Орхидея

I monster - who is she?

Он валялся в очередном снятом номере, тупо пялясь в потолок. Может бросить все к чертовой матери и улететь в Москву? Может дядя Миша был прав, и ему не нужно было приезжать вовсе? В конце концов, сколько уже можно гоняться за ней?

— Пойми, что ни Соня, ни, тем более, Орхидея в твоей постоянной опеке не нуждаются. Они уже взрослые девочки, со своей головой на плечах.

— Ага. — буркнул брюнет. — Особенно Гиляровская. Особенно, когда за руль садится.

Михаил Александрович тихо рассмеялся.

— Это у них в крови. Александр таким же был. Ей не нянька нужна, которая от всего будет оберегать, и останавливать, а человек, ради которого она сама затормозит.

Видимо, он таким человеком не был. Что, в принципе, логично. Саша терпеть не мог, когда Хида ввязывалась в какие-нибудь приключения. Иногда ее хотелось просто посадить в банку, набитой ватой, с едой и водой и не выпускать. А как с ней по-другому? Постоянно суется, куда не просят... Вот и сейчас. Давно ведь поняла, кем является Чумной Доктор, что от этого человека нужно держаться подальше, но неееет, как же. Это ведь Сережа. Ладно. Выдохнули. Разумовский тут ни причем. И в прошлый раз тоже не виноват был. Только вот все равно хотелось отгородить Хиду от него...

Саня знал, что у него проблемы. Не прям большие, но весомые. Да, он сходил как-то к психологу, они даже выяснили причину его опеки над сестрами, хотя он и сам ее прекрасно знал.

Услышав тихий возглас с кухни, маленький Саша ринулся туда. Мама промывала порезанный палец холодной водой.

— Все хорошо?

— Да, конечно. А ты чего прибежал?

— Услышал, что что-то случилось, подумал тебя обижает кто...

— Мой ты защитник. Меня спасать прибежал?

Саша молча кивнул, мама, смеясь обняла его.

Так было хорошо... Наверное, в тот момент он и решил, что будет всегда защищать маму. От всех-всех-всех. Не получилось. Перед глазами до сих пор стоит окровавленное лицо матери, сидящей напротив него в перевернутой машине. Поняв, что авария неизбежна, она в последний момент вывернула автомобиль так, чтобы весь удар пришелся на ее сторону и не задел сына.

— Саша... — материнская ладонь погладила его по лицу, оставляя кровавый след. — Защитник мой, я тебя так люблю.

Это были ее последние слова. По щеке брюнета скатилась слеза. Мама, мамочка. Тогда он поклялся себе, что защитит всех, кого любит любой ценой. Хотят они того или нет.

Тишину номера разрушил раздавшийся телефонный звонок.

Входящий вызов. Юрец.

— Алло. — вставать было слишком лень, Саша так и остался лежать, распластавшийся на кровати.

— Але. Здоров, Сань. Слушай, не задолбался еще отдыхать?

— Ближе к делу.

— Заказ один есть. Требуют профессионала. Насколько я понял, ничего сложного, просто поохранять хмыря одного, пока вся хрень с этим вашим чудиком не закончится. Ты как? Деньги хорошие очень.

— Нет, скорее всего. Я в Москву сегодня улетаю.

— Ты подумай хорошо, клиент не капризный, сказал оплатит все, что нужно будет.

— Ладно.

— Если что, тебя завтра на открытии «Золотого дракона» ждать будут. Фамилию свою метрдотелю скажи, и он тебя проводит.

— Ладно, подумаю. Пока.

— До встречи, Сань.

***

От одного только взгляда в глаза незнакомца голову прострелила боль. Твою же мать.

— Здесь разные ездят, так что будьте осторожнее. — произнес парень и быстрым шагом пошел по переходу.

«Как она меня назвал? Апасы? Старшая сестра?.. Может послышалось...»

До конца перехода оставалось двадцать секунд. Пришлось ускориться. Из дела Разумовского много нового она не узнала, кроме того, что определенный вид деятельности программиста был строго засекречен, также в нем фигурировал Олег Волков, причем в тот период жизни Сергея, когда он был в армии. Значит, Волков, скорее всего, тоже как-то связан с тем, что творилось в Разумовским тогда. Быстро написав Петру Владимировичу с просьбой о еще одном личном деле, девушка зашла в номер. Ничего вроде не изменилось, следовательно, Саня все-таки сюда не пробрался. Уже хорошо. А пока запрос в действии нужно было решить в чем идти на открытие казино. Выделяться из толпы нельзя, значит привычную рабочую одежду не нацепишь. Надо еще что-то, в чем удобно будет драться, как мы уже выяснили, с Разумовским нельзя ослаблять хватку.

— И под чем можно спрятать кобуру с пистолетом...

Мысли о таком пустяке отвлекали от самого главного: догадок. Какова вероятность того, что... Что... Они с Сергеем познакомились именно в тот засекреченный период жизни. Стоп. Сколько-сколько ему было на тот момент?! Девушка бросилась к телефону. Девятнадцать. Родился в конце девяносто пятого года. Cтарше нее на год с лишним. Разумовский попал в засекреченную программу ровно в тот момент отрезок времени, который исчез из ее памяти. История про торговый центр оказалась ложью. У программиста откуда-то кольцо, который для нее изготовил отец. Каждый раз, когда она пытается узнать или узнает что-то про Разумовского или Волкова ее голова начинает раскалываться от боли, будто она пытается вспомнить период жизни стертый из ее памяти. Тот сон... Он явно не был простой игрой воображения: все было слишком ярко и детально. Шепот ночью. Глаза резко начало жечь, а голова загудела. Как в тот раз.

С опаской подойдя к зеркалу в ванной, девушка посмотрела в него. Дыхание резко сперло, в комнате стало слишком душно. В ее глазах, будто кровь на пепле, медленно растекался темно-красный цвет. Боль становилась невыносимой, по щекам потекли слезы.

После реабилитации ей пришлось заново узнавать себя, заново выстраивать свою личность. Ей активно в этом помогали Саня и дядя Миша, но Орхидее постоянно казалось, что все ее увлечения, черты характера — это какая-то маска. Ненастоящая. Искусственная. И все вокруг такое же.

В мозгу вылезли все странности, несостыковки. Как отчим просит ее не провоцировать Стрелкова, мол, он такой человек, может знатно подгадить, хотя сам дядя Миша был выше званием, и не дай бог кто-то тронет его семью. Иногда очень странный график дежурств в Санином фитнес-центре. Все новые ссадины, раны, синяки, которые она подмечала, но старалась подавить в себе чувство тревоги. Приемы, которые ну никак не мог знать простой тренер по кикбоксингу и борьбе. То, как он и отчим не хотели, чтобы она ехала на это дело. Вся информация об отце, о том, с кем и с какой целью он поехал на то задание. Девушка ясно помнила: он погиб не один тогда, но про остальных солдат ей ничего никогда не рассказывали. Все это складывалось в одну ужасную картину.

Ей врали. Почти всю сознательную жизнь, которую она помнит. Ей врали от начала и до конца.

— Кто же я такая?

***

Разумовский выдохнул несколько раз. Весь разговор про хакерские атаки был ложью от начала и до конца. Шепот. Гребаный шепот голосов не отпускал его всю ночь. Он то затихал, то становился громче раз за разом. Только когда Дея была рядом, они затихали полностью. Тогда он становился почти нормальным.

Мужчина посмотрел в свое отражение в выключенном мониторе. Глаза полыхали золотым пламенем. Интересно, он когда-нибудь сможет снова быть собой? Несмотря на то, что с тех пор, как он смог хотя бы иногда контролировать тело прошло не так уж много времени, Сергей чувствовал разницу, и заключалась не только в наличие голосов в голове.

Ярость. Его могла накрыть безудержная, почти животная ярость. В первый раз такого «прилива» он едва сдержался, чтобы не разнести всю квартиру к чертовой матери. Достаточно было узнать об очередной выходке «сливок» общества Санкт-Петербурга, как она накрывала его с головой.

Раздражение. Он чувствовал его даже из-за какого-либо пустяка. Даже та история с кофемашиной вывела его из себя, пускай он и смог сдержать все раздражение в себе.

И ненависть. Всепоглощающая, черная, в которой он тонул. Ненависть к Мрази, который все это устроил, по вине которого он потерял почти всех своих близких и родных людей. Ненависть к Рубинштейну, который сделал это не только с ним, но и с Деей и Владом. Ненависть к зажравшимся богачам, которым было плевать на остальных людей. Ненависть... К самому себе. Потому что стал другим. Потому что использовал брата. Потому что не прислушался к ней тогда.

Все эти эмоции и чувства раньше были чужды Сергею, и чем дольше он оставался без контроля Тряпки, тем сильнее они становились. Но оставалось совсем немного. И его план осуществится. И тогда все будет хорошо. Он точно это знал.

***

Осознание пришло быстро. Слишком долго она врала сама себе и закрывала глаза на многое. Но теперь... Ей было уже плевать, что может случится, убьёт её Разумовский или нет. Главное — выяснить, что произошло в те пять лет. Об этом точно могли знать и Саня, дядя Миша, но, если с первым сейчас встречаться просто не хотелось, да он и не скажет ничего, то дядя Миша... Нет, это не телефонный разговор. А кроме них мог знать только Сергей. Весело. Видимо придётся прижать его к стенке, и вытащить из программиста все, что получится.

«Как, однако, тесен мир».

Маньяк, которого её отправили ловить на пару со Стрелковым, оказался человеком, который заставил её частично вспомнить их общее прошлое. Оставался только один вопрос. Когда Разумовский сошёл с ума? В том отрывке, что ей приснился, у программиста не наблюдалось никаких признаков психического расстройства. Да, их и сейчас практически нет, но даже если они у него незаметны, то вряд ли в государственную засекреченную программу возьмут без тщательного медосмотра, а при нем-то сдвиги в психике должны были выявить. Получалось, что крыша у него протекла уже после службы. Или же... Сумасшествие и стало причиной её окончания? Малая вероятность, того, что такого человека отправили бы обратно на гражданку, а не в психушку на пожизненное.

Уведомление. Vmeste почта.

Документ от Пётр Гаврилов.

Сообщение.

«С ним та же история, что и с Разумовский. Два личных дела, высылаю первое, сокращённое».

— Да какого черта...

Орхидея открыла документ.

Волков Олег Данилович.

Дата рождения: 15.01.1995

Позывной: *замазано*

Профессия: *замазано*

Информация: родился в 1995 году в Санкт-Петербурге, в семье Волкова Данила Николаевича и Авдеевой Ангелины Станиславовны. Отец был военным, участвовал в программе *замазано*. Погиб при исполнении 27.08.2004 года. В 17.07.2005 года мать была убита буйным, пьяным соседом ножевым ранением в грудь. В десять лет попал в детдом «Радуга», где познакомился...

— Это все я уже знаю. — пробормотала девушка. В голове уже билась пульсирующая боль.

... В двадцать лет был взят в возобновленную программу *замазано*, в которой ранее участвовал отец. Прослужил пять лет, 03.06.2018 года был отправлен в *замазано*, где погиб при исполнении 13.06.2018 года. Останки найдены не были.

Характер: уравновешен, умеет держать голову холодной, но при угрозе близким людям впадает в почти животную ярость.

В деле Волков было записано гораздо больше информации, чем у Разумовского. Интересно с чего?

«Решили, что мёртвым никто интересоваться не будет и сделали сокрашенную версию наобум?»

В любом случае, Волков мёртв, что само по себе могло нанести травму Сергею — потеря лучшего друга, как никак. Далее, судя по всему, мужчина ушёл со службы почти сразу после гибели Олега. Но что было интересней всего: отец Волкова участвовал в той же программе, что и сын, но десятилетием, если не больше, раньше, погиб при исполнении. Отец Разумовского, в свою очередь, тоже предпочёл карьеру в армии и тоже умер при исполнении в конце августа две тысячи четвёртого года. Тогда же, когда и старший Волков. Тогда же, когда и... Ее отец. А возможно ли, что все они участвовали в одной программе? И она была приостановлена из-за гибели всех участников. С другой стороны, она точно знала, что дядя Миша служил вместе с Александром, они виделись каждый день, но он живее всех живых.

Но если всё-таки все они служили вместе, участвовали в одной программе, Волков-младший участвовал в её возобновленной версии, похоже что, вместе с Сергеем, а с ним девушка познакомилась именно во время прохождения службы...

Вывод напрашивается сам собой. Она тоже участвовала в этой засекреченной программе. И не сложно было догадаться почему. Она узнала, где служил отец и как он погиб, и решила пойти по его стопам, по чудесной случайности встретив там сыновей сослуживцев Александра. А как известно, случайности редко возникают сами собой, их чаще «создают» сами люди. Также, она откуда-то узнала обстоятельства смерти отца и специфику самой работы. И была очень высокая вероятность, что кому-то просто понадобилось возобновить программу, и этот кто-то прекрасным образом собирает детей тех людей, которые раньше в ней участвовали, а спустя пять лет после гибели Волков и амнезии Орхидеи расформировывает эту группу и делает так, чтобы почти все следы её существования были стерты с лица земли. Главный вопрос. Кем был этот человек?