Никто не узнает

Я знаю, все, что вы делали прошлой зимой,
Что сказали себе, когда были друг с другом на «ты»...
«Глубина
группа«Сансара»

Ника родилась на исходе августа, небывало жаркого в тот год. Ночи не приносили прохлады, воздух на полуденных улицах колыхался жарким маревом и асфальт плавился точно пластилин под беспощадными солнечными лучами.
Ника была вторым ребенком. Ее брату исполнилось шесть, когда родители привезли домой перевязанный розовым бантом кружевной конверт, в котором оказалась крошечная и красная, будто переспелый помидор, хрипло вопящая девочка. Сашка зажал уши ладонями и убежал в свою комнату, требуя из шкафа, что бы "эту" немедленно унесли обратно - история, которую почему-то любили вспоминать в семье во время застолий в честь Никиных дней рождений.
Родителям это казалось смешным, а девочке грустным. Она мечтала о том, что бы старший брат играл с ней, защищал и был настоящим другом. Как в книжках. Но Сашка, как и подобает обожаемому первенцу, находился в состоянии постоянного соперничества с сестричкой за родительское внимание и частенько добывал его совершенно хулиганскими способами.

Родители, разрывающиеся между работой и проделками старшего сына, понимали, что на дочь остаётся совсем мало времени и поэтому, когда мамины тётушки предложили свою помощь, с радостью ее приняли. Тем более, что обе родственницы имели педагогическое образование и многолетний опыт работы с детьми. Они точно знали, что такое "хорошее воспитание" и как должна себя вести девочка из приличной семьи.
- Нельзя идти на поводу у капризов! - Аглая Филлиповна - массивная и черноволосая, с интонациями генерала принимающего парад. Более тридцати лет она проработала заведующей музыкальной школой. От ее строго взгляда и хорошо поставленного командного голоса, не только ученики, но и некоторые учителя теряли дар речи, и словно вростали в пол в благоговейном оцепенении.
Она регулярно внушала Никиной маме, прямо при девочке:
- Вы испортили своими нежностями одного ребенка, так не вмешивайтесь и дайте спасти от вашего воспитания второго!
- Чем меньше остаётся свободного времени, тем лучше! - вторила ей Надежда Филлиповна - яркая сильно молодящаяся блондинка. В прошлом - заслуженный преподаватель русского и литературы. Без колебаний бросившая школу, что бы стать "наставницей" для пятилетней внучки.
- Ваша обязанность дать ей хорошее образование! Разносторонне развить! А это невозможно без строгой дисциплины! Каждый день должен быть расписан по минутам! Каждый час проведен с пользой! У вас дочь! Надо следить во все глаза, что бы небыло времени на глупости!
- Тетя! - вздыхала Никина мама, косясь на сидящую рядом дочь. - Она ребенок!
- Дети быстро растут! Не мне тебе рассказывать! - Надежда Филлиповна поправляла руками с аккуратным маникюром высокую прическу, рассматривая свое отражение в отражении стеклянной дверцы шкафа. - Я, знаешь, за время работы в школе, насмотрелась! И как семиклассницы беременеют, и как золотые медалистки за месяц до окончания школы уходят в такой "отрыв", что их потом только с милицией находят! Я знаю, о чем говорю! Поэтому режим и контроль! Лучшего педагогика не придумала!
Родители растеряно пожимали плечами, но не противились. Тем более - тетки были правы - у них уже был сын, который постоянно подкидывал проблем. Хотя Сашку никогда ни в чем не ограничивали, а напротив - баловали стараясь давать только самое лучшее.
Нике было лет пять, когда ее записали на занятия в английским для дошколят. Потом она начала посещать бассейн два раза в неделю, потому что по мнению Надежды Филипповны "это полезно для такого хилого ребёнка!".
- Музыка, вот, что полезно! - заявила однажды Аглая Филлиповна и на следующий же день отвела девочку в музыкальную школу. В шесть лет на день рождения вместо прекрасной куклы, о которой были все детские мечты, Ника получила скрипку. Примерно на этом моменте детство закончилось. Потому что на него просто не оставалось времени.

Строгое воспитание приносило плоды - Ника росла тихим покладистым ребенком, принимая все безропотно - английский, французкий, плаванье, танцы, музыкальную школу, театральную студию, скучные книги, скромную одежду, даже противный варёный лук в супе съедался без капризов, потому что "это для твоей же пользы" и "ты ведь не хочешь расстраивать родителей?"

Худенькая серьезная девочка с тонкими белоснежными косичками и большими серыми глазами. Вежливая и аккуратная. Со спиной прямой, будто туго натянутая струна. Всегда спешащая куда-то в сопровождении одной из своих воспитательниц. Девочка одетая скромно и аккуратно - в светлые безликие блузки и темные юбки в складку. Круглая отличница в школе. Маленькая звезда играющая три зимы подряд Герду в постановке детского театра. Делающая успехи во всем, за что бралась "не потому, что талантливая, а потому что упорная" - любила повторять Надежда Филлиповна, когда Ника больше всего хотела рыдать от усталости. Гордость родителей, которую редко хвалили - "что бы не испортить".

Эта девочка жила своими тайными неведомыми миру мечтами. Там было и про легкомысленную роль прекрасной принцессы, и про пышное платье из кружев и блестящей небесно-голубой тафты, и про то, как хотелось, что бы мамочка и папочка гордились своей Никушей и хвастались всем знакомым, какая она у них умничка...
Эта девочка тайком любила перебирать украшения из маминой шкатулки и листать модные журналы. Зачарованно закрывать глаза вдыхая аромат духов из красивых флаконов на туалетном столике в спальне родителей.
Ее любимым временем года было лето, потому что все кружки уходили на каникулы и строгий режим смягчался. Родители брали отпуска и семья проводила пару недель на даче или выезжала к морю. Сашка предпочитал оставаться в городе и можно было почувствовать себя единственным ребенком.

Иногда тетушкам "доставали" путевки в какой-нибудь санаторий, и тогда легкомысленная мама разрешала дочери забыть про режим, делать, что хочется и отпускала гулять с подружками. Можно было воображать себя такой же свободной, как они - громко и заливисто хохотать, рвать с деревьев кислую вишню и на спор спускаться в темный подвал или забираться на раскалённую от зноя крышу, бегать в кино, в парк, есть подтаявшее мороженое за круглым столиком в уличном кафе, кататься на роликах и быть счастливой на столько, на сколько это возможно.

Когда Нике исполнилось четырнадцать, произошло два события изменившие размеренную жизнь семьи - ее брат женился и покинул отчий дом. Родители, сначала вставшие на дыбы и не желающие принимать невестку - слишком она казалась простоватой для их драгоценного мальчика, быстро сменили гнев на милость. Потому что Сашка - хулиган и скандалист, становился совершенно шелковым и покладистым рядом со своей Настюшенькой.
Молодым сыграли пышную свадьбу и отпустили в свободное плавание, снабдив всем необходимым для счастливой семейной жизни - отдельной квартирой и тепленьким местом "с перспективами" для новоиспечённого главы семейства.

Второе событие касалось только Ники. И за свадебными хлопотами едва не прошло незамеченным для домашних - девочка влюбилась. Впервые в жизни. Рисовала сердечки и бормотала под нос отрывки из поэтов серебряного века. Отвечала невпопад, стала рассеянной и потеряла аппетит. Тётушки забеспокоились первыми - назначили Нике витамины и свежий воздух, записали к нескольким врачам, что, конечно, не помогло - ребенок абсолютно здоров - уверяли специалисты.
После этого был созван семейный совет, на котором обсуждались возможные причины странного поведения девочки.
- Подростковый возрас опасная ступень взросления, - авторитетно заявляла Аглая Филлиповна собравшимся за круглым, накрытым к чаю, столом. - Здесь важно знать обо всем, что происходит в жизни ребенка. Стать ей лучшим другом! Вот наша задача!
- Добиться полного доверия, - Надежда Филлиповна заглянула в глаза Никиной маме. - Тебе, Наташенька, надо стать ей другом, который сможет оградить ее от неправильного, легкомысленного поступка!
- Я, - растерялась женщина, едва не пролив чай на льняную скатерть с розами. - Я и так ей друг. Всегда! Разве нет? Она же моя дочь! Я не могу быть ей врагом!
- Что ты знаешь о ней? - Надежда Филлиповна сощурила голубые глаза в густых от туши ресницах. - Кроме размера одежды, обуви и того, что она прячет под подушкой эту пошлую Коллет?
- Что прячет? - испугалась Никина мама.
- Французский роман! - фыркнула Аглая Филлиповна. - Разве она стянула это не из вашего книжного шкафа?
- Я не знаю...
- Ты ничего о ней не знаешь, - обличитально кивнула Аглая Филлиповна и помешала в чашке маленькой ложечкой - сахар давно растворился, но надо же было что-то делать!
Женщины сидели за круглым столом на открытой веранде погруженной в густые летние сумерки дачи и искали выход. В воздухе звенели комары, трещали, как одуревшие цикады, душно пахли розы от разбитого рядом цветника и не смотря на подобравшуюся ночь, было совершенно нечем дышать. Аглая Филлиповна обмахивалась черным кружевным веером, чувствуя, что это ни сколько не помогает и завтра обязательно будет мигрень, после бессонной от духоты, ночи.
- Завтра мы вернёмся в город, с Надей, - заявила она. - А ты, Наташа, займись дочерью!

Ника слышала весь этот разговор спрятавшись за шторой в темной комнате. Окно выходило в утопающий в цветах маленький дворик и было распахнуто настежь по случаю духоты. Нет, подслушивать девочка не хотела - вошла, что бы взять зарядку от мобильного - она валялась где-то здесь, на столе, а услышав свое имя, так и осталась стоять за занавеской, жадно ловя каждое слово.
Тётушки так шпыняли Никину маму, что девочке стало ее жаль. И на следующий день, когда они остались вдвоем и ели собранную с утра черешню, качаясь в полосатом гамаке, натянутом между старыми яблонями в саду, Ника призналась, что влюблена.
Не хотелось делать из этого тайну, ведь любовь не что-то грязное и стыдное. Это просто чувство, от которого за спиной словно вырастают крылья и хочется петь. А ещё постоянно хочется говорить о Самом Лучшем Мальчике В Мире.
- Никуша, - мамино красивое лицо удивлённо вытянулось от признания дочери. - Ты когда успела так вырости?!
- Мааам! - Ника рассмеялась громким звонким смехом и закатила глаза. - Все девчонки давно уже встречаются!..
- Постой, - мама поправила светлую кудрявую, как у дочери, прядь, выбившуюся из пышного небрежного пучка на макушке. - Встречаются? Это кто? Это Юлька? Вертихвостка с третьего этажа? Ты, знаешь, нашла с кого брать пример! И что это "встречаются"?!
- "Встречаться" значит, держаться за руки и целоваться в губы! - пояснила Ника смущённо. - Ну мам!
- И,.. И ты уже?.. Ты?...
- Нет! - рассмеялась Ника. Она наслаждалась удивлением в материнских глазах и этим странным, таким приятным чувством, будто она взрослая. Будто может теперь говорить с мамой на равных о таких сложных вещах. - Он только недавно сказал мне, что я ему нравлюсь и предложил встречаться!
- А ты? - мама перестала раскачиваться в сине-белом гамаке и всем корпусом повернулась к дочери. - И кто он?!
- Я пообещала, что схожу с ним в кино, когда мы вернёмся с дачи, - хитро улыбнулась Ника и начала раскачивать гамак.
- Нет! - сбитая с толку мама ипуганно взмахнула руками, чуть не уронив миску черешни, которую держала на коленях. - Нет-нет! Так не делается! Мы должны знать - кто он?! Кто его родители?! Откуда ты его знаешь?!
- Мам, не волнуйся, - девочка взяла из миски темно-бордовую, почти черную черешню и отправила в рот. - Вы его тоже знаете. Ну, родителей так точно!
На очередной вопросительный взгляд пояснила:
- Его папа делал нашему операцию! Когда аппендицит был, помнишь?
- Сын доктора Галаева?! - воскликнула мама, вспоминая красивого восточного мальчика из дома напротив. Очень вежливого и приветливого, но с таким опасным блеском в черных восточных глазах, что Никина мама, всем своим жизненным опытом чувствовала - от таких бедовых надо держаться подальше. - Котик, но он старше тебя на три года!
- Мамочка, и что же в этом такого?
- Я, - женщина решительно поставила дочери на колени миску с черешней. - Я должна позвонить папе! Вот что!

Тем же вечером был собран ещё один семейный совет, и срочно вызваны из города не только тётушки, но и папа. Первая любовь единственной дочери совсем не тот вопрос, который можно игнорировать!
Стоя за занавеской в темной комнате Ника затаив дыхание слушала, как ее родные обеспокоенно обсуждают новость за круглым столом во дворе. Как тётушки охают, хватаются за грудь и пьют "сердечные", причитая, что не уследили. Как мама старается их успокоить, и уверяет, что "ничего страшного", но несколько раз проливает на скатерть чай, а потом и вовсе - скрывается в доме и выносит оттуда графинчик со смородиновой настойкой и маленькие рюмочки. Мама наливает всем по немногу уверяя, что "это то, что нужно!".
После нескольких глотков настойки домашние в самом деле немного успокоились и принялись обсуждать поднаготную "принца" - уважаемая в городе семья, воспитанный, подающий большие спортивные надежды, живёт в соседнем доме. Папа заявил, что страшного ничего не видит и подлил себе из графина. Главное что бы все было "прозрачно" и "на глазах".
- Завтра же найду номер его отца и поговорю с ним. Пусть знают - наша дочь не какая-то там ... фитюлька!..
Ника за шторой закатила глаза и прижала ледяные от волнения пальцы к пылающим щекам - нет! Эти взрослые совсем с ума сошли!
- Рановато что-то, - Аглая Филлиповна недовольно поджала губы. - Конечно, акселерация, свобода взглядов... Но ей четырнадцать! С мальчиками и подождать можно! Пусть лучше подумает об учебе!
- Ей почти пятнадцать, - неожиданно возразила сестре Надежда Филлиповна. - Лучше пусть "переболеет" сейчас. А мы будем рядом, будем проявлять лояльность и направлять. Уж лучше так! Иначе начнет врать, истерить и бог ещё знает что. Я знаю такие истории, что волосы шевелятся! От побегов из дома до самоубийств! Нет уж! Пусть встречается! Пусть даже и обожжется, ничего страшного! Мы будем рядом. А мальчику нужно, конечно, объяснить приватно, по-мужски, чтобы ничего лишнего себе не позволял!
Одним словом родители проявили "широту взглядов". Конечно, не по настоящему, а скорее сделали вид. Хотели казаться лояльными, что бы держать ситуацию под контролем и в случае чего пресечь недостойное поведение с любой стороны.
Чувствительные тетки срочно были высланы в санаторий для лечения нервов и Никина мама принялась налаживать контакт с дочерью. В первую очередь Ника получила новый гардероб - унылые блузки и юбочки были безжалостно изгнаны из шкафа и на их место пришли модные джинсы, яркие футболки и хорошенькие платья.
Следующим шагом стала традиция болтать перед сном о разных пустяках и девичьих секретиках. Ника, впервые получившая столько внимания от мамы, щедро делилась с ней всем, о чем билось ее сердечко.
- Но, ты же понимаешь, - говорила Никина мама, скользя пальцами по длинным белоснежным кудряшкам дочери, что бы заплести их на ночь в косу - иначе спутаются. - Нельзя позволять слишком много, даже самому хорошему мальчику.
- Маааам, - Ника закатила со смехом серые глаза. - Я знаю, мам! И он тоже знает! Ничего до свадьбы!
- Боже, - женщина с удивлением смотрела на тонкую спину дочери под нежно-розовой батистовой ночной сорочкой. - Только что ты была совсем крошкой и орала день и ночь, а сейчас говоришь мне про свадьбу!
- Вообще-то про другое, - фыркнула Ника, мотнув головой и коса едва не выскользнула из пальцев женщины. - Я знаю, откуда берутся дети, но пока не собираюсь пробовать лично!.. Мам, я же не дурочка!.. И Тамир,.. он сам говорит, что девушка должна быть чистой до самой свадьбы и хранить себя только для одного мужчины.
- Твои бабушки разорвали бы меня на кусочки за такие разговоры, - укоризненно покачала головой мама.
- Мы не расскажем им, ладно? - звонко рассмеялась Ника. - Я все знаю, мам! Сначала закончить школу, потом институт, а потом уже все остальное! Не волнуйся!
Мать порывисто притянула ее к себе обнимая острые худенькие плечи:
- Просто будь умницей, Никуша, - сказала она.
- Я умница, мам! Он очень нравится мне, но... Я правда не хочу ничего такого...

Тогда Ника была уверенна, что так и есть. Что хорошие правильные девочки, которые до изнеможения способны играть на скрипке, есть невкусный полезный суп, которые слушаются старших, знают, что такое принципы и правильно расставили жизненные приоритеты... Ника была уверенна, что ничего не плохого не может случиться. Только не с ней. Тем более когда за окном пахнет морем самое лучшее в жизни лето, в котором исполнялись одна за другой все мечты - и про красивые платья, и про внимание родителей, и даже о роли принцессы. Ведь Никин любимый мальчик называл ее именно так - "Принцесса". И темные его восточные глаза смотрели с обожанием и восхищением.
Никто и подумать не мог, что все закончится катастрофой. Рухнет в один миг, превратив благополучие семьи в руины. Что если и будет говорить об этом кто-то из домочадцев, то не иначе, как словами "та история"... Осторожно, вскользь, желая быстрее сменить тему, и стыдливо скользя глазами в сторону.
"Та история" перевернувшая все с ног на голову. Сделавшая из послушной воспитанной девочки неуправляемую истеричку которой страшно слово сказать - неизвестно что она выкинет.
О музыкальной школе, театре, плаванье и языках пришлось забыть, как и о занятиях в обычной школе. Потому что Ника, которая "будто с цепи сорвалась" закатывала всякий раз скандал отказываясь выходить из дома. Только благодаря связям тётушек ее перевели на домашнее обучение. Честолюбивые мечты родителей о том, что дочь закончит школу с золотой медалью разбились вдребезги, как бьётся тонкий фарфор о холодный кафельный пол. Приходилось радоваться уже тому, что Ника просто - закончила школу.
Конечно, продолжать жить в городе, где вашу фамилию треплет каждый длинный язык, одаривая произошедшее все новыми подробностями, становилось все сложнее и, как только подвернулась такая возможность, семья решилась на переезд.

Глядя в окно машины на стремительно удаляющийся город, Ника дала себе слово, что навсегда вычеркнет прошлое из памяти и начнет с чистого листа. Так, словно не было в ее короткой жизни ни потерь, ни ошибок, ни боли.