ГЛАВА 18
Пока я поднималась на второй этаж, на меня чуть дважды не пролили спиртное, и трижды я чуть не упала. Я уже успела выпить три стакана водки с соком. И скажу честно — это было очень вкусно. В гостевой комнате играли в «правду или действие», и я решила присоединиться.
В кругу из шести человек я знала только двоих: Итана и Кевина, парня из моего класса. Удобно устроившись рядом с Итаном, я стала слушать игру. Вопросы были примитивными, но забавными. Когда я допила четвёртый стакан, мир на мгновение поплыл перед глазами, но вскоре всё стало нормально.
— Эй, Томлисон, ты меня слышишь? — сказала девушка напротив меня.
— Что? — буркнула я.
— Правда или действие? — усмехнулась она.
— Говори правда, — тихо сказал Итан.
— Действие, — сказала я ему назло, и услышала, как он пробормотал «дура».
— Ты должна поцеловать... Итана.
Хотя я была слегка пьяна, разум напоминал: у меня есть парень.
— Я не буду его целовать.
— Ты отказываешься? Мда... я так и знала, что ты послушная девочка.
Меня это взбесило. Я наклонилась и поцеловала Итана. Сначала он был в шоке, но затем ответил. Отстранившись, я отпила немного из стаканчика, держа его в руке. Посмотрев на Итана, я спросила:
— Итан, правда или действие?
— Правда, — ответил он, глядя на меня.
— Ты когда-то был влюблён?
— Ууу, бедная девочка... — усмехнулась та противная девушка, которая больше напоминала избалованную шлюшку, чем подростка. — Уже после первого поцелуя надеется на взаимность.
Меня это разозлило. Я взяла на себя решимость:
— А ты думала, что если переспать с кучей парней, то твоя самооценка поднимется? — сказала я наигранно. — Или ты думала, что раздвигая ноги, кто-то в тебя влюбится и ты не будешь такой одинокой?
Сначала она была в шоке, потом я заметила слёзы в её глазах. Девушка моментально убежала.
— Ты не думаешь, что поступила грубо? — шепотом спросил Итан.
— На то и нужны друзья, чтобы говорить правду.
— Но вы ведь даже никогда не общались... вы даже не видели друг друга.
— Какая разница?
— Странная ты.
— Не странная. Просто делаю, что хочу. И говорю, что хочу.
— Непросто, наверное.
— Не сложнее, чем другим. Они тратят время и силы, чтобы быть такими, как все, а я — на то, чтобы быть собой. Затраты одинаковые. Результат разный. — сказала я и вышла из комнаты.
На низу я взяла два стаканчика с какой-то мне незнакомой жидкостью и одним глотком опустошила их. Мда... вечер обещал быть весёлым.
Открыв глаза, я сразу же их закрыла. Солнце ударило мне по глазам, голова ужасно болела, во рту был неприятный привкус.
Через несколько минут я снова открыла глаза и увидела голую грудь в татуировках. Когда я немного сдвинула одеяло, передо мной предстал красивое лицо моего парня. Облегчённо вздохнув, я резко сорвалась с места и побежала в ванную.
Когда вышла, он уже не спал и стоял в одних боксерах.
— Доброе утро, — сказала я и обняла его сзади.
— Привет, детка. Как спалось? — сказал он охрипшим голосом.
— Честно? Ничего не помню, — ответила я и почесала голову.
— Да? А кто мне вчера говорил, что хочет «животного секса»? — он рассмеялся. — Ты не такая уж и хорошая девочка, Джен.
— Я вовсе и не хорошая девочка, — сказала я и подняла голову. — Во сколько лет ты сделал это? — тыкнула я в его грудь.
— В 15 была первая, а набиваю до сих пор, — сказал он и повернулся.
— А что они значат?
— Ну это... — он указал на надпись на ключице. — «Только ты правишь своей жизнью». А это — маленький ангел под ребром — ты мой ангел, — сказал он и поцеловал меня в макушку.
— А это? — спросила я, указывая на розу в паутине на его правой груди.
— Это моя первая. Тогда я перестал верить в любовь и этим выразил свои чувства.
— Плохое расставание? — спросила я, прижимаясь к нему крепче.
— Она изменила мне с другом, когда ей было 16. Я видел твою татуировку. Что она значит?
— Я набила слова отца, которые он всегда мне говорил: «Не делай ничего такого, чтобы я потом ходил с опущенной головой», — сказала я, и он приподнял мою футболку, чтобы рассмотреть надпись. — Это латинь, — добавила я, заметив его непонимающий взгляд.
— Что с ним стало? — спросила я тихо, не сводя взгляда с его лица.
— Он умер, когда мне было девять. Для меня он был настоящим примером мужчины, — начала я, голос слегка дрожал. — Он никогда не поднимал руку на мою мать, не наказывал меня и не бил ремнём, хоть иногда это было необходимо. Несмотря на это, я всегда боялся как-то его разочаровать. И он постоянно повторял: «Когда вырастешь, не делай вещей, о которых потом будешь жалеть или стыдиться».
Я слегка вздрогнула, ощущая тяжесть слов.
— Видишь это? — сказал он и осторожно показал на надпись, скрытую под одеждой, на резинке его трусов. — Моя мама болела раком... Она умерла, когда мне было четырнадцать. Перед смертью она сказала мне одно: «Несмотря ни на что, оставайся человеком». Долгое время я не понимал, что это значит, но с возрастом всё стало ясно.
Я прижалась к нему крепче, чувствуя тепло его тела, и глубоко вдохнула его запах. Мы стояли так долго, поглощённые собственными мыслями, что внезапно дверь распахнулась.
— Доброе утро! — прогремел Итан, и, прежде чем кто-то успел среагировать, он прыгнул на кровать.
— Ты чего такой счастливый? — спросила я, освобождаясь из объятий Тома, чувствуя лёгкое раздражение.
— Хорошо провёл ночь, — сказал Том с ухмылкой, прищурив глаза. — А вы, я вижу, тоже?
— Ничего не было, — ответила я твёрдо, стараясь сохранить спокойствие.
— Да ладно, — пробормотал он, прищурившись, как будто пытался разглядеть правду в моих глазах.
— Отвали! — крикнула я и швырнула в него подушку.
— Ну ты же вчера просила «животного секса», — хихикнул Итан, ухмыляясь.
— Ты откуда знаешь?! — выпучила глаза я.
— Ты вчера это говорила при мне Тому, — спокойно ответил он, словно это было очевидно.
— Нам нужно дома навести порядок, — сменила я тему, пытаясь вернуть разговор в более спокойное русло.
— Уже чисто, — сказал Том, улыбаясь. — Я позвонил в специальную службу, и наш дом сияет уже как час.
— Тогда чем займёмся сегодня? — спросила я, лениво перебирая пальцами край одеяла.
— Мне надо брата забрать. Он сегодня приезжает из Лос-Анджелеса, — ответил Том, натягивая джинсы.
— Брат? — я удивлённо приподняла брови. — Почему ты мне не говорил? Сколько ему лет?
— Мы сегодня к вам приедем в шесть, я вас познакомлю, — сказал он, застёгивая ремень.
Он поцеловал меня в губы, потом коротко попрощался с Итаном и ушёл. В комнате повисла тишина, в которой я услышала, как внизу что-то гудит — наверное, бассейн.
— Давай поедем куда-нибудь поесть? — внезапно предложил Итан, появляясь в дверях.
— Я только за, — ответила я и потянулась. — Но мне нужно сначала сходить в душ.
— Да, мне тоже не помешало бы, — кивнул он и ушёл.
Как только за ним закрылась дверь, на столе завибрировал мой телефон. Экран загорелся, высветив короткое имя из четырёх букв — Арчи. Сердце неприятно кольнуло. Уже неделю я замечаю пропущенные звонки и сообщения от него, и каждый раз делаю вид, что их не вижу.
Я сжала телефон, будто он обжёг мне ладонь. Ещё один звонок. Я сорвалась.
— Зачем ты мне звонишь?! Хватит! Мне надоело каждый день видеть на своём экране твоё имя и номер телефона! — крикнула я в трубку, чувствуя, как злость и усталость смешались с каким-то странным страхом.
На том конце послышалось дыхание, а потом тихий голос:
— Я тебя люблю. Я не знаю как... но я влюбился в тебя по-настоящему... — произнёс он.
Эти слова зависли в воздухе, как тяжёлый груз. Моё сердце сжалось. Хотелось бросить трубку, но пальцы предательски не слушались.