Эпилог
Два года спустя…
— Кира! Кира, ты где?
Лео заглянул в их с Кирой комнату и улыбнулся. Девушка спала, лёжа на столе.
Парень подошёл к ней и чуть потряс за плечо:
— Вставай, соня. Ну же.
Малфой недовольно замычала и, посмотрев на Лео, села:
— Я опять заснула, да?
— Да, — с улыбкой ответил Лео. — Опять всю ночь писала?
— Мне обещали знатный гонорар за эту статью.
Парень издал смешок:
— Знаешь, по-моему, мы куда-то должны были поехать сегодня в два часа. Не помнишь, куда?
Сначала Кира с вопросом на него посмотрела, а потом, вспомнив, хлопнула себя по лбу:
— Сиджей.
— Именно. Ты собралась?
— Почти. Я ещё хотела написать Маргарет, что завтра навещу ребят.
— Маргарет?
— Да, тот врач, что следит за показателями Панков.
— Они…
— Да. До сих пор не проснулись.
Кира встала из-за стола:
— А ещё мне надо переодеться.
— Хорошо, — Лео улыбнулся. — Я пока пойду заварю чай в дорогу.
— Сиджей!
Та обернулась и увидела стоящего на пороге кухни Рафа.
— Ты не видела мою гантелю? — спросил он. — Всё утро её ищу.
— Под кроватью смотрел?
— А что она там делать должна?
— Я её туда засунула, чтоб под ногами не валялась.
— А меня спросить?
— Тебя дома не было.
Вдруг на всю квартиру раздалась трель дверного звонка. Сиджей сняла фартук, повесила его на стул и пошла открывать дверь.
Открыв дверь квартиры, она улыбнулась:
— Какие люди. Я думала, вы немного раньше приедете.
— Извини, — виновато улыбнулась Кира. — Мы пару раз адресом ошиблись.
Сиджей с улыбкой покачала головой и впустила Киру и Лео в квартиру и закрыла за ними дверь.
— Ты что, подстриглась? — с улыбкой выгнула бровь старшая.
Младшая лишь издала смешок.
— Она ещё покраситься хотела, — присоединился к ним Раф.
— Правда?
— Да. У неё был выбор между чёрным и жёлтым.
— Но ты её отговорил?
— Он мне угрожал, — Сиджей сложила руки на груди. — Сказал, что запрёт меня в комнате на неделю. А потом добавил, что лично будет меня мыть.
Кира странно посмотрела на Рафа, и тот отвёл взгляд:
— Она врёт.
— Неужели?
— Давайте не ссориться возле порога, — сказал Лео. — Всё-таки первая встреча за два года.
— Лео прав, — кивнула Сиджей. — Давайте лучше попробуем джамбалайю по моему новому рецепту. Клянусь, вы просто в обморок упадёте!
— Уже не терпится попробовать, — улыбнулась Кира.
— Лео, — Раф положил руку на плечо брата, — пойдём на балкон, поговорим.
Лео кивнул и, встав из-за стола, пошёл за младшим.
— Ну, — с улыбкой сложила руки в замок Сиджей, когда парни ушли, — и как тебе джамбалайя?
— В пятый раз отвечаю — великолепно, — улыбнулась Кира и отпила чая.
— Кстати, — Сиджей наклонила голову вбок, — куда они ушли?
Кира посмотрела на чай и слегка встряхнула чашку.
— Наверное, хотят поговорить наедине, — сказала она, поставив чашку на стол. — Ведь за почти два года мы с Лео ни разу не связывались с вами двумя.
— Да, — кивнула сестра. — С того дня, как мы с Рафом сбежали сюда, наше общение оборвалось.
— И почему именно Сан-Франциско? — старшая посмотрела в окно.
— Здесь здорово. Столько возможностей…
— … начать всё с чистого листа? — Кира посмотрела на Сиджей.
Та отвела взгляд.
— Да. И это тоже.
Нависло неловкое молчание.
— Ну, так как там, в Нью-Йорке? — Сиджей снова посмотрела на сестру.
— Всё спокойно, как море в солнечный день, — ответила та. — Эйприл и Донни живут на краю города, Микки вовсю на скейтпарках резвится, а…
— А Панки? — перебила Сиджей. — Что с ними?
Кира с минуту помолчала, а потом ответила:
— До сих пор в коме. Их здоровье в норме, но никто не знает, надолго ли это. А ты, — старшая посмотрела в глаза младшей, — до сих пор винишь себя за эту аварию?
Сиджей снова отвела взгляд:
— … Да. И я знаю, что совершенно не причастна. Но если б я не отправляла Свифта к Панкам, то…
— Это не твоя чёртова вина, — Малфой-старшая нахмурилась. — Виноват тот водитель грузовика.
— Он просто не выспался тогда, — Сиджей легла на стол и посмотрела в окно.
— Ну, он должен был выспаться в тюрьме, — Кира пожала плечами.
Сестра промолчала.
— Но я так и не знаю о вашей с Рафом жизни здесь, — подала голос старшая через пару минут.
Сиджей подняла голову:
— Ну, пока серьёзных проблем не было.
— Работаете или дома отсиживаетесь?
— Я работаю, а Раф дома. Но, думаю, это временно.
— И кем же работает моя дорогая сестрёнка? — усмехнулась Кира.
Сиджей улыбнулась:
— Поваром. В одном хорошем кафе.
— Сводишь нас туда завтра?
— Стоп, вы что, с ночёвкой? А мне сказать?
— Извини. Просто я никогда не была в Сан-Франциско.
— Сразу, блин, надо было говорить.
— Не волнуйся. Мы с Лео вполне поместимся на диване.
— А, ну ладно.
Девушка откинулась на спинку стула.
— Знаешь, у меня есть ещё один вопрос, — сказала она после минуты молчания.
— Ну? — Кира отпила уже немного остывшего чая.
Сиджей села прямо и сложила руки в замок:
— В ту ночь, когда мы дрались со Шреддером… Что это было?
Поняв, к чему клонит сестра, Малфой взяла в руки косичку и начала теребить её кончик:
— На тот момент я и понятия не имела, что это за сила. Я просто знала, что, если её не контролировать, я могу случайно убить тех, кто мне дорог.
По коже Сиджей побежали мурашки.
— Но потом я начала расследование. Оно было трудным, очень трудным. В ходе его я два-три раза чуть не попала в тюрьму и раз пять чуть не умерла. Но всё-таки, в конце концов, я нашла ответ на эту загадку.
— И… каков ответ?
Старшая чуть промолчала, а потом сказала:
— Оказалось, что лет семь-восемь назад я испоганила жизнь одной ведьме.
— Ведьме? Они до сих пор существуют?
— Да. И за то, что я сделала, она прокляла меня.
— Как именно?
— "Будь тварью двуликой до конца дней своих, либо извинись передо мной, стоя на коленях", такие приблизительно были её слова.
— И ты извинилась?
— Да.
— Стоя на коленях?
— … Да.
— И что она сделала?
— Сначала помолчала минуты две, потом слезла с кресла-качалки, похлопала меня по голове и сказала, что прощает меня.
— Теперь… проклятия больше нет?
— На это она сказала, что чтобы полностью снять проклятие, надо сжечь самую ненавистную вещь.
— И что же ты сожгла?
— … Твою коллекцию музыки восьмидесятых.
— Что?!
— Шучу. На самом деле я сожгла последнюю вещь, которая напоминала мне о Шреддере.
— И что же?
— … Один подарок. Он прислал мне его на Рождество три-четыре года назад.
— Но это ведь до того, как ты приехала в Нью-Йорк.
— Оказывается, я знала его задолго до Нью-Йорка.
— Но как?
— … В прошлой жизни.
Сиджей схватилась за голову.
— Знаю, трудно переварить, но это так.
— И кем же ты приходилась ему в прошлой жизни?
— Может, возлюбленной. Может, лучшим другом. Но в нашу первую встречу, в переулке Токио пять лет назад, он не захотел убивать меня.
— Родители в тот вечер чуть с ума не сошли. Если бы они знали, что их старшая встретилась с главарём элитной группировки, то я не знаю, что с тобой бы сделали.
Кира слабо улыбнулась.
— Так что это был за подарок?
— … Плюшевая панда с голубой ленточкой на шее. Я очень любила спать с ней. До того момента, пока я не встретила Шреддера на поле битвы.
— … Теперь ты совершенно другая.
Кира с вопросом посмотрела на Сиджей.
— О чём ты?
— В детстве я считала тебя глупой неумёхой. Три года назад — почти лучшим другом. Но сейчас, поговорив с тобой, я поняла, что за два-три года ты повзрослела больше, чем кто-либо другой. Я осознала, что всегда, всегда гордилась тобой.
Глаза Киры начали слезиться.
— Правда?…
— Конечно, — Сиджей улыбнулась. — Ты лучший человек, которого я когда-либо встречала.
Слёзы начали катиться по щекам, и Сиджей, встав со стула и подойдя к сестре, принялась их вытирать:
— Ну-ну, не плачь, сестрёнка. Слёзы пребереги до свадьбы.
— К-какой свадьбы? — чуть покраснела Кира.
Младшая на это только посмеялась. Вдруг в кармане Киры что-то загудело. Старшая вынула из кармана телефон и подняла трубку:
— Алло?
— Кира! Кира! — радостно кричал голос какой-то девушки. — Они проснулись! Проснулись!
— П-правда?
— Да! Наконец-то! О господи, ты бы это видела! Это же чудо!
— Да, чудо, — улыбнулась Кира сквозь слёзы. — Спасибо за всё, Маргарет.
— Завтра обязательно приходи!
— Конечно.
Малфой положила трубку и посмотрела на Сиджей.
— Панки…, — начала было она, но младшая с улыбкой сказала:
— Я слышала. Поздравляю.
Кира вскочила и обняла удивлённую Сиджей.
— Я… так счастлива…
— Так почему ты начал курить? — спросил Лео у Рафа.
Тот затянул сигарету и ответил:
— Не знаю. Может, от скуки.
— Обычно люди курят от нервов.
— Я не нервный.
— Я знаю. Ты импульсивный и сентиментальный.
Раф усмехнулся:
— От Киры набрался?
— Она тут не причём.
— Конечно.
Нависло очередное молчание, которое Раф вскоре нарушил:
— И долго ты собрался скрывать?
— О чём ты?
— О коробочке в твоём правом кармане.
Лео чуть подумал, вздохнул и, достав эту коробочку, открыл её.
— Кире должно понравиться это кольцо, — сказал бунтарь.
— Я знаю, — кивнул лидер.
Он ещё пару минут любовался серебряным кольцом с рубином в виде сердца, а потом закрыл коробочку.