм» и «хааа» действуют на Тони круче всякого афродизиака.
- Сейчас-сейчас, Питти, - говорит он и наклоняется к Паркеру. Он вводит третий палец одновременно с тем, как касается губами его поясницы. Старк ритмично трахает его пальцами и целует в выпирающие позвонки. Питер поддаётся, забывает все слова и кусает свои губы.
- Всё-всё-всё, - вскидывается мальчик настолько резко, что сам Тони подрывается и смотрит на него слегка ошалело. Он даже пальцами перестаёт двигать, - всё, я так больше не могу! Хочу твой член в себе, папочка, хочу тебя внутри себя.
Филантроп готов поспорить, что он хочет того же ещё больше. В джинсах теснее, чем в индийском метро в час-пик. Питер сам соскальзывает с его пальцев и заваливается на бок с подогнутыми коленями. Тони тут же падает глазами на эти колени. Красные пятна на коже вместе со следами от швов на прорезях. Это какой-то пиздец. Мужчина трогает его коленки правой рукой, проводит пальцами по посиневшим следам от ткани и забирается пальцами под эти дырки. Паркер ждет, тяжело дышит и смотрит на руки из-под ресниц.
- Хэй, - негромко зовёт Питер, - Тони, посмотри на меня, - просит он, и старший переводит на него взгляд до того, как Питер заканчивает фразу. Они просто смотрят друг на друга, Питер едва-едва улыбается, другой думает о том, какой же он сейчас красивый и его, только его и ничей больше.
- Идём, - говорит он и сгребает Питера со стола, взваливая его на своё плечо. Тот даже не ойкает, довольно смеётся и пытается дотянуться руками до ремня и наощупь его расстегнуть. Ему это даже удаётся, когда они доходят до дивана. Очередного кожаного и топкого. Тони скидывает на него Питера, тот прикусывает нижнюю губу, улыбается и зазывающе смотрит снизу вверх.
- Давай, - мурлычет он, облизывает губы, и миллиардер просто поверить не может, что этот пацан в обычной жизни краснеет, когда кто-то ругается матом или пошло шутит. Старший усмехается, глядя в это довольное лицо. Ему остаётся только расстегнуть свою ширинку и снять штаны с трусами.
Питер хватает первую попавшуюся подушку и подкладывает себе под поясницу. Тони становится коленом на диван и складывает обе ноги Питера себе на плечо.
- Поцелуй меня, - просит Питер, тянется руками к Старку и, когда тот наклоняется, хватает его за шею и притягивает к себе. Они стукаются зубами, кажется у младшего на губах кровь, плевать. Они целуются, жадно и влажно. Питер мычит в поцелуй и кусается.
- Ммм, я чувствую тебя, - говорит он в губы, безумно улыбаясь. О да, Тони тоже чувствует, как его член лежит между ягодиц Паркера.
- Всё, - Питер почти грубо толкает его в плечи, чтобы тот отстранился, - трахни меня, пожалуйста. Будьте так любезны, мистер Старк, сэр.
- Ох, заткнись, куколка.
Старк упирается рукой в спинку дивана, а второй держит свой член у основания. Головка проталкивается без проблем, скользит вовнутрь так сладко, что мужчине хочется любоваться этим вечно. Питер протяжно стонет, запрокидывает руки и хватается за подлокотник дивана. Когда Тони входит целиком, он убирает руку со своего члена и перемещает её на ногу Питера, толкаясь пальцами под джинсовую ткань сквозь прорези. Питер утвердительно соглашается с действительностью, и каждое его «да» тянется и заканчивается звучным «ах». Тот с ним согласен.
С Питером каждый их раз как первый. То ли это из-за регенерации, то ли из-за того, что Паркер юный и ненасытный. Суть в том, что он узкий совершенно всегда. В нём тесно и жарко, даже огненно горячо, словно в жерле вулкана, и сколько бы раз Тони ни долбился в него, на следующий день Питер будет как чёртов совершенный девственник. И это сносит каждый грёбаный раз.
Он толкается в Паркера медленно и плавно, он берёт его нежно и чувственно. Он входит в него до упора и выходит до самого кончика головки. И каждый толчок сопровождается протяжным гудением Паркера. Он даёт ему почувствовать, он даёт ему то, что он хочет - всего себя, целиком и полностью. Детка, ты чувствуешь каждую вздутую вену на моём члене? Питер чувствует: его искусанные губы и рваное дыхание говорят за него.
- Быстрее, папочка. - просит он, сфокусировав взгляд.
- Рано, малыш, - отвечает Тони.
Действительно рано, наслаждение в его теле гуляет как яд, расходится по венам неторопливо и приторно. Он не хочет спускать в Паркера через пару минут долбёжки, он хочет испить его, он хочет выжать до капли его и самого себя. Ему сейчас так охренительно, что он будет тянуть этот момент до тех пор, пока не будет уже невмоготу.
Питер снова скулит и хнычет, только иногда добавляет к этому «как хорошо», и Тони немного диссонирует.
-Даа, - тянет Питер.
-Детка, - выдыхает филантроп.
И всё это похоже на безумие. Питер не тронет себя до тех пор, пока старший не станет втрахивать его в диван, как одержимый. Поэтому мужчина продолжает качаться в нем как волна, мягко и трепетно. Он склоняется к нему, меняя угол проникновения и не меняя темпа. Он целует Питера в ключицы, он целует его в шею, он несильно кусает его и оставляет алые засосы. Он впитывает губами его стоны и дыхание, он чувствует его сердце, он пьёт его жар.
- А сейчас можно быстрее? - в подтверждение своему вопросу Питер начинает агрессивно подаваться бёдрами навстречу, сбивая с темпа. Добивается он только того, что член Тони выскальзывает из него и, делая толчок, проходится головкой по мошонке. Старший утробно рычит. Он отталкивается рукой и принимает вертикальное положение.
- Давай разденем тебя, малыш, - говорит он, уже стягивая с него эти джинсы.
- А потом, надеюсь, трахнем?
- А сейчас я по-твоему чем тут занимался?
- Издевался членом.
-Я всего лишь был нежным, ведь у меня такой хрупкий мальчик...
Питер мотает ногами, чтобы быстрее скинуть со щиколоток штаны, брюнет пытается помочь, но Питер сам справляется с хаотичным успехом. Когда он наконец-то избавляется от штанов, то раскидывает свои ноги перед мужчиной и тянется пальцами к своей дырке. Он засовывает в себя два пальца и начинает быстро себя ими трахать, второй рукой он надрачивает себе и смотрит прямо на другого, приоткрыв свой вишнёвый рот. Какого черта он позволяет себе быть настолько грязным засранцем? Очевидно потому, что он чертов засранец.
- Хочешь в меня снова? - спрашивает он и раздвигает свои пальцы в себе, растягивая свою дырку для миллиардера. А тот не может отвести взгляд от припухших розовых краёв дырки и пальцев внутри. Черт, да, он так сильно хочет в него.
- Хочу, детка, - говорит он и не делает ровным счетом ничего, только наблюдает и водит пальцами по подтянутым бёдрам.
- Я весь для тебя, полностью, жаль только, что без подарочной упаковки, - говорит Питер и достаёт из себя пальцы, проведя ладошкой по своей промежности напоследок, - трахни меня, папочка. Трахните, мистер Старк.
Ладно, думает Тони. Он наваливается на Питера и целует его в очередной раз. Войти в него не составляет ни малейшего труда. Ему приходится найти точку опоры на своих локтях рядом с головой Питера и практически сложить его пополам. Тот удовлетворительно мычит и просит, просит, просит. Старший уже не в силах сопротивляться, он уже в той самой «невмоготе».
Звонкий звук шлепков расходится по всей гостиной вместе со стонами Питера. Тони втрахивает его в диван, как и хотел Питер, как хотели они оба. Он даже не пытается выходить из него достаточно сильно, наоборот, с каждым толчком он пытается быть всё глубже. Питер доволен положением вещей и себя и не забывает сообщить об этом, между или вместе со стонами. А то мало ли папочка не знает, как ему хорошо, и как он глубоко. Он без понятия, сколько это продолжается, вероятно, вечность, а может быть и несколько минут. Кайф во всяком случае неизмерим, Питер во всяком случае лучшее, что случалось в жизни Тони.
- Детка, как ты хорош, - уведомляет он, потому что Питер должен знать это именно сейчас, не потом, а именно в этот самый момент, когда его член внутри и постоянно проходится по простате. Никакой другой момент не будет сравним именно с этим. Питер настолько не здесь, что внятный ответ дать не может, а Старку и не нужно особо. Главное, чтобы Питер не останавливался. Главное, чтобы его кудрявая челка продолжала падать на его мокрый лоб в такт с толчками. Губы Питера дрожат, весь он дрожит и жмурится, поджимает пальцы на ногах и мёртвой хваткой держится за колено.
-Давай, Питти, сделай это для меня. Твой папочка будет очень горд тобой. - Тони шипит, практически не разжимая зубов, начиная втрахивать подростка с таким остервенением, что кажется, не пройдёт и пары секунд, и старший просто разорвёт его на части. Но Питер сам вгоняет напряженный член и задаёт нечеловеческий ритм своей задницей, скачет, как бешеный, выкрикивает что-то такое, значение чего миллиардер вряд ли хочет знать, но это определённо связано с его именем.
Паркер подаётся вперёд, до боли сжимая пальцы и впиваясь ногтями в кожу, вскрикивает и последний раз сжимает Тони в себе, после чего кончает на живот и резко распахивает глаза, слипшиеся от слез и пота.
Спустя несколько минут практически так же Тони кончает глубоко в Питера, а младший чувствует, как внутри течёт чужая, но уже успевшая стать родной сперма. Старк прислоняется своим лбом к потному лбу подростка, шепча о том, какой же Паркер замечательный малыш, самый лучший, вне любой конкуренции, а потом долго и отрывисто тягуче целует в губы.
-Боже, куколка, в тебе столько огня, что я бы смог трахаться с тобой до самой смерти. - тихо говорит он, сцеловывая слезы с пурпурных в этой неоновой подсветке комнаты щёк мальчика.
-Я был бы совершенно не против... - отзывается тот, и в этом голосе есть только тонна преданности и ничего больше.
-Ты порвал мои джинсы. - выдыхая, с сожалением произносит мальчик.
-Это было не специально и я искренне раскаиваюсь. Но должен признать, Питти, ты выглядел в них охуенно.
-Если будешь в каждом порыве страсти рвать мой шмот, я не позволю так кидаться на меня. - с улыбкой, почти без сарказма и почти нравоучительно говорит Питер, прижимаясь телом к груди старшего.
Но тот лишь легко щекочет по животу и быстро целует в губы. Они смеются, и Тони уверен, что ещё как позволит.
Я бы предложил
Секс со вкусом персиков,
Самый близкий к смерти,
В самых разных версиях...