Золотой воин

Впервые за последнее время Питер снова увидел беженцев. Эти люди уцелели во время разгула душегубов и теперь кто пешком, кто на телеге двигались в сторону Гудбурга в надежде найти там приют и защиту. При виде трех всадников некоторые из них бросали пожитки и убегали в придорожные заросли, пережидая, пока незнакомцы не скроются из виду. Питер и его спутники списывали это на последствия сильного испуга, отчего в каждом встречном беженцы теперь видели опасность.
За милю до границы Маленца всадников остановили на посту алебардистов. Это были гудбургские стражники, о чем свидетельствовал изображенный на их кирасах городской герб.
Алебардистов было десятка два, командовал ими лейб-капрал. Выглядели они напуганными и были рады увидеть на дороге троих хорошо вооруженных людей.
– Вы куда едете, ваша милость? – спросил у Питера лейб-капрал, виновато улыбаясь.
– В Маленц, приятель.
– Там же злодеи, ваша милость, ужас, что творится!
– Так они еще в городе?
– Вроде ушли, но люди говорят – обещали вернуться, чтобы дорезать тех, кто остался. Уланов как есть всех порубили, до сотни, а то и больше. Мы только сунулись, да как увидели, что там, сразу назад. Здесь только и остановились – ближе подступиться мочи нет. Мы же не железные. Так что езжайте обратно, ваша милость, это мы люди подневольные...
– Как полагаешь, где они сейчас?
– Кто, ваша милость?
– Злодеи.
– Да где ж им быть, как не на реке? По ней к холмам, а оттуда весь Маленц как на ладони, когда захотят – вернутся, им все видно, все ведомо.
– На холмах, говоришь?
– Так точно, ваша милость!
– Тогда нам туда, – сказал Питер и дал мардиганцу шпоры.
Один за другим всадники проскакали мимо поста и вскоре скрылись из виду.
– Да куда же они? – шепотом произнес лейб-капрал.
– Должно, из императорской службы люди, – высказал предположение один из стражников.
– Какая же это служба?
– Кто ж ее знает, должно быть – тайная.