Глава 9
Почему мне казалось, что стоит только вырваться из Комплекса, как жизнь тут же станет проще? Ничуть не бывало – она осложнилась, причём почти сразу.
Летели мы долго, вечер и половину ночи, и ещё около часа добирались на машинах до города, в котором теперь предстояло жить. Остановились на тёмной улице и охранники вышли, попросив обождать. Через пару минут рядом загорелись окна небольшого двухэтажного дома.
– Заходите, – сказал Арчибальд, – всё в порядке. Сейчас мы занесём вещи.
Я выбрался из машины вслед за Базилем и оглянулся – фонари горели только в следующем квартале, скудно освещая мостовую и стены скромных двухэтажных домов. Почти все окна были тёмными, лишь в двух-трёх горел свет из-за штор, люди то ли спали в столь позднее время, то ли этот район был вообще не густо заселён в принципе. Морозный и сухой воздух пах отработанным топливом, выхлопными газами, железом и гнилью из мусорного бака по другую сторону улицы. На фоне окон нашего нового дома были видны голые ветки дерева.
– Пойдём, – сказал Базиль и ссутулился, засовывая руки глубже в карманы пальто.
Внутри дома было столь же холодно, как и снаружи, разве что ветра не было. В небольшом холле горел жёлтый электрический свет от ламп накаливания, справа и слева было по две двери, наверх шла лестница. На полу и ступенях, облицованных плиткой, я заметил протоптанные в пыли следы.
– Дом принадлежит нашей фракции, – сказал Арчибальд, появившись с двумя чемоданами в руках. – Ребята уже включили бойлер и отопление, скоро будет горячая вода и тепло. Идёмте наверх – вы будете жить там.
На втором этаже было четыре комнаты вдоль коридора. Арч поменял нам с Базилем сим-карты в телефонах, оставил разбираться с жильём и вещами, и утопал вниз.
Базиль вошёл в ближайшее помещение, и сгорбившись сел прямо в пальто на кровать. Когда я через пятнадцать минут принёс ему стакан несладкого, но горячего чая, который охранники заварили из одноразовых пакетиков, Баз молча взял его и стал греть руки о стекло.
Жалел ли он о потерянном месте Главы фракции? Тревожился ли о новой жизни?
Ничего этого я не узнал, Баз выпил остывший чай, скинул туфли, свернулся на кровати и, так и не сняв пальто, заснул.
Я постоял и... взяв свой чемодан, пошёл в другую комнату.
***
Второй день нашей новой жизни мало чем отличался от первой ночи – ребята-охранники налаживали быт в доме, закупили продуктов, моющих средств и прочей бытовой химии, с первого этажа доносилась музыка и голоса разговоров.
Я занялся уборкой наших комнат и коридора. Базиль то смотрел в окно, то ходил из угла в угол. Телевизор в его комнате непрерывно бубнил в фоновом режиме. Со времени приезда Баз едва ли сказал мне с десяток слов.
Весь день я продолжал уборку, поглядывая на передвижения Базиля. Вечером к нам поднялся Арч и передал, чтобы мы устраивались надолго – звонил шеф и сказал, что в ближайшее время мы будем жить тут. Я кивнул, а Базиль нахохлился и отвернулся к окну, за которым снова стояла ночь. Арчибальд ушёл, а я стал рядом с Базом и тоже глянул в окно – в доме напротив было темно и смотреть там было совершенно не на что.
– Базиль, что-то случилось? – спросил я.
– Нет, – ответил он, не глядя на меня. – Ничего нового.
– А старого? – спросил я.
Он сжал губы и ничего не ответил.
– Жалеешь о потере должности? – спросил я.
– Нет, – он передёрнул плечами. – Почти нет.
Помолчали. Я придвинулся, коснувшись его сложенных на груди рук. Базиль повернул голову и посмотрел на меня.
– Могу я спросить, – всё же сказал он, – как вышло, что ты оказался на коленях у Рэма?
– Ну, – теперь поёжился я, – меня не особо спрашивали. Как, впрочем, и ты, в той поездке. Рэм сказал, что хотел узнать, что ты чувствовал, когда держал меня.
– Эм-м... Вот как? – Базиль приподнял брови и снова уставился на неосвещённую улицу.
А я почувствовал... Почувствовал...
Разве такой должна была быть его реакция? Это что, всё? А как же... я? Почему он думает не обо мне, а о мотивах Рэма?!
И потом, эта его характе́рная задумчивость – она никогда хорошо не кончалась. И, лучше бы его отвлечь, не дожидаясь, к чему приведут дальнейшие размышления!
Я спустился на первый этаж и остановился в дверях кухни, глядя на замолчавших охранников. Арчибальд поднялся и вышел со мной в холл.
– Проблемы? – спросил он. – Вам что-то надо? Если поесть – то полуфабрикаты в холодильнике. С микроволновкой обращаться умеешь?
– Даже не знаю как сказать... – протянул я. – Это не насчёт еды. Скажи, мы здесь под арестом или как? Мне кажется, стоило бы сводить Базиля куда-нибудь... погулять? Это так называется? Обеспечить новыми впечатлениями, пока он не додумался до того, как их найти самому. Поверь, это никому не понравится!
– Что предлагаешь? – хмуро спросил Арч. – Это срочно? Ночь на дворе.
– Полагаю, срочно... Помнишь, ты рассказывал о барах, где люди знакомятся? Они ночью работают?
– Да, – ответил Арчибальд, окидывая меня настороженным взглядом. – Ты тоже пойдёшь?
– Не в этот раз, – покачал головой я.
– Тогда троих человек для охраны нам хватит. Один останется с тобой, на всякий случай. Сам скажешь господину Базилю или лучше предложить мне?
– Лучше тебе, я даже не знаю, как подобные места называются и как обосновать подобное предложение...
Арчибальд кивнул и, заглянув на кухню, пошёл наверх. Через пять минут вернулся вместе с Базилем и в небольшом холле столпилась вся команда, одеваясь, поправляя скрытую под одеждой кобуру с пистолетами и излучая общее оживление. Базиль был в неизменной бежевой водолазке, джинсах и чёрном пальто, в руках он держал сумку с маленькой переносной криокамерой. Заметив, что я на неё смотрю, он подошёл.
– Арч сказал ты не хочешь пойти с нами?
Я покачал головой, отметив облегчение в его голосе.
– Я... не все вещи ещё разобрал. Если ты сочтёшь, что там интересно, в следующий раз я пойду с тобой.
– Да, конечно... Тогда... – Базиль взглянул на криокамеру и протянул её мне.
– Уверен, что... – я нерешительно принял её, –...тебе не сто́ит взять её с собой?
– Уверен. Я просто взгляну, что там за бар и вернусь.
– Ладно, – сказал я.
Дом опустел. Я остался со смутным чувством неправильности происходящего и пошёл наверх, чтобы не оставаться наедине с хмурым охранником.
Осталось убедить себя, что решение отпустить Базиля было верным и никто не собирается от меня сбега́ть или бросать, и это просто подхваченная от людей паранойя.
***
Вопреки всем опасениям, вернулись они довольно скоро, часа через два. Услышав шум подъезжающей машины, я спустился навстречу.
В холл ввалилась взбудораженная толпа из троих наших охранников и Базиля, причём последний был наиболее оживлён. Подойдя ближе, я ощутил исходящий от него запах алкоголя и почти выветрившийся химический аромат чего-то сладкого.
– Извиняюсь, – сказал Арч, перехватив мой взгляд, – недосмотрел. Он успел хлопнуть коктейля. Один бокал.
Я нахмурился, припомнив, сколько проблем принесла одна-единственная чашечка кофе в прошлой поездке, но ничего не сказал и помог Базилю подняться по лестнице.
– Ит, это потрясающе! – говорил между тем он, не замечая, что тяжело опирается на моё плечо. – Совсем непохоже на бар, что был у нас на первом этаже. Представляешь, тут даже женщины были!
Я хмыкнул, вытряхивая его из пальто и помог снять ботинки.
– И как ты только додумался пить что-то неизвестное? Может мне опять стать твоим дегустатором? – спросил я. – Там действительно так интересно? Пойдём в следующий раз вместе?
– Э-э-э... Нет. Не стоит. Арч сказал, что тот бар, что я построил в Комплексе для нашей фракции, был намного лучше.
Я пожал плечами и протянул Базу стакан – подсмотрел каким образом охранники заваривают себе чай и воспроизвёл алгоритм действий.
– Жидкость. Тебе надо вывести токсины.
Базиль поморщился, но безропотно выпил не отрываясь.
– Что это за запах? – спросил я, когда стянул с него водолазку, пахнущую сладковатой химией.
– Да чёрт его знает. Там был какой-то дымок, для атмосферы, а может все вокруг просто перебрали с парфюмерией. – Базиль улёгся на кровати, заложив руки под голову. – Для меня, после стерильного воздуха Комплекса, это был удар!
– Ясно, – сказал я, сидя рядом на кровати. – А алкоголь? Тоже случайно в тебя попал?
– Зануда, – проворчал Баз, закатив глаза. – Нет, неслучайно. Я хотел... отметить окончание прежней жизни? Что-то типа того. Испытать каково будет действие. Удастся ли отвлечься. Потому что когда я первый раз пил вместе с Рэмом и... Мартином, ничего не помню, кроме капельницы в руке поутру.
– И как? – спросил я. – Каково действие?
– Ну, я бы сказал – расслабляет. Всё кажется уже не в таком мрачном свете.
– Хорошо, – сказал я, но когда собрался встать, Баз поймал мою руку. – Базиль...
– Знаю. Алкоголь – это значит, что мне сегодня ничего не обломится. Напрасная трата ресурсов и всё такое. Я просто подержу тебя за руку, ладно?
Я кивнул.
– Всем было бы проще, если бы я был способен тебя отпустить, – сказал Баз. – Или поделиться. Но я не способен.
– Но как же тот раз, когда с нами был Мартин? – спросил я.
– Я способен делиться собой. Но не тобой!
– И в чём разница?
– Тебя я ценю больше, – сказал он, прижимая мою руку к груди.
– Это не рационально. От меня нет никакой пользы, в отличие от тебя.
– К чёрту пользу! К чёрту эту прокля́тую сперму! И к чёрту человечество! У тебя ведь был шанс уйти, почему ты остался? Второй раз я не смогу тебя отпустить!
– Знаю, – сказал я и попробовал вытянуть ладонь, но Баз обеими руками прижимал её к майке на своей груди, где прямо под тканью гулко и быстро билось его сердце. – Я не ушёл потому, что... я с тобой не только из-за спермы. Я с тобой... из-за тебя.
– Ну, офигеть... – широко раскрыл глаза Баз. – Это... Лучшее признание в моей жизни!
Он криво улыбнулся и добавил:
– Я не могу тебя отпустить. Но могу подождать, не придёшь ли ты ещё к каким интересным выводам.
Он притянул меня к себе на кровать, обнял и прошептал, зарывшись носом в волосы:
– Эх, ты, моя пресная булочка...
Базиль вскоре заснул, его тёплое дыхание стало размеренным и спокойным, а я всё размышлял: эта метафора – это было порицание или комплимент? Какое отношение выпечка имеет к характеристике личности?
У людей такие причудливые ассоциации под воздействием алкоголя!
***
Пару дней мы провели в доме, а потом с неделю выходи́ли погулять, каждый день увеличивая пройденное расстояние и осматривая город.
Город был небольшим, раза в четыре меньше того, в котором мы были в инспекционной поездке. Здесь было штук пять полупустых супермаркетов, россыпь мелких кафе и магазинов, несколько школ и один Репро-Центр, который занимал один маленький квартал и не имел вокруг парка. На фоне трёхэтажной застройки центра города два этажа Репро-Центра выделялись разве что белым цветом стен, колонами и круглой формой здания.
– Они, таки, типовые, Дагг был прав, – сказал Базиль и потащил меня мимо. – Зайдём в другой раз, ладно?
Я пожал плечами и согласился. Все эти блуждания по городу, пусть и в компании крепких ребят в гражданской одежде, пока удовлетворяли мою жажду познания окружающего мира. Базиль покупал всякие мелочи и оплачивал посиделки в кафе, управляясь с платёжной карточкой, как с новой игрушкой, я присматривался к людям и обстановке вокруг. Опытным путём определил, что степень моей агорафобии зависит, по-видимому, от времени суток и собственного спокойствия: ночью я мог двигаться на улице почти нормально, если не смотрел на небо, днём же – только если не терял Базиля из виду, в пределах пяти или десяти метров. И, с чёрными очками передвигаться днём тоже было легче, пространство утрачивало многоцветность и выцветало, как на плохом дисплее, так что на улице я снова стал носить очки Рэма.
Также я неоднократно пытался позвонить Рэмигусу, но он не брал трубку. Тут было о чём задуматься и эти размышления меня совершенно не радовали.
– Не переживай, – сказал Баз, наблюдая одну из таких попыток дозвониться. – Ты же его знаешь, он вечно занят. Сам с нами свяжется, когда захочет. Он обещал.
Я подумал, стоит ли рассказать Базилю о найденных Рэмом андроидах и... промолчал. Баз тоже не поднимал эту тему – то ли не хотел, то ли пока не знал об этом факте.
***
Две недели спустя я нашёл убедительный повод прервать бесполезные прогулки и заставить Базиля задуматься о будущем.
– Базиль, криокамера заполнена. Мы должны явиться в Репро-Центр и сдать материал.
– Ты прав, но мне пока не хочется там появляться. Куда спешить? Материал заморожен, с ним ничего не случится, – сказал он, сидя поперёк кресла и покачивая ногой, свисающей с подлокотника.
– Люди ждут, – сказал я. – А у тебя есть обязательства. Баз, я не узнаю́ тебя, ты был самым ответственным среди всех клонов!
– И к чему это меня привело? – пробормотал он. – К тому же я не отказываюсь от роли донора, просто не хочу появляться в Центре так скоро, неприятные воспоминания от прошлой поездки, знаешь ли...
– Давай я отвезу. Возьму одного из охранников и...
– Нет! Давай, кто-то из охранников сам отвезёт, без тебя! – фыркнул он.
– Я не доверю криокамеру в чужие руки – у нас нет запасной. И у ребят нет полномочий подписывать документы на сдачу материала, они из другой фракции.
– Зануда... Ну, подождут люди день или два! – воскликнул Базиль.
– Подождут. Я тоже подожду, и пока криокамера переполнена, буду ночевать в своей комнате.
– Итон! Это... нечестно!
– Зато предотвратит напрасную трату ресурсов.
– А кто говорил, что остался со мной не из-за спермы?!
– Ты теперь ревнуешь меня к собственным биологическим жидкостям?
– Я?! Нет! Господибожемой...
– Базиль, мне скучно. Я хочу работать. Загрузить чем-нибудь свой ум. Когда я ушёл с поста секретаря, думал, что свихнусь от безделья. Это почти физически больно.
Баз замер, а потом медленно выбрался из кресла и поправил свитер.
– Прости... Ладно, ты прав. Конечно... Поехали в Репро-Центр.
***
Репро-Центр этого городишки был похож на тот, прошлый, примерно в той же степени, как какая-нибудь картонная коробка из подсобки похожа на дизайнерский макет современного здания – форма, материал, и размеры те же, но больше ничего общего.
Мы вошли в холл Репро-Центра и я снял очки. Базиль медленно оглядывал пустые белые стены и ряд красных пластиковых стульев под одной из них. Панорамные окна, выходящие на обычную городскую улицу, были заложены примерно по пояс взрослому человеку, на узких подоконниках росли разнокалиберные и довольно чахлые цветы в белых, одинаковых пластмассовых горшках, пол был из бетона и выкрашен суперпрочной светло серой акриловой краской, такой пол был у нас в Комплексе в коридорах и на нижних уровнях подвала. Четверо наших охранников в городской гражданской одежде держались полукругом позади нас с Базилем.
– Добрый день! – раздалось чуть в стороне и мы обернулись к стойке регистрации. Вернее... туда, где должна быть стойка, потому что вместо неё стоял аккуратный деревянный офисный стол, на котором виднелся монитор компьютера, клавиатура и раскрытая посередине толстая тетрадь размера А4. – Чем я могу вам помочь?
Из-за стола поднялась худощавая женщина в белом халате и шапочке на каштановых волосах с густой проседью. Серые глаза женщины смотрели спокойно, улыбки на лице не было, как не было и морщин – возможно, она была не так и стара, я не смог визуально определить её возраст. Мы с Базилем переглянулись.
– Здравствуйте. Нам надо увидеть заведующего Репро-Центром, – сказал Базиль.
– По какому вопросу? – спросила женщина.
– По работе, – ответил Баз. – Наверное.
– Одну минуту, – она достала мобильник и приложила к уху. – Сэр? К вам посетители в холле. По работе. Хорошо.
Она спрятала мобильник и добавила:
– Сейчас заведующий выйдет, ожидайте.
Базиль кивнул, со сложным выражением лица, а я расслабился – показалось, что с этой сдержанной дамой я мог бы сработаться.
Через пару минут в холл вышел мужчина в белом халате поверх невзрачного серого костюма и направился к нам. Среднего роста, средней комплекции, с отстранённым выражением лица, как у встретившей нас дамы. Единственной примечательной чертой внешности у него было полное отсутствие волос выше бровей и очки в тонкой металлической оправе. Идеальная, слегка загорелая лысина отражала маленький прямоугольный блик от потолочной лампы на скруглении головы.
– Вы ко мне? – спросил он подходя. – Дон Шепард, заведующий. По какому вопросу?
– Полагаю, что к вам, – медленно сказал Баз. – Вас не предупреждали о новых сотрудниках? Мы привезли семенной материал для модификаций, у вас есть оборудование?
– Оборудование? – заведующий перевёл взгляд на висящую у Базиля через плечо сумку с криокамерой. – Да, конечно... Предупреждали. Так это вы, господа? Все шестеро?
– Мы. Нет, только мы двое, остальные – охрана.
– А, хорошо. Потому что я не знаю, чем даже вас двоих занять... – сказал Шепард. – Город находится в неудобном месте, работы нет и все, кто мог уже разъехались. Поток пациентов крайне низкий, но расформировывать функционирующий Репро-Центр начальство считает нерентабельным. Ну, да вы знаете, если из головного офиса, как меня предупреждали.
– Знаем, – сказал Базиль и снова переглянулся со мной. – Так... что нам делать?
– Для начала – давайте оформим документы, – со вздохом сказал заведующий и потёр подбородок. – Зарплату вам обещали начислять сверх выделенного нам бюджета, иначе я бы не согласился...
Женщина встала, освобождая место, и заведующий уселся за стол и быстро раскрыл какие-то окна и таблицы на мониторе.
– Ваши удостоверения, пожалуйста.
Базиль протянул карточку и Шепард вставил её в прорезь-приёмник компьютера, и вернул обратно Базилю.
– Базиль Веллингтон, – сказал заведующий, сличая изображение на мониторе с лицом База. – Есть. Должность впишу, когда вы определитесь, чем хотите заниматься. А вы?
Я протянул свою карту. Шепард вставил её в прорезь и вернул мне.
– А... Эм-м-м... – заведующий придвинулся ближе к компьютеру и взялся за дужку очков, будто не доверяя тому, что видит. – Лилит Веллингтон? – он перевёл взгляд с монитора на меня и обратно. – Это что, шутка?
– Что, реально «Лилит»? – Базиль оживился и быстренько обойдя стол, невежливо склонился над плечом заведующего, уставившись в монитор. – Точно! Итон, иди глянь – ты тут такой красивый!
Я тоже обошёл стол и с трудом поборол желание прикрыть глаза рукой: в стандартной электронной анкете стояло имя «Лилит Веллингтон» и фотография, которую я, конечно, никогда не делал – бледное лицо, длинноватый нос, тонкие губы, аккуратная женская стрижка белых волос со свисающими впереди длинными прядями. А ещё виден край пиджака, застёгнутый доверху ворот белой блузки и узкий чёрный галстук.
– Как думаешь, откуда это? – спросил Баз, неприлично хихикая.
– С камер. Дэссинский Репро-Центр. В холле. Когда мы только вошли. Потом волосы уже так не лежали.
– Точно! – радостно подтвердил Баз. – И ты ж смотри как подобран кадр! И фон так старательно вычищен!
– Господа... – попытался вклиниться заведующий. – Я попрошу...
– Это сколько же работы было – копаться во всех съёмках со всех камер! А мы думали – почему он так долго не приезжает? Лилит! Дорогая, ты хоть кем в этот раз записана – женой или сестрой, а? – Базиль согнулся и хохотал почти на ухо бедному мистеру Шепарду.
– Баз, уймись! – прошипел я. – Что в этом смешного?!
– Я смеюсь не над тобой... И даже не над собой... О чём он только думал, так глупо спалиться... Вот, значит, какие фантазии...
– Баз, я больше не собираюсь носить женскую одежду! Тем более что ты не взял ни одной вещи!
– Конечно, как пожелаешь. Никто в здравом уме и не примет тебя за женщину. Главное – чтобы не приняли за мужчину определённого толка. Впрочем, всё равно рядом с тобой будет охрана. Носи что хочешь! – Базиль махнул рукой и снова захихикал, прикрывая нос рукавом.
– Господа... – жалобно подал голос заведующий.
Седая дама стояла рядом, широко раскрыв глаза и я мстительно отметил, что шокированное выражение идёт ей больше, чем отстранённое спокойствие, которое так мне понравилось вначале. Люди должны быть эмоциональны! Спокойствие – прерогатива андроидов!
Я глянул на кривые, изумлённые и ехидные улыбочки наших охранников, которые вопреки всем инструкциям тоже столпились вокруг стола, заглядывая в монитор поверх втянувшего голову в плечи заведующего, потом на хихикающего в кулак Базиля, снова устроившего бардак на пустом месте... и почувствовал, что жизнь налаживается. Всё как всегда, ничего нового.
– Извините нас, мистер Шепард, – сказал я, включив режим «секретаря». – Произошла ошибка планирования. Мы здесь по заданию соседней фракции, работаем под прикрытием. Нас не успели предупредить, что в этот раз мне опять придётся играть роль женщины. Разгильдяи встречаются даже у инквизиторов. Но, – я обвёл взглядом веселящуюся толпу вокруг и вернулся к ещё ниже пригнувшемуся к столу заведующему, который пытался незаметно вытереть брызги слюны с лысины, – в таком положении дел есть и свои плюсы. Просто оформите всё как положено по этой анкете и забудем о ней. Всё равно я собирался заниматься кабинетной работой, а не общаться с людьми. Меня почти никто не увидит.
Заведующий вздохнул, кивнул и начал печатать.
– И не придётся снова покупать одежду и тратить деньги... – добавил я.
Разобраться с понятием «деньги», определить много или мало что-либо стоит и завести личную платёжную карточку я пометил как первоочередные задачи на самое ближайшее время.
