Новобранец
Закон 3: « Солдат соглашается выполнять приказ командира своего взвода без промедления. В случае отказа или капитуляции солдат берёт ответственность в соответствии с потерями, которые понесёт данная операция. Отказ выполнять приказ равноценнен предательству своего народа и будет нести соответствующий характер наказания».
Гидрокостюм под усовершенствованным обмундированием плотно прилегал к телу словно вторая кожа. На вид очень тонкая ткань, но на деле защищала солдат от мелких повреждений. Если будут неполадки с изолирующим костюмом она спасёт кожные покровы от возможного инфицирования.
— Нет, ну вы гляньте, корпус как стальной! Володька, стреляй давай, спорим не пробъёшь?
— Не вопрос. На что спорим-то?
— Пакет сухариков с чесноком, пойдёт?
Володя задумчиво перекатил зубочистку между зубов, поглядывая искоса на полковника, который стоял у стены, прислонившись к тренеровочному станку.
— Патроны ещё на тебя тратить, ну уж нет, — парень потёр досадно шею. Сухариков он давно не ел, но действовать необдуманно прямо на глазах полковника позволить себе не мог. — Не буду этого делать. Тем более если броня подведёт, и я тебя раню...
— Так и скажи что кишка тонка. Сегодня с самого утра с парнями трещали, как будете охотиться на тварей. Прямо таки не умолкая, словно мальчишки обсуждающие новую компьютерную игру. Все вы храбритесь пока в руки оружие не возьмёте, сосунки.
— Майор, подойди-ка сюда.
Марук поднял голову и беззаботно улыбнулся, когда понял, что обратились к нему. Он прошёл мимо Володи, задевая младшего плечом, и не обратил внимания, когда тот фыркнул испепеляя взглядом его спину.
— Полковник, отлично выглядите.
— Язык твой – главный враг, — цикнул Хан. Он, как и многие присутствующие, стоял в новом костюме, разработаном специально для сегодняшней охоты. Укрепленный эластичными пластинами в местах суставов и жизненно важных органов он придавал уверенности в том, что с задания можно будет вернуться целым и невредимым. Однако, если учёные и дизайнеры так укрепили экипировку и повысили в разы функциональность, значит и задание ждало их хлопотное. Костюм был не чисто белым как обычно в дозоре. В этот раз, сочетая чёрные и зелёные разводы, он служил хорошей маскировкой. Таким образом солдата будет сложнее заметить – так уверяли на сегодняшнем собрании учёные. По их словам мутировавшие животные не особо хорошо видят, но вместо этого у них стали хорошо развиты другие чувства.
— А как же: «возлюби врага своего...»?
Когда Марук подошёл ближе, Хан сделал к нему встречный шаг. Внезапный удар под ребро подкосил мужчину. Тот подавился словами, так и не договорив. Хан придерживал за плечо пыхтящего друга с невинным лицом, будто ничего сейчас и не произошло. Солдаты вокруг не заметили тихой атаки, поэтому странно смотрели на то, как хрипит Марук согнувшись калачиком.
— За что?
— Не правильно поставлен вопрос, майор. Сейчас я тебе показал слабое место в жилете, где пластина не полностью закрывает бок, чтобы не стеснять в движениях. Всё таки маневренность нам решили сохранить, — Хан сделал шаг назад, перехватывая руку друга, который попробовал ударить его в то же место.
— Чёрт тебя побрал, Рейес.
— Один чёрт перед мной сейчас стоит и гримасничает. Ты чему новичков учишь, гад?
— На место ставлю, чтобы не трепались зря. Они же в твоём взводе будут, кому ты доверяешь свою спину прикрывать?
Хан отпустил руку, и Марук тут же потёр её с недовольным лицом. Они прошли к стойке, где висели на ремнях рюкзаки с провизией и небольшим комплектом патронов. Марук открыл один из них, поглядывая на содержимое со скептическим видом.
— Нужно было всё таки с тобой идти.
— Чтобы ты своими криками всю живность распугал? Нет, спасибо. В другом взводе ты будешь гораздо полезнее.
— Почему нам не дают на это задание что-то более практичное, чем давно устаревшие «Глоки»? Сделай запрос, тебя должно послушать начальство.
— Может многое оружие и старого образца, но привычнее лежит в руке. То что я увидел на прошлой неделе...
— Лазерные пушки! Они прошли тестирование, их хотят ввести в обиход, — Марук был под большим впечатлением от них, но Хан не разделял того же энтузиазма.
— Поражение цели основанно на использовании электромагнитного излучения высокоэнергетических лазеров. Излучение будет действовать косвенно и на самих солдат.
— Учёные разберутся с этим, — отмахнулся Марук. — Можно использовать защитные перчатки и наручи.
— По времени уничтожение цели дольше. А значит солдат может быть съеден быстрее, чем произведется заряд.
Марук открыл рот, но следующего аргумента не последовало.
Над залом сбора прозвучал звуковой сигнал. Солдаты последовали к своим рюкзакам и сформировали три колонны возле дверей, за которыми был медицинский сектор и пропускной пункт. Полковник с майором обменялись взглядами, ударившись на удачу кулаками.
Хан поспешил встать в начале первой колонны, как требуют правила. Марук же встал в уготованную ему вторую. Теперь они вряд ли перебросятся хоть парой слов находясь в строю.
Двери автоматически открылись, когда прозвучал второй звуковой сигнал и колонны солдат сдвинулись с места. Из серого зала в белоснежные помещения медицинского корпуса. На самом деле у многих солдат это было второе любимое место после увеселительного этажа.
— Кристина, я буду ждать встречи через сорок восемь часов, дождись меня. Ты мне обещала свидание, — с довольной ухмылкой произнёс один из парней, обращаясь к медсестре. Девушка закончила проверять зрачки и цвет глазных яблок. Опуская ему веки, она специально надавила на них, заставляя парня ойкнуть.
— Конечно, буду ждать. Цветов только не надо, — подтолкнула она его вперёд, продолжая осмотр следующего.
После получения одобрения от медицинских работников, каждый надел свой шлем.
Магнитные замки костюма щёлкнули и первые секунды дышать стало тяжко, пока эластичные трубки под воротником не заполнились увлажненным кислородом на девяносто процентов.
На пропускном пункте дышалось уже намного лучше. Хан приложил свою идентификационную карту к считывающей панели безопасности и вместе с полученным зелёным огоньком покинул безопасную зону.
***
Солнце едва успело показаться из-за горизонта, когда солдаты покинули стены базы и прошли по бесплодным землям, изрытых шинами машин вдоль и поперёк. Кругом не было никакой растительности – пустошь тянулась чуть больше километра по всему радиусу. С высоты птичьего полёта это выглядело так, будто на зелёном полотне вырвали кусок ткани и теперь там образовалась уродливая дыра. И за тем, чтобы эта «дыра» не заросла строго смотрели учёные. Растения не подпускали близко к стенам базы.
Датчик показывал 1,5 километров, когда показались первые кусты и трава. Деревья встречались не часто, за пятнадцать лет мало что смогло вырасти после глобальной вырубки. Проехав четыре километра, военные добрались до города. Здания мегаполиса были почти нетронутыми и такими же, как и тогда, когда здесь жили люди. Только на окнах осела толстым слоем пыльца, отсвечивая золотом в лучах солнца, а зелёный мох покрыл собой все дороги на когда-то жилых улицах. Водители снизили скорость при въезде в город. Вдоль обочин и в самих магазинах цвели яблони. Ветви сирени нависали в том месте, где повисла на проводах вывиска кофейни. Чем ближе они углублялись в город, тем больше становилось цветов и скоплений заброшенных машин из которых росли папоротники и самые различные растения, пробивающие стеблями лобовые окна.
Всё цвело как в раю.
Пыльца и белоснежный пух витали в воздухе, подсвеченном солнцем.
Как жаль что в этом раю людям не было места. И если бы они попытались ступить на эти земли вновь как хозяева, то это лишь на вид прекрасное место вмиг обратилось бы для них кромешным адом.
Стоило вспомнить, что самые прекрасные места, где росло больше всего деревьев и цветов – это места захоронений. Люди, что превратились в растения, не справившись с вирусом.
— «Адонис» сделал так, что все достижения человечества вмиг потеряли свою ценность. Постройки и разработки в двадцать первом веке стали сказками, которые сейчас рассказывают детям,— генерал Макаров остановил машину, оценивая обстановку на улицах. Его взгляд выцепил памятник обросший лозой. — Сколько человечество преодолело за все века существования, но побороть это до сих пор не смогло. Война с природой, где даже инновационные технологии оказались мусором.
— Думаю, что скоро учёные найдут выход, — подал голос один из солдат, уверенно выходя из машины. Раздавив скопления мелких соцветий, он пнул осколок асфальта, под которым проросли системы корней. — Если справимся с поставленной задачей и отловим мутантов, станем на шаг ближе к возвращению прежнего мира.
Остальные солдаты согласно кивнули, и Хан вместе с ними. Прекрасный настрой перед началом задания переполнял даже новичков, которые озирались по сторонам, даже не думая покидать машину и ступать на опасные земли. Здесь многие ещё в детстве потеряли своих близких и теперь смотрели в окна зданий так, будто могли увидеть там что-то родное и знакомое.
Высадив первую тройку солдат для осмотра местности, машины двинулись дальше. Через каждые четыре километра высаживали небольшие отряды: сначала новички, затем шли те, кто давно знал свою работу. Своего рода профессионалы.
Хана высадили на мосту. Дорога была больше не пригодна для пользования. Разбитые автомобили были разбросаны вместе с останками лопастей вертолёта. Трещины словно змеи тянулись по мосту, не позволяя машине проехать дальше, не провалившись при этом в Енисей.
— Полковник.
— Да?
Хан отвёл взгляд от реки, обернувшись на повышенный голос. Из-за шума воды он не сразу услышал слова генерала Макарова.
— Разбейте лагерь подальше отсюда, растения выбирают места с повышенной влажностью. Это хорошее место для комфортного обитания мутантов.
— Будет сделано.
— Вам на попечение четверо солдат,— генерал бегло осмотрел людей, что вышли из других машин. — Мы будем в пятнадцати километрах от вас. Запустим дронов и свяжемся, как только получим отчёты.
— Будем на связи к этому моменту.
Хан дождался пока все машины развернутся и отправятся по набережной в другую сторону, оставляя после себя облака пыли и пыльцы. Солдаты ждали приказа, не смея сделать и шага без ведома полковника. Но вместо приказа тот прошёл молча вперёд, затягивая ремни рюкзака туже.
Переглянувшись между собой, все последовали за ним. За весь день поездки им наконец выдалась возможность размять одеревеневшие мышцы.
Ветер ударил им в спины, но не смог пробраться под плотный костюм.
«Интересно, какой он спустя столько лет?» — Хан очень хотел узнать. Каждый раз боролся со своими необдуманными желаниями и каждый раз обрывал мысль, пока она не успела поселиться в нём словно вирус. Поддаваться этому он не хотел и потому был строг к себе и к другим.
— Карту местности.
— Да, полковник, — отозвался один из парней, стаскивая рюкзак с плеча. Он быстро выудил папку, но не успел подать листы, как новый поток ветра выхватил их из пальцев и понёс прочь. — О, нет-нет-нет! Куда...
Парень кинулся за ними, ловко перепрыгивая бамперы машин и не желая никого подвести, он был строго намерен поймать ценные бумаги. Все проследили за ним недоуменным взглядом.
— Разве наш отряд не перешёл на электронную версию карт?
— Новичкам не доверяют оборудование до тех пор пока не пройдут срок обучения. Значит ли это что он...
Всё уже было без лишних слов понятно. Хан поспешил за новичком, не упуская его из виду. Кричать было бесполезно, он бы его не услышал в костюме. Ничего другого не оставалось кроме как следовать за ним.
Парень наконец смог поймать карту спустя несколько долгих минут, когда взбежал по разбитым дверцам автобуса. Он ввалился в кабину когда-то разбившегося вертолёта и с большим облегчением выдохнул, прижимая листы к себе крепче.
Едва не подвёл свой взвод...
Парень едва не потерял сознание, когда увидел с кем оказался в одной кабине вертолёта. На сидениях была запёкшаяся кровь, скелет проросший травой и цветами, а позади него в мусоре чёрное извилистое тело с длинными тонкими лапами.
Находясь на краю моста, вертолёт накренился, когда парень метнулся в сторону, врезаясь в ржавую панель управления.
Скрип металла и хруст камней нарушили тишину улицы. Солдат хотел было уже закричать, но не успел. Перед лицом показалась чужая рука и схватила его так крепко, что даже через герметичный костюм он почувствовал боль в костях.
Хан успел вытянуть его из вертолёта прежде чем лопости со скрипом упали на крышу, проломив кабину, и вся конструкция обросшая мхом сорвалась с края моста.
Солдаты наблюдали за этим неподалёку, напряжённо бегая взглядом от реки к Хану. Они не знали что страшнее: наблюдать за реакцией полковника или за существом, которое с плеском пыталось выбраться из воды.
— Полковник, там...
Хан отшвырнул от себя дрожащего парня и поднялся с земли. Он касанием активировал шлем, который тут же приблизил картину того, как мутант пытается вновь подобраться к мосту. Огромная сороконожка размером и комплектацией похожая на змею — зрелище которое заставило его оцепенеть, а у остальных вызвать шквал эмоций.
— Вот ведь... Подобное только в фильмах видел. Не думал, что в реальности они страшнее.
— Это и есть то, что мы должны поймать и привезти на базу?
— Зачем ЭТО везти в безопасную зону?! А если тварь сбежит от учёных, то что тогда?
— Проберётся по вентиляции и сожрёт всех.
— Думаешь оно питается людьми? Разве это не сороконожка, которая должна есть муровьёв и мух?
— Ты посмотри на неё, она длиной больше чем наш отряд. Думаешь муравьёв будет ей достаточно?
— Даже если она и не ест людей, то может использовать их для хранения яиц.
Солдат заметно передёрнуло. Они замолчали в тот момент, когда раздался щелчок предохранителя, а затем выстрел. Мутант издал удушливый визг. Едва добравшись лапками до опоры моста, он получил несколько пуль и упал с плеском в реку, уходя на дно вслед за заржавевшим вертолётом.
— В одном вы все правы – это нельзя везти на базу. Проверять достоверность ваших гипотез у меня желания нет.
— А это не нарушение приказа? Нам ведь запрещено было убивать тварей, нужно доставить их живыми на базу...
Все обернулись на солдата, который чудом избежал смерти. Он до сих пор прерывисто дышал, сидя на земле, и не мог поверить в произошедшее.
Хан навис над ним тенью, вглядываясь в бледное как снег лицо.
— Отставить лишнюю болтовню, рядовой, — дуло Глока теперь было направлено ему в лоб. — Ты видишь тело мутанта?
— Нет, полковник.
— Вот и я не вижу. О каком убийстве речь? Он ускользнул от нас в реку вот и всё на этом.
— Да, я вас понял, — пискнул парень, боясь двинуться с места. Зря он решил пойти на это дело да и ещё в одном отряде с тем, для которого жизнь человека это разменная монета. Ничего не значит. Но он спас его жизнь пару минут назад, а значит слухи, что распускают ложные!
Хан оглядел дрожащее тело солдата почти с презрением.
— Что позабыл в красной зоне, новичок?
— Я хотел увидеть, как выглядит город спустя столько лет. Извините, что причинил вам неудобства, полковник.
Другие солдаты, что так долго молчали, недобро усмехнулись.
— Ну идиот. Захотелось ему видете ли... Это тебе игры что-ли? Едва шестнадцать исполнилось, а уже возомнил из себя невесть кого.
— Мне восемнадцать!
— Не велика разница. Той твари было не принципиально кого сожрать. Проглотила бы и не подавилась.
Хан цикнул, видя через шлем, как начинают собираться слезы в глазах мальчишки. И правда ещё совсем ребёнок...
— Я не только по этой причине пошёл! Я хотел достать лекарств. Маме нужен инсулин, а на базе он кончается. В городе должны быть аптеки, где он есть.
«Это уж вряд ли. Наверняка уже всё зачищено» – подумал Хан, но вслух ничего не произнёс. Он убрал пистолет за пояс, протягивая руку парню. Тот шмыгнул носом и потянулся навстречу, на что Хан приподнял бровь, указывая на бумаги в другой руке новичка.
— Карту, рядовой.
Тот опешил и неловко ссутулился.
— Прошу прощения.
Хан покачал головой, забрав бумаги, и направился дальше. Парень не обращая внимания на смешки солдат, быстро поднялся на ноги самостоятельно и последовал за полковником, не отставая ни на шаг.