хладнокровный хирург

Я все же переоделась в платье, которое Чишия купил мне сегодня, добавила капроновые колготы и посмотрела на себя в зеркало. Всё сидело идеально, аккуратно, почти по-настоящему празднично. Чишия не стал менять свой строгий костюм, его сдержанная элегантность была безупречна.
Мы вышли из комнаты и направились к лифту. Нажав на кнопку, мы ждали, а рядом каким-то образом появились Нина и Нираги.
– Опа, куда собрались?
шутливо спросил Нираги, подмигивая.
Нина, как всегда, сложила руки на груди и сверкнула на меня глазами.
– Чишия решил меня удивить чем-то
тихо сказала я, проверяя макияж через камеру телефона. И вдруг поняла, что забыла подкрасить губы.
– Черт! Я забыла помаду, сейчас вернусь!
бросила я и уже побежала обратно.
Чишия закатил глаза, но улыбка не сходила с его лица. Лифт приезжал, но никто в него не вошел, создавая странное ощущение ожидания.
– Ты чего такой довольный? Из-за звезды?
спросил Нираги.
– Этот вечер станет ярче
спокойно ответил Чишия, его голос был хладнокровным, почти провокационным.
– Делиcь, мне теперь интересно
усмехнулся Нираги.
– Потом узнаете, всё узнаете
только и сказал Чишия, играя с ними словами.
– Да ну, так не интересно, рассказывай!
настаивал Нираги.
Нина оперлась плечом о стену, скрестив руки, и я заметил в её взгляде смесь раздражения и ревности. Чишия задумался, словно выбирал, стоит ли показывать им сюрприз. И всё же, медленно, он показал им кое-что.
– Да ну нахрен, Чишия...
тихо пробормотала я, наблюдая за их реакцией.
– Это пока секрет и интрига
спокойно произнёс он, улыбаясь широко и быстро убрав предмет в карман.
У Нины глаза округлились, хоть она и заранее знала что это будет, ибо увидела письмо от Яна на его столе за пару дней до отъезда. Но огонь злости и ревности вспыхнул в них.
– Эййй, вы чего улыбаетесь?
крикнула я, возвращаясь к ним.
– Нина? А ты чего?
– Пфф...
Нина отвернулась, не произнеся ни слова.
Чишия слегка наклонился к Нираги:
– Хорошо пошутил, я бы попросил повторить, но мы опаздываем.
Он подхватил меня под руку, и мы вместе вошли в лифт. Нираги, улыбаясь до ушей, провожал нас взглядом, а Нина продолжала молча демонстрировать обиду.
Мы спустились вниз, где нас уже ждала машина. Сев в салон, я прижалась к Чишии, держась за руку.
– Так куда мы едем?
спросила я, слегка приподняв голову.
Он повернулся ко мне с лёгкой улыбкой:
– Есть одно место. К слову, оно принадлежит Яну, брату Рио.
– Я поняла, про кого ты...
улыбнулась я, предвкушая интригу.
– Очень красивый ресторан, который открылся на высоте. Больше не скажу, сама увидишь!
добавил он.
– Интриган
хмыкнула я.
Чишия улыбнулся шире, и машина мягко тронулась.
Через двадцать минут мы прибыли. У входа была охрана.
– Ты привез меня в банк?
шутливо спросила я, оглядывая массивные двери.
– Не-а, здесь вход чуть правее, но то же здание. Нам нужно подняться
бодро сказал Чишия, беря меня под руку.
– Ты сильно перевозбужден, я боюсь
хихикнула я.
– Я просто счастлив. Рад звезде... и рад, что ты рядом
добавил он, и я прижалась к нему, ощущая тепло его руки на талии.
Внутри здания было тихо, но изысканно: мягкий свет, крупные панорамные окна, лестницы с зеркальными перилами. Ян, который только что сажал нас в машину, уже был здесь.
– Мы уже здесь, поднимемся сами
сказал Чишия.
– Разберетесь?
спросил Ян.
– Конечно
ответил Чишия.
– хорошего вечера!
улыбнулся Ян, подмигивая мне,и мы направились к лифту.
Двери распахнулись, и внутрь зашла девушка в шикарном длинном платье. Она остановилась на 11 этаже, а нам предстояло подняться на 43.
–Так высоко...
произнесла она, слегка задрав голову.
– Красиво, правда?
кивнул Чишия с улыбкой, а я чувствовала, как внутри поднимается восторг.
Когда двери лифта открылись на 43 этаже, перед нами открылся просторный ресторан. Свет падал мягким золотом, просторные сектора были разделены аккуратными перегородками, создавая интимные уголки. Столики были аккуратно расставлены, а за панорамными окнами виднелся ночной город, словно море огней.
Чишия выбрал столик с левой стороны, прямо у окна. Мы прошли и сели, и я не могла отвести взгляд.
– Смотри на это...
прошептала я.
– Какая красота!
– Видеть тебя такой восторженной – лучше любого вида на город
сказал Чишия тихо.
В этот момент подошёл официант с букетом цветов — крупные бордовые розы. Он протянул их Чишии, а тот аккуратно снял с ленты и протянул мне.
– Для тебя
тихо сказал он, и я ощутила, как моё сердце забилось быстрее.
Я взяла цветы, глубоко вдохнула аромат, прижалась лбом к его плечу, а он слегка наклонился и коснулся моих губ лёгким поцелуем.
– Ты невероятен
выдохнула я, сияя.
Мы уселись за стол, официант подал нам меню. Я усмехнулась:
– Теперь понимаю, почему ты ничего не ел на конференции. Всё ради этого вечера.
– Абсолютно
коротко согласился Чишия, слегка улыбнувшись.
Мы заказали: я — клэм-чаудер, Чишия — мраморную говядину с гарниром, а также общую тарелку морепродуктов.
– Мне интересно..
сказала я, смотря на него
– ты всегда так планируешь моменты?
– Не всегда
ответил он спокойно.
– Но есть вещи, ради которых стоит нарушать привычный ритм.
Я посмотрела на город за окном, на светящиеся огни, на его профиль, и тихо вздохнула:
– Я понимаю, почему это важно для тебя. И я счастлива быть рядом.
Он сжал мою руку под столом и слегка улыбнулся. В тот момент мне показалось, что вся энергия города концентрируется здесь, за этим столиком, в наших взглядах и касаниях.
Мы наслаждались видом, беседой, ароматом цветов и тихим шелестом музыки, и каждый миг ощущался необыкновенно значимым.
Мы сели напротив друг друга, а панорамные окна за нашими спинами отражали мерцающий город. Лёгкий золотой свет свечей на столе смешивался с неоновыми огнями Токио, создавая почти сказочную атмосферу.
Официант уже убрал меню, оставив перед нами аккуратно сервированные блюда. На столе стояли бокалы с вином и водой, а аромат мраморной говядины и клэм-чаудера начинал медленно заполнять пространство.
– Ну что
сказала я, поднося ложку к супу
—мм,очень неплохо
Чишия хмыкнул
– Я всегда считаю: момент нужно проживать полностью. И делиться им с тем, кто понимает ценность, — ещё важнее.
Я взглянула на него через бокал, играя с ложкой в клэм-чаудере:
– И кто же понимает ценность, а кто нет, по-твоему?
– Ты понимаешь
ответил он с лёгким сарказмом и почти незаметным прищуром.
– Остальные — просто зрители.
Я не смогла удержаться и фыркнула, слегка задела рукой его бокал:
– Хладнокровный и самоуверенный, как всегда. Ты уже готовишь какие-то интриги на вечер?
– Может быть
сказал он тихо, почти шёпотом, и его глаза заблестели в полумраке.
– Но ты увидишь всё сама. И, уверяю, будет интересно.
Я перевела взгляд на город: его огни, отражения, высотки, и вдруг мне стало ещё более уютно и спокойно рядом с ним. Подняв взгляд, я заметила, как он смотрит на меня с лёгкой улыбкой.
– Знаешь
продолжил Чишия, слегка наклоняясь к столу
– мне нравится, когда ты так удивляешься всему. Ты живёшь моментом, а не ждёшь, пока он пройдет мимо.
– Хмм
ответила я, играя ложкой с клэм-чаудером
– а ты живёшь моментом или планируешь его заранее?
– Иногда планирую
сказал он спокойно
– иногда просто позволяю событиям идти своим ходом. Но с тобой я чаще позволяю.
Я почувствовала лёгкое тепло в груди и наклонилась чуть ближе, улыбаясь.
– Ладно, интриган
сказала я с лёгкой насмешкой.
– Ты решил меня сегодня удивлять. Но если честно, я уже в предвкушении.
– Отлично
сказал он, едва касаясь кончиками пальцев моих рук через стол.
– Значит, план удался.
Мы начали есть. Я осторожно пробовала клэм-чаудер, а он аккуратно разрезал мраморную говядину, и тихий звук ножа о тарелку как-то умиротворял.
– Ты знаешь
сказала я, делая глоток вина
— я думаю, конференция была только прелюдией к этому вечеру.
– Согласен
кивнул он
– там всё официально, здесь — настоящая жизнь. Люди думают, что знают, что такое "жизнь хирурга", но это... моменты, как этот. Когда понимаешь, за что боролся.
Я тихо вздохнула, положив голову на руку, лежащую на столе рядом с его:
– Ты умеешь делать моменты особенными, Чишия. Даже просто ужин превращается в праздник.
– Это ещё не всё
сказал он хладнокровно, почти улыбаясь.
– Иногда лучший эффект достигается в тишине, без слов.
Я посмотрела на него, и он наклонился чуть ближе. Его глаза мерцали в свете свечей, губы приоткрыты, и я почувствовала, как время будто замедлилось. Его пальцы слегка обвили мои, и сердце дрогнуло.
– Мико...
тихо сказал он, и я улыбнулась, чуть шевеля рукой в его ладони.
– Чишия
прошептала я, и вдруг почувствовала лёгкий поцелуй на губах. Он был почти игривым, но в то же время глубоким, словно говорил: «Здесь и сейчас».
– Ты должна попробовать морепродукты
сказал он, отводя взгляд к тарелке.
– А то слишком увлеклась мной.
Я рассмеялась, аккуратно отведя ложку с супом к губам.
– Ладно, ладно
тихо сказала я.
— Но если честно, я понимаю, почему ты сегодня был голоден. Это удовольствие — создавать моменты.
– Именно, Ян говорил что у него лучшая кухня,  он был прав, но больше мне нравится..
ответил он, улыбаясь краем губ.
– наблюдать, как ты наслаждаешься.
Мы смеялись, обменивались лёгкими шутками, иногда молча наслаждаясь видом ночного города. Каждое слово, каждый взгляд был наполнен особой атмосферой: тихая роскошь, интимность, чувство победы после долгого дня, которое нужно прожить вместе.
– Слушай, Чишия
сказала я, слегка наклонившись
– мне кажется, если бы мы остались в конференц-зале, я бы не почувствовала ничего из этого. Здесь всё... живое, настоящее.
– И это только начало вечера
тихо сказал он, снова сжав мою руку. Его голос был уверенным, хладнокровным, но с теплотой, которой хватало на двоих.
Я улыбнулась, наклонившись к нему ещё ближе, чувствуя, как тепло его руки и лёгкая энергия комнаты делают этот момент почти магическим.
Вечер словно растянулся, но усталость, которая обычно давала о себе знать после таких насыщенных дней, будто исчезла. Полночь уже давно прошла, но панорама ночного города, мягкий свет свечей и легкий шелест разговоров за соседними столиками создавали ощущение, что время здесь не имеет значения.
Мы сидели рядом у окна. Я держала его за руку, прижимаясь плечом к его боку, а он, как всегда, был спокойным, сдержанным, словно весь мир мог подождать. Время от времени мы обменивались легкими шутками и иронией, обсуждая мелочи дня:
– Ты знаешь
сказала я, улыбаясь
– я до сих пор не могу поверить, что вчера на сцене был настоящий хаос. Ты с микрофоном,боже это было очень забавно. Я с тихим шоком, Нираги самовлюбленный как всегда, Рио со своими улыбками... и Нина!
Похихикала я
—боже, она же ненавидит меня! Спектакль какой то.
– Хм, хаос или спектакль?
усмехнулся он, поднося бокал к губам.
—Мне кажется, это было великолепное шоу. Особенно, когда я держал тебя за руку, а ты пыталась не растеряться.
– О, да, я старалась
сказала я, делая вид, что поправляю волосы.
— Правда, иногда хотелось просто спрятаться за тобой.
–Спрятаться?
он слегка приподнял бровь, и уголки губ дернулись в почти неуловимой улыбке.
– Ты же знаешь, что рядом со мной прятаться бесполезно.
Я рассмеялась, потянувшись к своему клэм-чаудеру, но взгляд мой вновь устремился к ночному городу. Огни улиц, мерцающие в воде реки, казались волшебными. С каждым мигом я ощущала, как все тревоги дня растворяются.
Чишия затих. Сначала я не заметила, думая, что он слушает меня, но потом поняла — он погрузился в свои мысли. Его лицо стало сосредоточенным, взгляд слегка уставленным, но в то же время необычайно решительным.
– Кимико...
тихо произнёс он, почти шепотом.
Я обернулась к нему, сердце слегка пропустило удар.
– Что-то случилось?
спросила я, мягко сжимая его руку.
Он сделал глубокий вдох, словно собираясь с мыслями. Его хладнокровный вид сохранялся, но глаза блестели эмоциями, которые он обычно умело скрывал.
– Этот момент...
начал он, голос его был тихим, но ровным, с лёгкой хищной ноткой, сдержанной страсти и нежной дерзости одновременно.
– Я ждал его долго. И если честно, готовился всю жизнь. Ты — всё, что я никогда не думал, что смогу удержать... и вместе с этим...
он слегка приподнялся на локтях, доставая из внутреннего кармана маленькую бархатную коробочку.
– Чишия...
прошептала я, ощутив, как сердце буквально подпрыгнуло в груди.
Он медленно открыл коробочку. Серебристый блеск кольца поймал свет свечей, играя бликами.
– Кимико Райдос...
сказал он, спокойно, почти хладнокровно, но с мягкой дерзкой улыбкой
— станешь моей женой?
Я замерла. Первое мгновение показалось, что сердце остановилось. Мир вокруг перестал существовать: огни, звуки, разговоры — всё исчезло. Лишь он, его глаза и это кольцо.
Потом сердце рванулось, стуча так быстро, что стало трудно дышать. Глаза наполнились слезами радости, и я не смогла сдержать улыбку — широкую, сияющую, как никогда.
– ДА, ЧИШИЯ, ДА!
выдохнула я, голос дрожал, но звучал уверенно.
Он широко улыбнулся, резко поднялся с места, и прежде чем я успела осознать, что происходит, притянул меня к себе. Его губы нашли мои, поцелуй был одновременно страстным, мягким, игривым и глубоко трогательным. Я почувствовала, как тепло его тела обволакивает меня, а руки крепко держат за талию.
Мы оторвались лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание, но взгляды наши не отпускали друг друга. Глаза горели, а улыбки были шире, чем всё, что я видела в жизни.
– Ну..это приговор, женушка
сказал он с едва заметной хищной игрой в голосе, держа меня за руку.
– о да, Мужинек...
ответила я, улыбаясь так широко, что щеки болели от радости.
Люди вокруг начали шептаться, кто-то тихо аплодировал, но нам казалось, что весь ресторан затаил дыхание вместе с нами. Слёзы радости катились по щекам, а внутри стояло ощущение: это — навсегда.
Чишия вновь сжал мою руку, его взгляд был спокойным, хладнокровным, но с невероятной теплотой:
– И да, Мико... теперь мы больше чем коллеги, и это только начало,учти это.
Я, смеясь сквозь слезы, прижалась к нему:
– И только ты мог сделать всё это так идеально... и с таким холодным шармом!
Он слегка ухмыльнулся, приподнял бровь, а глаза сверкнули:
– И с небольшой дозой дерзости, конечно. Но для тебя... всегда.
Мы сели за столик, панорамное окно перед нами раскрывалось во всю ширину, и ночной город сиял тысячами огней, отражаясь в воде реки. Чишия аккуратно снял с руки маленькую бархатную коробочку, достал кольцо и, с едва заметной улыбкой, скользнул им по моему пальцу.
– Оно идеально
прошептала я, рассматривая серебряный блеск и изящный дизайн.
– Как и ты
ответил он, наклонившись ближе. Его рука, удерживая мою, была теплой, уверенной, почти безупречно хладнокровной.
Я развернулась к нему, держа его за руку:
– Я люблю тебя, Чишия.
Он ответил тем же, голос был спокойным, уверенным, и снова его губы нашли мои. Поцелуй был мягким, но полным силы, в нём чувствовалась забота, нежность и дерзкая страсть одновременно. Я растворилась в этом моменте.
Но вдруг он резко оторвался. Я открыла глаза, не понимая, что произошло. Его правая рука всё еще удерживала мою голову, пальцы мягко касались моей кожи, но взгляд был направлен куда-то за мной — холодный, строгий, почти гневный.
– Чишия?
тихо спросила я, пытаясь уловить смысл его выражения.
Он не сразу ответил. Сделал медленное подзывающее движение рукой. Я последовала за взглядом и увидела, на кого он смотрит. К нам подходил молодой парень с фотоаппаратом, нервно пытаясь сделать шаги назад.
– Как ты сюда вообще зашел?
спросил Чишия ровно, глядя на него так, что парень замер на месте, словно под прицелом.
– Простите, сэр...
пробормотал тот, взгляд опущен.
– Отдай мне карту памяти
сказал Чишия спокойно, но голос был твердым, ледяным.
– Со всеми этими снимками только что... они попадут в прессу. Я не хочу лишнего внимания.
Парень сделал попытку отступить, затем рванул к лифту, пытаясь сбежать. Чишия поднял руку и сделал знак охране. Несколько человек мгновенно заблокировали путь.
– Минуту, милая
сказал он, вставая со стула. Я выдохнула и пошла за ним, сердце стучало.
Мы подошли к парню у входа, охрана уже стояла рядом.
– Я повторяю: отдайте карту памяти и покиньте здание
произнес охранник с холодной, безапелляционной уверенностью.
– Но... сэр, я просто...
начал парень, но Чишия поднял руку, останавливая его.
– Нет «но»
тихо, но властно произнёс Чишия.
– Ян был бы крайне недоволен.
Парень нехотя передал карту памяти. Чишия сделал шаг назад, бросив фразу с лёгкой иронией:
– За беспредел, конечно...
и повернулся ко мне. Его взгляд снова стал мягким. Он взял мою руку, слегка покрутил её в своих пальцах, и мы вернулись к столу.
– Чего так напрягся?
спросила я, садясь обратно.
– Не хочу лишней огласки нашей личной жизни
ответил он, хладнокровно глядя на меня.
— Все, кто должны, всё равно узнают.
Он снова поцеловал меня, слегка игриво, словно подтверждая, что эта ночь принадлежит только нам.
Я посмотрела на своё отражение в зеркале напротив и заметила, что тушь слегка смазалась.
– Ой... у меня тушь смазалась
хихикнула я, целуя его в щеку.
– Я сейчас вернусь, мужинек.
– Буду ждать,жена
улыбнулся он.
Я направилась к началу сектора, где официант показал мне рукой, куда идти. Я шла по другому залу, наслаждаясь красотой интерьеров — мягкий свет, тёплые тона стен, мерцающие люстры. Но у входа в уборную меня остановили две девушки, также работавшие здесь.
– Просим прощения, мисс
сказала одна.
– В уборной произошла поломка. Моя коллега проведет вас в рабочую уборную.
Я улыбнулась, согласившись, и пошла за ней.
Мы прошли через скрытую дверь в другой зал, тёплый, уютный, с мягким освещением. Здесь явно предназначались помещения для сотрудников — аккуратно расставленные шкафчики, чисто вымытые поверхности, удобная раковина. Девушка извинилась ещё раз за неудобства, а я кивнула с улыбкой:
– Всё в порядке, спасибо!
Прежде чем зайти внутрь, я подошла к панорамному окну. Внизу расстилалась река с припаркованными дорогими яхтами, вдоль берега стояли аккуратные домики и несколько небоскребов. Свет города отражался в воде, мерцал и переливался оттенками оранжевого и золотого.
– Вау...
выдохнула я, поражённая видом.
—Даже уборная не выглядит как уборная...
Внутри была лёгкость, необычайное чувство счастья и спокойствия.
Я вошла в уборную, закрыла за собой дверь, но ещё долго стояла, глядя на отражение ночного города и ощущая, как каждое мгновение этой ночи закрепляется в памяти — от кольца, поцелуев, улыбок Чишии до этих тихих, почти интимных мгновений.