-
Я стою, в свою ярость закутавшись, озираюсь немного растерянно. Море ваших молитв озабоченных над моей головой разлилось.
Из моей междурёберной пустоши расползается алыми змеями, обвивает хребты позвоночника, крутит петли из пыльных волос безудержное горе-проклятие, тишиной прогремевшее в воздухе, разорвав одеяло лоскутное обещаний и клятвенных слов.
Попытайтесь хотя бы понять меня! Ваш пожар иссушил меня досуха, ваши мысли кровавыми смутами запятнали моё ремесло! Ради вас я себя разбазарила, хоть меня вы прозвали безумицей, своих сил ни на что не жалела я, позабывши про строгий наказ. А теперь словно чёрное зарево предо мною химера беснуется — многотысячных толп порождение, слепо ждущее ведьмину казнь.
Я одна против ветра не выстою. Сухостой так легко разгорается — стоит искре мелькнуть, и затеплится в моей пустоши гневный рассвет.
Я забыла простейшую истину: ведьма может дрожащими пальцами сделать знак — и рассыплются в пепел те, кто желал ей сгореть на костре.
По бесцветно-безжизненным улицам я уйду, никому не известная. Мои змеи теперь не волнуются: в моей пустоши больше не тесно им.