33
Мы стояли с Мишой и смотрели на новое сообщение от Даны.
- Что это значит? - он посмотрел на меня.
- Я понятия не имею, Дана не смогла бы написать такое.
- Думаешь она не могла бы такого написать?
- Конечно нет, ничего же не произошло, мы только вчера вечером нормально разговаривали.
- Значит это писала не она.
- А кто?
- Может кто-то взял ее телефон? Например, мама?
- Возможно, я не знаю.
Мы были потерянные. Я, конечно, не верила, что Дана могла такое написать, но капля сомнения не давала мне покоя.
Спустя какое-то время мне начал звонить Ной.
- Алло, - говорю я.
- Привет, Дана с тобой?
- Нет, а что такое
- Она не отвечает на мои звонки, я ей пытался дозвониться раз сто. Я подумал, быть может, она у тебя?
- Нет, она мне тоже не отвечает...
- Черт.
- Она тебе что-то написала?
- Да, она послала меня. Но я не для этого так долго ее добивался, чтобы потом просто так оставить в покое. Я даже не знаю, что именно произошло.
- Она мне тоже самое написала, я не знаю в чем дело.
- Я не верю, что она могла так поступить, мы вчера хорошо провели время вместе. И странно, что она послала нас обоих, может ее мама забрала телефон?
- Может быть, я не знаю.
- У тебя есть ее адрес? На каком этаже она живёт?
- Ты идиот? Если это правда ее мама, думаешь она тебя впустит?
- Прошу просто дай мне ее адрес.
____________
От лица Даны:
Я никогда не плачу. Но теперь, когда я совсем одна в запертой комнате, то могу себе это позволить. Слезы потекли по моим щекам, и я уткнулась лицом в ладошки, сев на край кровати. Сразу стало так холодно, и неприятная дрожь пробежалась по всему телу. Я просто ходила по комнате и не знала, чем ещё смогу себя занять. Мне хотелось бить руками о стены, но будет только хуже. Я начала разбираться в своем гардеробе, перебирала платья.
Затем начала пересматривать рисунки Миши, которые он мне дарил на все праздники, начиная с начальной школы. Мои худые ноги были в огромных домашних трениках, грязные волосы убраны в небрежный хвост, на теле оверсайз худи, в котором я тонула.
Что они теперь думают? Я просто легла на кровать и попыталась не плакать, но у меня не очень хорошо получалось. Когда я взглянула в зеркало, мои глаза были красными и опухшими, мне не идут слезы. Я вспомнила о коробке со сладостями под своей кроватью, но мне даже не хотелось есть. Мне ничего не хотелось. У меня нет телефона, его забрала моя мать, как и все мои вещи. Да, это должно было рано или поздно случиться, она все узнала. Узнала про Ноя. И что теперь, она же запрещала мне встречаться с парнями? Три месяца без телефона, это же просто убиться можно. И домашний арест, я буду ходить в школу и сразу возвращаться оттуда домой. А ещё она мне запретила общаться с Ноем и Лизой. Мысли, что это моя вина медленно подступали к моей голове, но это не так. Я бы не стала ей врать, если бы у меня была свобода. И что теперь? А теперь это конец. Я не прекращаю реветь уже целый день, мне страшно снова взглянуть в зеркало, потому что слезы ни кого не делают лучше.
Послышался стук. Я сначала не осознала откуда он доносился, но затем перевела взгляд на окно. Кто-то стучится ко мне в окно? Я аккуратно отдергиваю штору и как только вижу Ноя, сразу задергиваю ее обратно. Сажусь на край своей кровати, грызу ногти и продолжаю смотреть на колышушуюся штору. Он продолжает стучать. Я не должна ему открывать, но если он не прекратит, то мама в конце концов услышит. Но что он скажет? Я пропустила нашу встречу. Откуда у него мой адрес? Я выгляжу очень не презентабельно, в таком виде просто неприемлемо появляться перед парнем. Я колеблюсь в течение пары секунд, но затем всё-таки подхожу к окну и открываю его на зимнее проветривание.
- Ной, уходи.
- Наконец-то ты открыла это чёртово окно.
- Оставь меня
- Снова? Открой окно, чтобы я мог сюда залезть.
- Нет.
- Иначе я не перестану долбиться.
- Боже, ты невыносим.
Я открываю окно и ухожу в другой конец комнаты, лицом к двери, спиной к нему. Слышу, как он забирается и своей грубой обувью наступает на мой мягкий ковер. Он начинает подходить ближе.
- Может ты хотя бы повернешься ко мне?
- Я не накрашены и мои глаза опухшие, и вообще зачем ты пришел?
- Опухшие глаза? Ты что плакала?
Слезы снова начинают подступать, но я пытаюсь сдерживаться, я не буду плакать при нем. Это неправильно.
- Нет, я не плакала все отлично, - мой голос дрожит и будто вот-вот сорвётся.
- Дана, я же вижу, что ты не в порядке. Ты не должна держать все в себе, близкие люди делятся друг с другом проблемами. А я вообще-то на секундочку твой парень.
- Ной, может ты пойдешь домой?
- Повернись ко мне, думаешь если я приехал сюда и залез в твой дом, для меня имеет значение сколько косметики на твоём лице?
Он разворачивает меня к себе, у меня нет сил сопротивляться и смотрит прямо в мои глаза. Я пытаюсь отвести взгляд и держаться, но у меня не получается.
- Ной
Он прижимает меня к себе и мы так стоим пару минут.
Мои слезы снова текут из глаз и попадают прямо на его джемпер.
- Ты можешь поплакать и успокоиться, а затем рассказать мне, что случилось. Почему ты меня отшила в сообщениях и что с тобой такое вообще?
Я отхожу от него и сажусь на кровать, он располагается рядом.
- Я не писала тебе ничего, мама все узнала и забрала мой телефон.
- Конечно, я точно знал, что ты не могла такого написать.
Я вздохнула.
- Ной тебе это правда не нужно, ты очень красивый, и вокруг столько твоих поклонниц, я все время тебя отвергаю не потому что ты мне не нравишься, а потому что у нас ничего не выйдет с моей матерью. Пока мне нет 18 и я не съеду от нее, это все бесполезно.
- Нам по 16, Дана, я готов подождать два года.
- Я даже не знаю, что будет через два года, может все так и останется, и она продолжит мне все запрещать.
- Может мне поговорить с ней?
- Нет, - строго заявила я и взяла его за руки, - будет хуже.
Он сжал мои руки ещё сильнее и прильнул к моим губам. Я закрыла глаза и вцепилась ещё сильнее. Хотелось целовать его до потери дыхания в лёгких и вечность держать его руки. Но я отстранилась.
- Я боюсь, что сюда зайдет мама. Тебе правда лучше пойти домой.
- Я приду сюда же завтра в это же время, хорошо?
- Зачем ты спрашиваешь? Если я скажу нет, ты же все равно придешь.
