30. Чай с лимоном
Он с лучезарной улыбкой встряхнул плавки и поднял их, чтобы рассмотреть получше.
Голубые шуршащие шорты с маленькими золотыми рыбками.
«Ни разу тебя в них не видел,» — шумно прохрипел я из-под одеяла.
«Ну вот, совсем скоро тебе предоставится такая возможность!» — он аккуратно сложил их и бросил в чемодан. — «Может тебе чаю заварить?»
Он посмотрел меня с заботой и нежной жалостью.
Вместо согласия от меня он получил лишь неразборчивый шёпот, но несмотря на это всё равно поднялся и направился на кухню.
Стоит добавить в библиотеку воспоминаний огромный плакат с надписью: «ПРИЗРАКИ ТОЖЕ МОГУТ ПРОСТЫТЬ! ОСТЕРЕГАЙСЯ БУРНЫХ РЕК!»
Я устало вздохнул и прикрыл глаза. В ванной попрежнему капало. Оно проследовало за нами аж из другого мира, но у меня совсем не было ни сил ни желания разбираться с этим. В конце концов оно же просто занимает ванную.
«Да, Сю. Оно всего лишь часами сидит в душе и расходует тёплую воду. Ничего страшного. Счёт за коммуналку ведь прийдет лишь в следующем месяце.» — от этой мысли я недовольно заёрзал и сел.
Это же просто невозможно! Тяжело поднявшись с постели, я медленно побрёл на звук капель, разбиравшихся о кафель.
Лениво толкнув дверь, я ввалился в комнату. Меня сразу же обдало горячими клубами влажного пара.
Из-за белой шторки показались тонкие розовые пальцы с острыми чёрными когтями. Оно выглянуло и уставилось на меня.
Мы стояли и пялились друг на друга. Я — устало и раздраженно, а оно — как будто даже удивленно.
Внезапно оно подняло дикий визг от которого у меня заложило уши, да так, что пришлось сесть на корточки, закрыв уши руками.
Пол быстро и мелко завибрировал от шагов Латента, он влетел в ванную с чашкой чая и чуть не споткнулся от меня.
— Извращенец! — шикнул он мне и потащил к выходу.
— Пусть прекратит расходовать нашу воду! — не шибко сопротивляясь, категорично заявил я.
Он остановился и поставил меня на ноги, затем всучил горячую чашку, в которой одиноко болталась долька лимона. Когда он выставил меня за дверь, я все ещё разглядывал её, матовую и кружащую у самого дня.
Когда он вышел, я спросил у него: «Оно теперь будет жить с нами?»
Он страдальчески возвёл глаза к потолку и издал страдальческий стон.
— Я только хотел обрадоваться! Думал, наконец-то, хотя бы дома никаких потасовок, смертей и других бедствий, так не тут-то было, — он скрестил руки на груди и недовольно прищурился.
— Извини, — пробурчал я в чашку и сделал маленький глоток.
Он обнял меня за плечо и повёл наверх, в спальню.
— Я помогу тебе собраться, — сказал он, когда я остановившись в переходе на втором этаже, чтобы поразглядывать фотографии.
— Я не понял, то есть мы оставляем этому созданию наш дом? И вот ещё что, чё за херня? — я взял одну из рамок с тумбочки и повернул к нему. — Что это за уродство?
Он наклонился, чтобы получше рассмотреть изображение и с недоумением посмотрел на меня. Я, видя искреннее непонимание в его глазах, прыснул со смеху.
— Ты хоть знаешь кто эти люди? — надрываясь, выпалил я.
— Нет.., — пространно отозвался он.
— Прикинь, я тоже! Это выглядит как первая картинка выскакивающая на запрос «семья» в Гугле! — я всучил ему фотографию, всё также пытаясь отдышаться.
Он долго вертел её в руках, будто пришелец знакомящийся с каким-нибудь земным прибором. Из под стекла на него смотрели коротко стриженный темноволосый мужчина за сорок, худоватый и с немного жалобным выражением лица, в красной футболке, женщина примерно того же возраста с сухими, но уложенными волосами и голивудской улыбкой на губах, и маленькая девочка с хвостиками, лет пяти.
— Семейный портрет, — экспертно заключил он.
— Да, жаль, что не наш с тобой, — сокращённо покачав головой, ответил я.
— Ты хотел бы иметь детей? — внезапно спросил он.
— Что? — я кособоко улыбнулся, пытаясь скрыть неловкость. — А ты что.., — гнусавым шёпотом добавил я, — Можешь родить?
Он сначала обиженно нахмурился, а потом резко принял высокомерный и отстранённый вид.
— Даже если и да, то какая тебе разница?
— А как? Ты же мужчина, — выпалив это, я резко запнулся, пытаясь сдержать внутреннее любопытство.
— Во-первых, у призраков нет пола, думаю ты и сам уже в курсе. Вспомни, когда ты в последний раз ходил в туалет, — когда он заметил, что я действительно пытаюсь вспомнить, то продолжил. — Оплодотворение у нас происходит не как у людей и рождаются, соответственно, не дети.
— А кто тогда?
— Откуда мне знать? Я ещё не рожал!
— Странно, а мне ведь даже показалось, что ты подозрительно хорошо осведомлён по этому вопросу, — с наигранной досадой произнёс я и захихикал, поймав его разъяренный взгляд.
— Это всего лишь домыслы, — сказал, как отрезал он. — И кстати, насколько я могу судить, тебе уже лучше, разве нет?
Я поставил чашку на столик и сполз на пол, изображая недомогание.
— Нет, я страдаю, отнеси меня в постель! У меня едва ли хватит сил достать нужные вещи из гардеробной!
Он вздохнул, взял меня за ногу и поволок за собой.
— Хорошо бы нам обзавестись фотоаппаратом, да? — он проигнорировал мой вопрос-предложение.
Я задумчиво сложил руки на груди.
— Думаешь, нам стоит взимать плату за проживание с того несчастного создания?
— Какой ты сегодня болтливый.
Не сказать, что это меня особо обидело, но таки да, поэтому я категорично замолк и насупился.
Он подтащил меня к кровати и взял на руки, а потом опустил на покрывало. Я тут же от него отвернулся. Получилось достаточно демонстративно, чтобы он сел рядом и извинился. Я сделал вид, что обижен и теперь игнорирую его. Он вздохнул и наклонился надо мной.
— Тебе очки для плавания положить?
— Да.
«И вообще, сам со всем разбирайся! Это твоя работа — следить за тем, чтобы мы не притащили что-нибудь этакое в дом,» — забираясь под одеяло, подумал я.