Грех ли это? [Завершён]

Можно ли сказать, что самоубийство — это грех?
Да, многие посчитают это за грех, потому что люди, что совершают самоубийство, отказываются от дарованного им шанса прожить счастливую и полноценную жизнь.
Но не у всех есть шанс прожить её так, как хочется самим людям, не все дети получают любовь родителей, не все взрослые люди могут стать состоятельными или не все проживают до старости вместе со своей второй половинкой.
Только единицы могут похвастаться своей свободой.
В моей жизни происходят одни беды и предательства. Два года назад мои родители умерли, я как раз перешёл на третий год обучения средней школы Тейко. Потом последовало предательство моей второй семьи — команды по баскетболу —"Поколение Чудес". Они возомнили себя лучшими. На матче, они поиздевались над командой моего старого друга. Он сказал, что бросит играть в баскетбол, хотя так его любил; это он научил меня в него играть, и я ему так благодарен за это.
И теперь снова. Моя новая семья — Старшая Сейрин.

Флэшбэк.

Когда я пришёл на утреннюю тренировку, я понял, что что-то не так с ребятами, но не придал этому значения. Ребята просто играли, как обычно.

— Куроко, принесли воды и полотенца, — сказала Рико-семпай.

— Хорошо, — ну, я, естественно, и пошёл за водой к автоматам. Меня повергло в шок то, что я услышал, когда возвращался.

— Эй, Рико, а нам нужен этот бесполезный идиот? — это был Кагами-кун.

— Хм-м~ Не знаю. Сам разберётся. Меня это не касается. — она ответила с полным пофигизмом.

— Да отстань ты уже от Куроко, это не стоит того! — послышался голос Хьюги-семпая.

— Ты прав! Он жалкий мусор по сравнению со мной! Буду его игнорить, он же невидимка?! Так пусть и будет им! Хахаха! — какой-то нервный и пугающий смех.

— Что?... — спрашивал я себя. — Как?... Как они могли так поступить? Почему они совершили ту же ошибку, что и ПЧ?

— Да где там Куроко? — голос Рико привёл меня в себя и я зашёл, как всегда с безэмоциональным лицом. — Вот ты где! Давай быстрее!

— А чего ты ожидала от тени? Он без своего света не может существовать! — какая-то жестокая шутка, или не шутка вообще.

— Да, ты прав! — не менее жестокий ответ последовал от тренера.

Конец флэшбэка.

Это продолжалось чуть больше двух недель. Всякие оскорбления и унижения со стороны Кагами, и полного игнора со всех остальных.
И я решил прекратить этот бред. Точнее всё прекратить.

— Я... Эм... — я пошёл к тренеру, не знаю, как начать.

— Ну, чего тебе? Говори быстрее! — грубо спросила она с укоризненным взглядом.

— Я хочу уйти из клуба. Отдайте моё заявление.

— Хах? С чего бы это?

— Я уезжаю. Не знаю на сколько.

— Понятно. Ладно, пошли за мной, — она согласилась и направилась в сторону клубной комнаты.

— Благодарю.

После я ушёл домой. Не хочу слушать оскорбления в свой адрес и видеть их я больше не могу.
*Надоело! Надоело всё уже! Почему? За что? За что мне всё это? Что я такого сделал?*
Я зашёл в аптеку и купил снотворное и другие таблетки. Придя домой, я переоделся в белую кофту и голубые пижамные брюки.
Я решил позвонить Сацуки-чан.

— 'гудок'

— Тецу-кун! Привет! Я так рада, что ты позвонил! — в трубке послышался нежный и радостный голос Момои.

— Здравствуй, Сацуки-чан! Я тебя не отвлекаю? — я сел на пол, опираясь на диван.

— Нет, что ты! Ребята, идите сюда! Это Тецу-кун! — позвала она кого-то, и включила громкую связь похоже.

— Что? Ты не одна? — я сначала удивился.

— Ага, тут все ПЧ, — вот оно что. Они там вместе.

— Здарова, Тецу. Как дела?

— Привет, Куроко-чии!

— Здравствуйте, Аомине, Кисе и ребята, — я решил не заморачиваться, и так получилось, что я ответил очень холодно.

— Э?

— Куроко-чии, все в порядке?

— Да. Я просто решил попробовать, как Мидорима.

— По-понятно, — все явно удивились.

— Тецу-кун, что случилось? — Момои была напугана по голосу.

— Ничего, я просто хотел немного поговорить с тобой наедине, но видимо не судьба.

— Ох, понятно. Может, тогда встретимся? Да и всем вместе можно, поболтаем, — предложила Момои.

— Нет, Сацуки-чан. Я не могу, прости. У меня не так много времени.

— Ты куда-то спешишь?

— Можно и так сказать.

— А куда? Ты сейчас дома?

— Прости, я не могу сказать, но не волнуйся.

— Ох, ну, хорошо. У тебя точно всё в порядке? — она видно сильно волнуется, впрочем не удивительно.

— Да, я же сказал. На самом деле, я звоню, чтобы извиниться за то, сколько проблем я повесил на тебя одну, мне правда жаль, больше этого не случится, я обещаю. И ещё я бы хотел поблагодарить тебя за то, что всё это время была со мной и помогала мне. Ты для меня стала сестрой, наверное?! Прости, что не могу ответить на твои чувства, но я всё же думаю, что они не настоящие, а тот, кто тебе по-настоящему нравится, стоит рядом с тобой, верно?

— Да, ты прав. Всё как ты и сказал, мы с Дай-чаном неделю назад начали встречаться. И всё благодаря тебе, Тецу-кун, — её счастливый голос... Это, наверное, последний раз, когда я его слышу.

— Я рад за вас, ребята. Я очень устал, Сацуки-чан. И... Простите меня... — я не выдержал... Я вырубил телефон и начал реветь, как маленький и беззащитный ребёнок... Я сорвал голос, захлёбываясь своими слезами.

У ребят.

— Тецу-кун? Тецу-кун! Он отключил телефон. Здесь что-то не так!

— Это верно. Он бы никогда не позвонил тебе первым, и за что он просил прощения?

— О, нет!

— Что? Что ты поняла?

— Нам надо к Тецу-куну! Срочно! Если мы не успеем, он может умереть! Я потом всё объясню, только быстрее надо к нему!

— Жду от тебя детальных подробностей, Момои!

— Хорошо, Акаши-кун.

У Куроко.

— Нигоу... — я увидел рядом с собой маленького хаски.

— Тяф! — я взял его на руки и обнял.

— И ты меня прости, Нигоу! Я ужасный хозяин! Прости меня!

— Вууу... — он проскулил в ответ.

— Ты останешься со мной до конца?

— Тяф!

— Спасибо, только ты у меня и остался.

Я взял заранее приготовленный стакан воды и упаковку снотворного вперемешку с другими препаратами. Открыл её, высыпал на руку всё, что там было и по несколько штук за раз проглотил, запивая водой.
Я начал терять сознание, чувствуя, как замедляется пульс. Я услышал, что в дверь стучат, но уже не мог встать, услышал знакомые голоса, но не мог понять чьи они, я лишь смотрел на Нигоу и гладил его, а он сжавшись в комочек, прижался ко мне и скулил, как раненный зверь.
В мутном сознании я увидел чьи-то фигуры, но было поздно, чтобы разглядеть их. Я потерял сознание.

— Тецу! Тецу! Очнись! — Аомине начал трясти Тецую за плечи.

— Шинтаро, звони в скорую! — прикрикнул Акаши.

— Уже!

— Тецу-кун... Зачем? Почему ты снова это делаешь? Что опять случилось?

— О чём ты говоришь, Момои-чан?

— В смысле, снова?

— Такое уже было? Почему ты нам ничего не сказала?

— Потому что он просил не говорить! Он видел, что вам было трудно, и не хотел вас волновать! Но на деле же вам просто было всё равно! Если это не так, то вы бы сами могли это заметить! Он тогда оправдывался, говорил, что заболел, но на самом деле ему было очень плохо! Он тогда ещё хотел покончить с собой, но я переубедила его, сказала, что помогу ему, что всегда буду его поддерживать, но сейчас что-то снова случилось, что ещё сильнее заставило его захотеть умереть, — говорила Момо со слезами на лице.

— Почему?

— Я не знаю!

— Это мы виноваты. Если бы мы тогда не возгордились, этого всего бы не было.

— Скорая приехала! — оповестил их Мидорима.

POV Акаши.

Мы все поехали в больницу. Прождав несколько часов, врач сообщил, что его жизни ничего не угрожает и сейчас он спит. Нам разрешили зайти в его палату и остаться там не надолго. Я сел рядом с кроватью, на которой лежало бледное тело моего Тецуи.

— Момои, мы тебя слушаем, — я начинал злится от неизвестности.

— Да.... Сейчас... — она пыталась успокоится после того, как всю дорогу проплакала.

— Всё нормально, не торопись, — заботливый Дайки.

— Да, только не перебивайте меня, ладно?! Дослушайте до конца! Два года назад, на каникулах перед третьим годом в средней, родители Тецу-куна бросили его, они уехали в Америку. Так вышло, что я застала картину, когда его родители паковали в такси чемоданы, а сам Тецу-кун пытался их остановить, умолял не уезжать, но в ответ получил лишь пощечину от рук матери. Перед тем как сесть в машину она сказала: "Лучше бы я тебя вообще никогда не рожала, жалкое отродье!". Я была в шоке, но Тецу-кун, видимо, уже не раз слышал подобное. Когда я подошла к нему, он был в ужасе от того, что я всё видела, он просил никому об этом не говорить, даже вам. Зайдя в дом, он рассказал, что его мать постоянно его била, а отец вообще не обращал на него внимания. Он плакал, очень много и очень долго. Я помогала ему, как могла. Через неделю после этого, он пытался покончить с собой, порезал вены. Почему, вы думаете, он стал надевает два напульсника?! — и тут мы поняли, почему. — Те две недели перед школой были просто кошмарными: Тецуя почти ничего не ел и не спал, он только сидел на диване, взяв ноги в замок, и смотрел в никуда. Вас же ослепило тщеславие и вы ничего не замечали, да и Тецуя не хотел вас в это вовлекать, он и так волновался за меня, хотя я не понимаю, почему. И я просто не стала вам ничего говорить, хотя очень хотела. Через пол года из Америки пришло письмо о смерти его родителей. Они погибли в аварии. Позже он рассказал, что друг его семьи из Америки усыновил его. Приятные люди. Но тут новая проблема, его семья, которую он очень любил, предала его. Это был удар ниже пояса. Он практически сломался. Говорил, как сильно он устал. Он уже тогда не плакал, он был зол, но на самого себя, за то, что не остановил вас, не смог. У него были до ужаса пустые глаза. Я боялась смотреть в них, думала, что, если посмотрю в них, почувствую всю ту боль, что он испытал. И вот, когда он снова нашел свой свет, он оживился и снова стал играть, как прежде. Но и Сейрин, по-видимому, совершили ту же ошибку, что и вы. Только теперь это его сломало окончательно. Я понимаю, что он больше не хочет чувствовать ту боль, но я ничем не могу помочь, — рассказывая всю историю, ее руки тряслись, а голос дрожал.

— Чёртов Бакагими! Я уверен, что он что-то ему сказал или сделал.

— Выходит, что Куроко-ччи всю свою жизнь страдает, а мы этого даже не замечали?! — Рёта сильнее всех шокирован.

— Выходит, что так, Ки-чин, — Ацуши тоже волнуется за Тецую.

— И что нам теперь делать? — спросил Шинтаро.

— *Почему? Почему я этого не заметил? Почему я не замечал всё это время?* — я винил себя, сжимая холодную руку Тецуи. — Для начала подождём пока Тецуя очнётся. Потом решим, что дальше.

Не выдержав, Момои ушла домой, я отправил Дайки с ней.

— Вы тоже идите домой, — сказал я оставшимся ребятам.

— Я никуда не уйду, пока Куроко-ччи не очнётся, — голос Рёты был решительным, я не стану его ругать за это.

— Хорошо, а вы? — обратился я к Ацуши и Шинтаро.

— Я тоже останусь, здесь работает мой дядя, он разрешил остаться нам всем, — высказался Шинтаро.

— Я тоже. Я волнуюсь за Куро-чина.

— Хорошо, — мы были в одноместной палате, рядом с кроватью и напротив были два дивана, и ещё кресло с другой стороны. В общем, есть место поспать.

Тецуя впал в кому на следующий день. Врачи ничего не могли сделать, лишь поддерживали его жизнь аппаратом жизнеобеспечения. Когда Момои узнала об этом, она плакала почти два дня и обвиняла себя в том, что это она виновата и просила у Тецуи прощения, стоя над его кроватью.

Спустя неделю.

— С днём рождения, Тецуя! — мы все поздравили его с его праздником, но в ответ лишь тишина. — *Он в коме уже 10 дней.*

— Когда же ты проснешься, Тецу?

— ...Уже... — мы услышали тихий и хриплый голос со стороны кровати. — Спасибо, ребята, за праздник! — его лёгкая улыбка как всегда прекрасна. Мы все удивились, но внезапно заплакали от счастья.

— Куроко-ччи!!!!! Я так скучал!!! Почему ты не просыпался? — Рёта налетел на него с объятиями.

— Я тоже. Я слышал вас, но не мог пошевелиться, даже открыть глаза не мог, — он тоже его обнял.

— Наконец-то! Почему так долго? — даже Дайки плакал.

— Прости, Дайки-кун, раньше не выходило.

— Ага.

— В сегодняшнем гороскопе было сказано, что нас ждёт приятная неожиданность, — Шинтаро поправил очки, видимо, чтобы его слёзы не видели.

— Куро-чин, я так волновался! — Ацуши тоже обнял его, не скрывая слёз.

— Прости, Ацуши-кун, больше такого не будет, обещаю. Момои-чан, прости...

— Да, и ты меня прости! — они вместе заплакали, улыбаясь.

— Ребята, может всё-таки отметим мой день рождения, пока ещё не стемнело? — он говорил спокойным и тихим голосом, но так, чтобы его все слышали.

— Да, Куроко-ччи!

— Думаю, все согласны, — в ответ поступили кивки. — Тогда, Шинтаро, скажи врачу, что Тецуя очнулся, Ацуши, Дайки и Момои, идите за тортом и напитками.

— Хорошо, — все разошлись.

— Рёта, можешь не надолго выйти? Я хочу поговорить с Тецуей.

— Ох, хорошо, — он ушёл.

— Прости меня, Тецуя. Я не замечал, не знал, что тебе так плохо, никто не замечал. Прости! — я начал плакать и злиться на самого себя.

— Шшш~ Тише, тише, — он с такой нежностью улыбнулся и обнял меня. — Я уже давно вас простил. К тому же, я сам не показывал, что мне плохо. Пытался держаться ради вас.

— ... — я не знал, что сказать.

Когда ребята вернулись с тортом и подарками, мы отметили ДР Тецуи, и он внезапно заявил:

— Я хочу уехать. Далеко. Не хочу здесь оставаться. Слишком больно.

— И куда же? — спросил я.

— Может, в Америку. К приёмной семье.

— Понятно.

— А как же школа? — спросил уже Рёта.

— Ты прав, надо её закончить здесь... Но я не хочу возвращаться в Сейрин.

— Может, тогда переведёмся все в одну школу? Начнем всё заново, как тогда в Тейко.

— Ого! Аомине, не знал, что ты можешь предложить такую разумную мысль! — начал издеваться Шинтаро.

— Это всё влияние Момо-чан! — доедал свой кусок торта Ацуши.

— Чё сказали? — начал возмущаться Дайки. — Хотя, отчасти вы правы, Момо хорошо на меня влияет, даже мама так говорит, — неожиданно, что он согласился с этим.

— Пфф~ Пхахахаха, ой, боже мой!

— Чего смешного, Тецу?

— Ахахаха, ничего, Дайки-кун. Просто, я очень вас люблю, ребята! И очень скучал по вам! — все слегка смутились, но потом просто заулыбались.

— Мы тоже тебя очень любим, Куроко-ччи!!!

— Рёта, будешь виснуть на Тецуе — сломаешь его напополам, — сказал я на полном серьёзе, хоть и спокойно.

— Ааа! Прости меня, Куроко-ччи! — после моих слов он резко отдёрнулся от Тецуи.

— Да всё в порядке. Но тело, правда, как будто скоро сломается.

— Вот и я о том же, — тут зашёл врач.

— Уже довольно поздно, ребята. Идите домой, дайте Куроко отдохнуть и сами отдохните.

— Хорошо, — ответил Шинтаро за всех, и тот ушёл.

— До завтра, ребята! — помахал уже уходящим ребятам Тецуя.

— Обязательно! — ответила Момои.

— Ага!

— Хорошо, Куро-чин.

— Пока, Куроко-ччи!

— До завтра, Куроко, — и я помахал им рукой.

— А ты, Сейджуро-кун, разве не пойдешь домой?

— Нет, я останусь, потому что мало ли, что может случиться, вдруг ты ночью в обморок упадешь, или тебе что-нибудь понадобится, — я сел на стул рядом с кроватью.

— Хахахаха, ты так обо мне волнуешься, Сей-кун? — он так нежно произносит моё имя.

— А ты как думаешь?! Больше я тебя не отпущу! — я взял его руку в свою и поцеловал, отчего он смутился, но быстро пришёл в себя.

— Ага! Сей-кун, я люблю тебя! — я не поверил своим ушам.

— Что? Правда? — если это так, тогда мои чувства взаимны?!

— Да! — я чувствую как мои щёки горят.

— Ах! Я должен был признаться первым! Я тоже тебя люблю, Тецуя.

— Хи-хи-хи~

— *Чертовски мило!*

Мы разговаривали, но не долго, Тецуя начал зевать, поэтому я сказал ему ложиться спать.
На следующий день Тецуя, как ни в чём не бывало, с невозмутимым лицом, рассказал всем, что теперь мы  встречаемся, я же от этого заявления подавился чаем, который долго пил, и долго кашлел, все приняли это спокойно и даже поздравили, что было для меня не очень понятно.

— Да мы уже давным давно знаем, что Акаши-ччи любит Куроко-ччи! — заявил Рёта.

— Что ж, понятно. Кха! — я ещё не успокоил своё сердечко от шока.

— Сей-кун, ты в порядке? — Тецуя всё это время гладил меня по спине.

— Да, сейчас всё хорошо, не волнуйся, — он вроде тоже успокоился.

— Хорошо, он, наверное, сильно испугался.

— Ну, так что, когда свадьба? — нас прервала Момои.

— Бха! Кха-кха-кха! — я снова подовился.

— Сей-кун! Момои-чан, ты чего так сразу? Мы даже ещё не выпустились. Лучше о своей свадьбе подумай!

— Да я уже всё продумала!

— Чего? А меня спросить?

— Ой, да ладно, ты всё равно меня слишком любишь, чтобы отказать, — обняла его.

— Тц! И то верно.

— Подкаблучник!

— Заткнись, Тецу! — он аж покраснел.

— Пф, на правду не обижаются! — он пожал плечами, отвернулся и показал ему язык.

— Хахаха~ — все смеялись над этой картиной.

Через день Тецую выписали.

— Давайте встретимся как-нибудь и обсудим детальнее в какую школу переведёмся, — предложил Мидорима.

— Давайте в субботу у меня? — спросил Тецуя.

— Ок, тогда жди нас в субботу, — ответил Дайки.

— Ага.

— Да, я не против.

— Хорошо, хрум~

— Тогда до встречи!

— Пока! Спасибо, что проводили! — поблагодарил нас Тецуя и все разошлись.

Конец POV Акаши.

Дома у Куроко.

*Я так рад! Я снова со своей семьёй, что может быть лучше!*

— Нигоу! — ко мне подбежал маленький хаски. — Я так рад тебя видеть! Прости меня! — я взял его на руки и начал сильно обнимать.

— Тяф! Тяф! — он начал меня лизать.

— Хаха, щекотно, Нигоу.

Я лег спать с хорошими мыслями о будущем.

Суббота пришла быстро. Как и планировали, мы встретились у меня и обсудили, куда поступим. В итоге, выбрали школу за городом, без баскетбольной команды. Я продал свой дом, и купил двухэтажный дом на всех нас там, не далеко от школы. Родители ребят были непротив, так как эта школа довольно пристижна, и климат там хороший, всё-таки у подножия горы. Правда родители Момои-чан отказались, и не отпустили её, и Дайки-кун чуть не отказался сам, но Момои-чан сказала, чтобы он поехал и добавила, что разлука делает любовь крепче.
Через две недели мы переехали туда.

— Знаешь, Куроко-ччи, мне как-то неловко, что ты купил дом для нас всех.

— Поддерживаю! Не слишком ли дорого? Это ж целый особняк!

— Нет-нет, все в порядке! Родители всё покрыли, можно так сказать. На самом деле, они каждый месяц переводят мне по 10 тыс. долларов. Я просил их остановиться, но они говори ни в чем себе не отказывать, и вот у меня целое состояние накопилось.

— Ничёсе! Кто же твои родители, Тецу?!

— Богачи, одним словом! У них свой бизнес, очень влиятельная корпорация, и брендовые бутики одежды и парфюмерии у матушки, а ещё брат – профессиональный баскетболист и модель.

— Ничего себе!

— Да уж!

— Ну, ты даёшь, Куро-чин!

— Ну, что поделать, мне повезло с семьёй, хоть поздно и не родной! — мы вошли с особняк.

Проучившись оставшиеся два года, мы вышли отличниками(половина из нас), и представляли Японию на национальных играх по баскетболу. Получив отпуск, мы отправились к моей приёмной семье в Америку. Ребята познакомились с ними, и одобрили наши с Акаши отношения, хотя не удивительно, они очень добры и внимательны ко мне.

Спустя семь лет мы закончили нашу карьеру баскетболистов.

У Дайки и Момои родились близняшки, только мальчик с синими волосами и розовыми глазами и девочка с розовыми волосами и синими глазами, очень милые и очаровательные малыши Мори и Даяна.

Рёта стал дамским угодником, но иногда ходил и по парням, и начал сниматься в фильмах.

Шинтаро, как и планировал, вошел в сферу здоровья — медицину. Но остался одинок. Всего себя посвятил работе.

Ацуши, неожиданно для всех, стал поваром-кондитером, а позже открыл свою кондитерскую. Встретился со своей будущей женой он на банкете семьи Акаши, её семья тоже влиятельная, но не так, как Акаши.

Мы с Сейджуро же усыновили полугодового мальчика, который потерял свою семью в аварии, и дали ему имя Кайн, оказалось, что у него прекрасные рубиновые глаза и белоснежные волосы, так что он был чем-то похож на нас. Ещё через несколько лет, оказалось, что Мори и Даяна влюблены в Каина, а сам Кайн любил их обоих. Это была целая мировая война. Ну а выбрал Кайн...

~~~Конец~~~

Ухухух!