Глава 18. Обратная сторона одной маленькой лжи. Часть 1.
Разве можно было поверить в то, что человек, что связан со мной, был все это время прямо передо мной? Вот и я отказывалась верить своим глазам. Крис поднял на меня усталый от длительной борьбы взгляд. На мой немой вопрос он лишь вяло улыбнулся и коротко кивнул, прикрывая глаза, продолжая держать руку на своей груди. Крис тяжело дышал, по его виску скатывались мелкие капли пота. Велор и Серафима стояли у закрытой двери, прислушиваясь к происходящему по ту сторону, затем, обмолвившись друг с другом парой слов, принялись дальше запечатывать вход каким-то заклинанием, которое я видела и слышала впервые.
— Крис, потерпи немного, все пройдет через минут пять, – прошептала я, доставая из кармана платок, промокнув им лоб парня. – Но как вернемся в академию... Нас ждет серьезный разговор. – Убрав платок, проверила тыльной стороной ладони температуру, ибо выглядел Крис прескверно, словно его лихорадило вторые сутки.
Он слабо улыбнулся, не разлепляя век, вновь прислоняясь лбом к моей отодвигающейся ладони. И я почувствовала тепло на сердце. То тепло, которое ощущал Крис, передавалось и мне. Решив, что так будет лучше, не стала убирать руку, а лишь тихонько погладила его по голове, словно маленького ребенка.
— Ты молодец, Крис, достойно сражался с реальным существом, – пыталась ободрить его я, – для обычного студента и адепта справился на «отлично»!
— Почему... – бледными, словно мел, губами наконец молвил Крис, перебивая меня, – почему тебе было так больно?
Он поднял на меня обеспокоенный взгляд, словно пытаясь понять, чем была вызвана такая сильная боль, отразившаяся и на нем, полностью выбившая его из колеи в самый пик сражения. Пожав плечами, указала рукой в сторону уже встающего на дрожащих ногах Акара. Выглядит лучше, чем было... Значит, сделала все правильно и не натворила опять ничего плохого. В противном случае ему было бы хуже.
— Ты с ума сошла? – Резко подскочил Крис, оживляясь, – а если бы умерла? Если бы боль была на столько невыносима, что ты бы не выдержала?! Сердце бы разорвалось, тебя не откачал бы никто, Даша! Никто из нас не смог бы тебе помочь! Если еще раз...
— Все, все, Крис, хватит, – успокаивала я разбушевавшегося не на шутку и тараторившего, словно трактор, парня. – Чего завелся, как мотоцикл? Все же хорошо, все живы. М?
Крис посмотрел на меня исподлобья, как обиженный медвежонок. От сей картины стало так смешно и умилительно, что я не смогла сдержать смех, прикрывая рот рукой. Теперь же недоуменно на меня смотрел не только Крис, но и все остальные, собравшиеся в комнате.
— Ка-а-ак здорово, что все мы здесь... Сегодня... Собрались! – Сквозь смех пропела я известную песню, на что получила не только недоуменные, но и опасливо озирающие меня взгляды. А мне почему-то стало легко на душе. Мои друзья живы, еще один человек, тяжело раненый, был спасен лично мной и причем успешно излечен, даже на ногах стоит. Шатко, правда, но он же стоит!
— А она точно не ударялась головой? – склонился к Крису Велор, ранее занимавшийся баррикадированием двери. – Слу-ушай, а может, у нее была с собой какая-то травка, чего нюхнула там тайком, носит же всякие лекарственные растения с собой вечно... – Велор не мог унять свой поток невероятных и остроумных догадок, а я не переставала улыбаться.
Прервала веселье подкравшаяся со спины Серафима, мягко тронувшая мое плечо. Я обернулась на девушку и встала с пола. Она выглядела мрачной и безразличной к происходящему, что не могло укрыться от моих глаз. Она... Не похожа на себя. Все это время, что мы успели провести с ней, Серафима то и дело улыбалась и миловалась со своим парнем, а затем, как испуганная овечка, тряслась при виде опасности, плакала, она выглядела такой чистой и невинной, что порой я удивлялась, как такая милая сахарная булочка не черствеет в этом жестоком мрачном мире, полном всевозможных опасностей.
— Что-то случилось? – Улыбка сползла с моего лица, все нутро кричало о том, что что-то не так, что-то происходит. – Серафима?
Вглядывалась в опущенное лицо девушки, пытаясь найти ответы, но все тщетно. Опущенные пушистые ресницы мелко задрожали. Девушка подняла на меня взгляд, что заставил содрогнуться всем телом и похолодеть от ужаса. Казалось, каждый волосок на моем теле поднялся под этим взором. Быстро оглянувшись на парней, поняла, что они даже не обращают на нас внимание, разговаривая о чем-то своем. Сглотнув подступивший к горлу ком, только сейчас осознала, что на Акара, как только зашла, Серафима не обратила никакого внимания, словно его не существовало вовсе.
Она обнажила ровные заостренные зубы в хищной улыбке и, не успела я среагировать, как почувствовала на своем запястье ее холодную липкую ладонь. Глаза той, что совсем недавно была Серафимой, налились кровью. Послышался гортанный смех, словно доносящийся из глубины комнаты. Запястье словно обожгло, пыталась вырваться, но существо, стоящее передо мной, держалось крепко, словно присосавшись, казалось, что освободиться я могла только отрезав руку.
— Что за х... – не успел среагировать Велор, вставая на ноги вместе с Крисом, как неизвестное существо просто... Исчезло. Вместе со мной. Это длилось ровно секунду. Одно мгновение, и я уже стояла в до боли знакомой спальне, а у открытого окна стоял он. Глаза распахнулись от ужаса. Комок обиды притаился в груди, накручиваясь все больше и больше.
— Я выполнила Ваш приказ, хозяин, – гортанно, словно вибрируя, произнесла девушка, которую я знала как Серафиму. Самодовольно улыбнувшись, она отбросила мою руку, покрывшуюся большими волдырями, и собиралась удалиться прочь. Но мужчина так не считал... Момент – и существо, пронзенное черной материей, издав тихий вскрик, бездыханно лежало на полу. Под телом за считанные секунды образовалась вязкая черная лужа крови существа.
Я закрыла рот руками, уже не обращая внимание на боль. Все тело тряслось, а на глаза наворачивались слезы. Продолжала смотреть на труп, боясь поднять взгляд на тихо приближающегося ко мне мужчину. Руки дрожали все больше и больше с каждым его шагом в мою сторону. Неосознанно, попятилась назад, продолжая смотреть в пол. Когда же спина коснулась холодной стены, я резко выдохнула, ощущая себя птичкой, загнанной в клетку. Казалось, на секунду сердце остановилось.
Мужчина подошел вплотную, прикасаясь ладонью, которая только что убила «Серафиму», к моей щеке. Я дернулась, словно ошпаренная, словно эта рука меня запятнала чужой кровью. Он с силой поднял мой подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза.
— Что-то не так, Дари? – Тихо произнес мужчина, склонившись над моим ухом, опаляя шею горячим дыханием. – Тебе же нравились мои прикосновения... Так что поменялось теперь?
Теперь же, смотря в лицо Эрнеста, во мне разгорались гнев и ярость. И если до этого я тряслась всем телом от страха, то теперь же я была в бешенстве. Предательство – это то, что я ему не прощу никогда.