Ты Первая

Солнце светит ярко и режет глаза. Я зажмуриваюсь, прикрываясь ладонью. Открыв бардачок тетушкиного Форда, достаю солнцезащитные очки "Ray Ban". Мои верные защитники от солнца. Сворачиваю в узкий дворик и паркуюсь. Аля начинает ныть и соплить.

- Доча, прошу тебя, - мой голос раздражительный.

Аля начинает плакать и пищать во все горло. Я выключаю зажигание и нервно облизываю губы.

- Аля, перестань! - я срываюсь на крик.

Секундой позже уже сожалею о сделанном.

- Пожалуйста, прости меня, я не хотела, - бормочу я.

Выхожу из старой машины и открываю пассажирскую дверь.

- Ну, солнышко.

Я улыбаюсь и отстегиваю ремень безопасности, затем беру малышку на руки.

Сад хотя и маловат, зато хорош собой. Перед нами расстилается ковер из зеленого газона. Ухоженные цветы и деревянная беседка придают саду уют и семейное тепло, чего не было в моем родном доме.

Оказавшись внутри, я бросаю сумку с плеча на пол и направляюсь в кухню. От увиденного зрелища у меня захватывает дух.

- Мама? Что ты тут делаешь?

В моем голосе больше удивления и изумления, нежели гнева.

- А, милая Анна, - мягко лепечет мама, увидев меня. Затем ее губы трогает легкая улыбка.

- Посиди с нами.

Карина указывает на свободный стул.

- Мне надо покормить ребенка.

- Я настаиваю, - с нажимом твердит она.

Ослушаться тетю я не имела права. Поэтому выполнила ее приказ и опустилась на стул. Тетя взяла ребенка и направилась в спальню, оставив меня с мамой наедине.

- Анна, детка.

Мама протянула руку и попыталась заправить прядь моих волос за ухо. Я отмахнулась. Она замешкалась и опустила руку.

- Малышка, твой отец прилетает через неделю.

Я застываю и чувствую, как кровь отхлынула от лица. Мой отец возвращается. Сколько я уже его не видела? Год? За все эти пять лет он приезжал крайне редко и только на некоторое время. Он уже потерял интерес к семье, и они с мамой вместе только из-за меня. Стоит уже сказать им, что из их брака ничего толкового не выйдет и им лучше развестись, ведь я уже довольно взрослая. Наверняка, папа уже завел себе другую семью, я склоняюсь к этому варианту уже долгое время. Возможно, это и послужило причиной измены моей матери, неужели я допустила огромную ошибку, убежав и бросив ее тогда? В такой тяжелый для нее период времени. Мать всегда хотела малыша, но ждать этого от отца было уже бессмысленно. И я это прекрасно знала и знаю.

- Зачем?

Это было грубо, но так нужно. Мой отец слишком эгоистичен. У меня в горле образовался ком, из-за которого мне было тяжело произносить что-либо.

- Он...он переживает за тебя.

- О, да ладно, - я закатываю глаза от досады, - он переживает? Где его черти носили, когда он был мне так нужен? Где он был, когда я лежала в больнице и нуждалась в нем?

Воспоминания о давнем несчастном случае нахлынули с новой волной. Я чувствовала, как глаза наполняются непрошеными слезами.

- Ты же знаешь, твой отец часто работает...

- Мама, пожалуйста, перестань прикрывать его зад! Пусть сам отвечает за свои чертовы действия! Что между вами происходит?

Повисла тишина. Это все потому что я сказала правду. Отец должен научиться держать слово.

- Анна, мы с отцом думаем о разводе.

Мама накрывает мою ладонь своей и крепко сжимает. Этого я и ожидала, к этому готовилась долгое время, но, черт возьми, почему так чертовки больно, когда говорят это вслух?

- Все настолько серьезно?

С горечью в голосе шепчу я и чувствую, как мой идеальный мир разрушается.

- Не волнуйся, мы с отцом постараемся уделить тебе максимум внимания и помогать тебе во всем.

Я слышу лишь стук сердца, что гоняет мою кровь. Перед глазами пролетают лучшие годы нашей семейной жизни. Рождественские каникулы в Коннектикуте. День Рождения в доме бабушки. Наши душевные ночные беседы с отцом у любимого пруда.

По щеке скатывается горячая слеза. Я всхлипываю и закрываю лицо ладонями. Мама укутывает меня в своих объятиях.

- Я все понимаю, солнышко. Оставайся сильной, - шепчет мама и целует меня в висок.

Этот мир сломал меня на кусочки. Я не уверена, что кто либо сможет собрать меня.

- Возвращайся домой, ладно? Я очень переживаю за тебя и мне тяжело.

- Хорошо, - сипло шепчу я, вытирая слезы тыльной стороной ладони.

Позднее я перебралась к маме и молча провалилась в сон, почувствовав, что я не смогу осилить ту тяжесть, что свалилась на меня.

От крепкого сна меня разбудил сотовый. Вот уже по счету десятый раз кто-то названивает. Я схватила телефон с тумбочки и прижала к уху.

- Алло, - я издала невнятный звук, глаза все еще были закрыты.

- Господи, Анна, ты спишь? - удивленный голос принадлежит Аня.

- Уже нет, - с досадой бормочу я.

- Слушай, что случилось?

- Потом расскажу, - я зеваю, - что случилось?

- В общем, завтра мы отправляемся на природу.

Сон, как рукой сняло.

- Что?!

- А вот теперь ты точно проснулась, - хихикает Аня. - Помнишь, мы с классом планировали сделать это весной? Похоже, поездку перенесли на завтра.

- Великолепно, я не еду.

- Ты с ума сошла! Да чтоб тебя! Ты еще как поедешь! Я вытащу тебя из дома за волосы, если понадобится.

- У меня сейчас не то настроение, тем более, за Алю некому смотреть.

- У тебя есть тетя.

Я молчу.

- Или нет? - тихо произносит Аня.

- Я переехала к маме.

Из груди вырывается громкий вздох.

- Что? Как это случилось? Я должна это знать! Расскажешь по дороге, ясно?

- Окей, - я закатываю глаза.

- До встречи. Насчет моих намерений я не шучу.

Аня отключается, а я падаю лицом на подушку.

Все-таки мама подслушала мой разговор с Аней и заставила меня поехать, ссылаясь на то, что свежий воздух и друзья помогут мне отвлечься и зажить дальше. Я собрала все необходимое в спортивный рюкзак и уже стояла около остановки, поджидая автобус.

Подъехал он через семь минут. В салоне уже сидели ребята, в том числе и Аня с Мишой. Они жили рядом, это все объясняет.

Подруга, заметив меня, подбежала и прижала к себе. Сейчас мне это было необходимо.
Миша поздоровался со мной и уступил место.

- Как ты? - с беспокойством на лице спросила Аня.

Я пожимаю плечами.

- Нормально.

- Так что произошло?

- Родители разводятся.

- Что?! - визжит Аня.

Для нее это катастрофа, ее семья всегда была идеальна, она не знала, что такое семейные ссоры, тем более, развод.

- О господи, это же ужасно, - шепчет она, прикрывая рот ладонью.

- Все в порядке. Я знала, что рано или поздно это случится.

Я стараюсь придать голосу безразличие, чтобы не разрыдаться прямо здесь в автобусе на глазах у всех.

- Все будет хорошо, - подбадривает Аня, сжимая мою руку.

Почти все собрались в салоне. Но Егора все еще нет. Каким бы он засранцем не был, но я хочу увидеть его всем сердцем.

Мы подъезжаем к зоне отдыха. На вид это типичный лес, напоминает всякие ужастики, где психопат носится за подростками с бензопилой. Что ж, надеюсь, с нами такое не приключится. Мы лениво вылезаем из автобуса, меня немного укачало, и я чувствую головокружение и желчь во рту. Егора все еще нет. Этого и стоило ожидать. Он забил на поездку. Ведь крутые парни не ходят на природу, они отдыхают в клубах, я закатываю глаза от досады и глупости своих мыслей.

- Так, - Павлов хлопает в ладоши, привлекая внимания учеников, - сейчас каждый соорудит себе палату, которую раздаст вам Вера Смирнова. Затем парни пойдут со мной добывать дрова для костра. Девушки тем временем займутся продуктами, чтобы потом мы смогли пожарить их на огне. Завтра же мы выходим на поход в ближайшие окрестности. Всем ясно?

Толпа студентов снова оживленно загудела. Смирнова суетливо раздавала палатки.

- Я отлучусь, - шепнула я Ане и пошла в другую сторону вглубь леса.

Мне хотелось побыть одной и за одно сходить в туалет. Смирнова двигалась со скоростью улитки, поэтому палатку я, наверняка, получу через часа три.

Углубляясь в чашу леса, я вижу еще одно шоссе напротив себя. Огромный черный Range Rover останавливается на обочине в сопровождении с парой-тройкой "Мерседес", у всех гос номера. Такое ощущение, будто сам президент приехал. Но какое было мое удивление, когда из джипа вылез Егор и нацепил очки. Мужчина в черном костюме побежал и открыл дверь с другой стороны. Оттуда вышел высокий шатен, поправляя пиджак, который идеально сидел на нем. Волосы медового цвета были взъерошены. Он был точной копией Егора , правда, лицо у него было более мужественное. Я предположила, что он старше Егора на много лет. Этому молодому красавчику где-то в районе двадцати шести.

Он подошел к Джастину и засунул руки в карманы классических штанов. Этим жестом он напомнил мне Егора . Затем он начал что-то подробно вдалбливать Егору , тот даже не слушал. Однако, Булаткин был зол, его скулы были напряжены и он постоянно кусал нижнюю губу.

Парень достал бумажник, вытащил оттуда немалое количество купюр и засунул в карман Егора . Затем шепнул ему что-то и похлопал по плечу. Выглядит, как запугивание.

Незнакомец сел в машину, и все они тронулись. Егор проводил их взглядом и зашагал в сторону нашего лагеря.

- Ты где была? Мы все тут волновались за тебя.

Ко мне подбежала Аня и дотронулась ладонью моего лба.

- Ты в порядке?

Я кивнула.

- М-да, выглядишь как дерьмо, - она нахмурилась.

- Спасибо, это круто.

К нам подошла Смирнова .

- Анна, дорогая, палаток больше не осталось. Последнюю я отдала Егору, думаю, тебе придется переночевать сегодня с ним.

Я шокировано раскрыла рот и глянула на Аню.

- Аня, я могу сегодня поспать в твоей палатке?

- Ээ, Анна, мне тоже не хватило. Поэтому я ночую с Мишой.

Черт, ну почему мне так не везет?

- Что делаешь?

Я подошла к Егору, пока тот возился с палаткой.

- Что за дурацкий вопрос, Анка? - в его голосе послышалось раздражение. Он все еще был зол, невероятно зол, я его видела таким только один раз. Когда он изнасиловал меня.

Действительно, дурацкий. Просто я не знала с чего начать.

- Тебе помочь?

- Твоя помощь мне даром не нужна. Лучше держись от меня подальше, - холодно произнес он.

Мне захотелось похоронить свой кулак на его лице.

- Что я сделала на этот раз? Я тебя не понимаю!

- От одного твоего присутствия я чувствую раздражение. Ты омерзительна, - выплюнул он, метнув на меня ненавистный взгляд.

Его заявление причинило мне боль. Мое сердце сжалось до боли, к горлу подступили слезы. Но я не собираюсь плакать перед ним, не сейчас. Я не могу показаться слабой.

Всхлипнув, я отошла в сторону. Уже темнело. Время было где-то семь вечера. Солнце садилось за горизонт.

Я побежала в глубь леса. Сейчас я хотела побыть одна. Меня вдруг одолела невыносимая тоска, что хотелось повеситься. В лесу было тихо, шуршали листья на ветках деревьев. Дул прохладный ветер. Вскоре стало совсем темно. Шагая все дальше, я поняла, что заблудилась. Меня одолели страх и паника, с другой стороны мне жутко хотелось умереть. Внезапно в ушах прогремел громкий треск. Все вокруг помутнело, голова закружилась и земля ушла из под моих ног. Я потеряла сознание.

- Анна! Анна!

Мои ресницы затрепетали. Я медленно открыла глаза, все передо мной плыло и я долго не могла сфокусировать свое зрение. Моргнув несколько раз, я различила Егора . Он держал мое лицо в ладонях. Его глаза с беспокойством бегали по моему лицу.

- Психопатка! Ты испугала меня!

Он на миг прижал меня к себе. И я почувствовала жар его тела.

Егор поднялся на ноги и начал расхаживать передо мной, я поднялась с земли на локтях.

- Как ты меня нашел?

- Интуиция, мать твою, - огрызнулся он.

- Забей, - фыркнула я. - Давай возвращаться обратно.

Я попыталась встать, но почувствовала слабость и снова свалилась.

- Не вставай, ты еще слаба. Нет, это надо быть какой идиоткой, чтобы взять и уйти в лес! Ты дура? Никогда книги не читаешь? А фильмы не смотришь? Ты могла погибнуть!

Егор нервничал и был на взводе.

- Не утрируй, - отмахнулась я. - Давай вернемся. Все, наверно, беспокоится.

- Мы не вернемся! Потому что потерялись, - радостно проинформировал он меня. Возможно, он иронизировал ситуацию.

- Ха-Ха, Булаткин , смешно.

- А вот мне нет. Мы тут с голоду умрем.

Глядя на его серьезную мину, я поняла, что мы действительно потерялись. О, черт.

Он полез в рюкзак и достал плед, затем кинул его мне.

- Укройся, я разожгу костер.

Через тридцать минут мы сидели и грелись у костра. Егор захватил с собой пачку крекеров и содовую. Что ж, и на этом спасибо.

- Кто привез тебя сегодня?

Этот вопрос крутился на моем языке вот уже несколько часов и невольно вырвался наружу.

Он перевел свой холодный взгляд на меня.

- Это тебя не касается.

- Ну окей, - обиженно пробубнила я.

Далее царила тишина. Ни один из нас не проронил ни слова. Если честно, Егор сегодня очень сильно обидел меня. Не уверена, что смогу простить его.

- Это мой кузен .

Хриплый голос Булаткин вернул меня в реальность.

- Что?

- Влад Булаткин .

- Знакомое имя.

- Конечно, небось ты голосовала за него. Он недавно баллотировался на пост депутата, - из губ Егора вырвалась горькая усмешка.

- Клевый у тебя кузен .

- Все так говорят. Владислав Булаткин - гордость Булаткином. Пошел по стопам своих предков и все такое, - его слова сочились ненавистью и раздражением.

- По стопам предков?

- Мой дедушка был премьер-министром. А папа член Совета Национальной безопасности Рф. Угнетает, правда?

Егор слабо улыбнулся.
Так вот почему он себе многое позволял и никто не мог сказать ему ничего лишнего.

- Мой кузен был лучшим во всем. Его носили на руках. Поступил в Гарвард. Сразу же после года обучения стал президентом элитного клуба, куда жаждали поступить все гарвардские парни. Все внимание и слава в семье доставалась ему. А я... - он покачал головой, - подвел всех.

- Почему же? Ты хорошо учишься. У тебя все впереди.

Я подвинулась ближе к нему. Он был готов раскрыться. Я так долго ждала этого.

- Я должен был пройти стажировку в Кремле, но все просрал. Намеренно провалил экзамен. Дедушка возненавидел меня, а папа разочаровался. Моего кузена начали опекать еще больше. Его называли "единственным достойным сыном семьи Булаткинов". Но эти тупицы даже не подозревают, каков на самом деле этот "достойный сын".

Егор замолчал, опустив голову вниз.

- Я никогда не забуду то, что он сделал с ней...своей собственной сестренкой, - он выдохнул и спрятал лицо в ладонях.

Я обняла его плечи, чтобы поддержать.

- Тогда у нас в семье были напряженные отношения. У родителей был конфликт, но они тщательно скрывали это от нас. Я чувствовал и переживал это вместе с мамой, Владу же было наплевать, тогда он учился в престижной школе, был подростком. Нюхал кокс с друзьями и трахал девок. Мама с папой не могли развестись, потому что это повлияло бы на работу и репутацию не только отца, но и всей семьи. Тогда мама забеременела. Это была девочка. Мама назвала ее Вера. Как вера в лучшее будущее. Мне стыдно, что у меня такой брат.

Я молча прижалась к нему, положив голову на плечо. Что его брат сделал с сестрой он так и не рассказал. Неужели Влад настолько ужасен?

- Пошли спать? - устало сказал Егор .

Я кивнула.

Егор постелил одеяло под нами и укрылся пледом.

- Эй, а я? Мне холодно! Пусти под одеяло.

- В трусах не пущу. Тут дресс-код, - ухмыльнулся Егор .

Он намекал на то, чтобы я сняла трусы. Ага, сейчас.

- Придурок, - я пихнула его в плечо и отвернулась.

Затем он накрыл меня и прижался грудью к моей спине.