(8) Дождался
Антон сидел на кровати, уставившись в потолок. В детдоме прошло уже три дня с тех пор, как приходил Арсений Сергеевич, которого он ждал с надеждой. Мысли о том, что этот человек может изменить его жизнь, заполняли его дни. Но один из вечеров стал настоящим испытанием...
В комнату вошёл, нет, ворвался(!), Эдуард, и его насмешливый смех разнёсся по стенам.
- Ну что, Антошка, ты как здесь? Вчера у меня было хорошее настроение, поэтому я к тебе даже не подходил. Но сегодня-я. - протянул он и хитро улыбнулся.
Антон знал, что сейчас ему придётся не сладно, и его сердце начало сильно колотиться от страха. Эдуард, не дождавшись ответа, бросил Антону несколько презрительных слов и подошёл ближе, его тень накрыла Антона, который сжал кулаки и попытался спрятать дрожь. Полуулыбка оставалась на его лице, когда он начал толкать Антона, заставляя его подсесть ближе.
Антон сжался в комок, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.
- Прекрати, пожалуйста! - вырвалось у Антона, когда Эдуард нанёс удар. Слёзы катились по лицу, смешиваясь с горечью унижений. - Я ничего тебе не сделал! - его голос дрожал от отчаяния. Но тот не слышал. В голове Антона только одна мысль: как же сильно он хотел, чтобы пришёл Арсений Сергеевич и всё изменилось.
Удары продолжились. Выграновский смеялся. Антон, сжимающий кулаки до белизны, вдруг почувствовал, как внутри него что-то лопнуло. В одну мгновенье вся подавленная злость, унижения и страх вспыхнули в нем, как огонь. Его рука мгновенно вылетела вперед, и он ударил Эдуарда в лицо. Тот, не ожидая удара, пошатнулся назад, глаза округлившись от неожиданности.
Антон не стал дожидаться, пока тот оправится. Он быстро вскочил с кровати и бросился к выходу. Слезы текли по лицу, но он не чувствовал ни стыда, ни сожаления. Единственное, о чём он думал - это выйти за пределы детдома и найти свободу.
Он выбежал за дверь главного входа и побежал куда глаза глядят. Бежал, даже не смотря на крики воспитателей и охранника. Даже не сильно далеко убежав, его кто-то схватил за руку. Антон вскрикнул от испуга, сердце стучало так, что казалось, его слышно на всю ултцу. Он всхлипнул. Вдруг его повернули, также держа за руку, а вторую руку поставили на плечо.
- Тош, успокойся. - произнес Арсений, его голос был полон тревоги. - Ты почему здесь? Зачем убежал? - ему не ответили. - Так, ладно, пошли. - сказал мужчина и повёл парня к рядом припаркованной машине.
Подойдя к ней, Арсений открыл заднюю дверь и аккуратно посадил туда заплаканного Антона.
- Тише, не плачь, солнце. - он обнял Шастуна и мягко погладил того по спине.
- П-просте. - Антон шмыгнул и попытался стереть слёзы.
- Хватит извиняться, успокаивайся и давай спокойно поговорим. - Антон кивнул и попытался успокоится. - Что случилось? Почему ты опять сбежал? Почему ты плачешь? И что за новые синяки? - Антон всхлипнул. - Тише-тише. - Арсений вытер слёзы с щёк Антона. - Успокойся, я на тебя не кричу, не ругаю. Всё хорошо.
Арсений аккуратно обнял Антона, его рука нежно скользнула по спине, успокаивая трясущегося мальчика.
- Всё хорошо, Тош. - проговорил он тихо, словно боялся нарушить хрупкое спокойствие.
Ласковый голос Арсения прошел сквозь слезы, как мягкий луч света в темном туннеле. Он продолжал утирать слезы с щёк Антона, дотрагиваясь до его лица с такой заботой, что сердце мальчика стало успокаиваться.
- Скажи мне, что случилось. Я помочь хочу. - мягко настаивал он, позволяя Антону почувствовать тепло и поддержку.
- Н-нет... - всхлипывал Антон, но Арсений не отпускал его, продолжая говорить, выбирая слова, словно бережно складывал пазл.
- Все эти синяки - кто это сделал? Не бойся. Ответь.
Антон смотрел в его уверенные глаза и уяснял: в этом мире есть хотя бы один человек, который поймет и поможет. Мягкие слова Арсения расплели узлы страха, и в них начала снова прорастать надежда.
- Это делает Эдуард Выграновский. Это он меня избивает. - глаза брюнета потемнели на несколько оттенков.
- Только тебя он бил?
- Нет, не только меня.
- Он не останется безнаказанным. Поэтому ты убежал?
- Да, я не выдержал, ударил его и быстро убежал, пока он не понял.
- Тогда сейчас поедем обратно... - ему не дали договорить.
- Не надо! Я не хочу! Пожалуйста!
- Не перебивай меня, пожалуйста. - чуть строже сказал мужчина, но после сразу же смягчился. - Ты дождался, котёнок. Мы поедем ради того, чтобы я тебя усыновил. Документы я уже все собрал. - после чуть помолчав он продолжил. - Ты же не передумал. - Антон, почему-то неуверенно, помахал головой. - Всё хорошо будет. Я тебе обещаю. — сказал мужчина и, закрыв заднюю дверь автомобиля, обошёл машину и сел за руль.
Арсений завёл машину, и они медленно подъехали к детдому, который выглядел так же мрачно, как и прежде. Словно серое облако, нависшее над его судьбой. Парковка была почти пустой, неудивительно, почему-то.
Когда Арсений выключил двигатель, в воздухе повисло напряжение. Он посмотрел на Антона, который сжимал кулаки, будто пытаясь удержать свои чувства. Арсенийвзял все нужные документы и вышел из машины, а следом за ним вышел и Антон. Брюнет нежно коснулся его плеча, подбадривая.
— Всё будет хорошо, не переживай так. — тихо сказал он, и Антон кивнул, хотя тревога продолжала грызть его изнутри.
Арсений закрыл машину и, вскоре, они оказались у входа в здание. Двери детдома распахнулись с привычным скрипом, и Антон снова почувствовал холодный воздух, проникающий в его душу. Внутри стояла привычная суматоха: воспитатели, дети, разговоры. Арсений вёл его за собой, как будто оберегая от всего зла, которое было за этими стенами.
Арсений и Антон шли по коридорам, наполненным детскими голосами и смехом, но для младшего это было не более чем эхом прошлых страданий. Каждый шаг по узким покрытиям напоминал о той боли, которую он пытался забыть.
— Вот и кабинет директрисы, — сказал Арсений, остановившись у двери, украшенной стикерами и рисунками детей. Он постучал, и вскоре за дверью послышался пригласительный голос.
Внутри помещение было наполнено ароматом свежего кофе.
— Здравствуйте, Арсений Сергеевич и Антон. — сказала она, фальшиво улыбаясь. — Документы собрали?
— Да, собрал. — Арсений положил все документы на стол.
— Так, хорошо. — она быстро рассмотрела бумаги и протянула ещё одну для подписи. — Подпишите вот здесь. — директор ткнула пальцем в левый нижний угол.
Арсений присел на стул рядом и оставил свою подпись на бумаге. Потом он перевёл взгляд на Тошу, который от переживаний заламывал пальцы и передвигал кольца. Рука мужчины легла на плечо Антона.
— Всё хорошо, Тош. — шепнул он. — Мы вместе.
Словно почувствовав поддержку, Антон немного расслабился. Это место все ещё пугало его, но теперь он знал, что не один.
— Так, заполнили? — она забрала бумагу и посмотрела. — Ага, хорошо. — потом перевела взгляд на Арсения. — К вам будет приходить проверка, их всего будет четыре. Сначала через три дня, потом через месяц, через три месяца и через год.
— Хорошо, мы поняли. —сказал Арсений и за пару секунд задумался. — Ах да. Я требую чтобы Эдуард Выграновский получил по заслугам. Он неподобающе себя ведёт. Бьёт, дразнит и издевается над другими детьми детского дома. Попрошу с этим что-то сделать.
— Я приму меры. А сейчас, Антон, можешь пойти в комнату и собрать свои вещи.
— Благодарю. Не нужно, мы новое купим. Не хочется больше напоминать Антону об этом месте. Пойдём, Антош? — зеленоглазый кивнул.
Арсений и Антон вышли из кабинета директрисы, скрипнув дверной ручкой, словно многолетние замковые механизмы заговорили о том, что произошло за порогом. Внутри все еще витал легкий налет напряженности, но, поднимая головы, они старались выдать уверенность. Арсений бросил быстрый взгляд на своего сына, его лицо было застывшим, но в глазах читались чувства, которые никто не мог скрыть: смешение тревоги и надежды.
— Дождался. — сказал Арсений.
— Дождался. — тихо повторил Антон.