Глава из Другого пути Гию
Я бежал, бежал полностью напрягая свои лёгкия, используя все доступные мне методы, для ускорения себя. Я уже чувствовал, что был на приделе. Да, мои ноги уже отказывали, но я продолжал не обращая на это никакого внимания.
Рассказчик:
Говорят, что паника идёт только во вред и заставляет человека совершать опрометчивые и неверные действия. Об этом можно сказать почти всегда да. Она затупляет разум, не даёт мыслить на своём нормальном уровне и лишь мешает, сбивая обычный ход мыслей. Но у всего этого есть и другая сторона, и называется она - критическая паника.
Критическая паника служит ещё большим дефектом для мышления, точнее, она вообще не даёт мыслить логически и как либо концентрироваться на мыслях. Состояние, при котором ты больше похож на дикое животное, словно гнев поглотивший всё твоё сознание, только ещё больше влияющий на ясность мыслей.
Однако, смотря на Томиоку Гию, мы можем лецизреть нечто другое, нечто, что не может поддаваться логике. Он давно должен был свалиться от истощения, используя настолько много сил и водного дыхания. Достигнув придела примерно полторы часа назад, он всё так же бежит, не концентрируясь на мозговых приказах, которые кричат ему остановится, иначе может случиться непоправимое.
Чудо - вот как можно назвать нынешнюю ситуацию.
Простая способность игнорировать приказы мозга и не позволение концентрироваться, из за чего он игнорирует даже пределы тела, в итоге вышла чем то новым для него.
Возвращаемся к Томиоке.
Я не мог мыслить, единственная мысль, которая билась в моей голове была - бежать. Я должен бежать даже если сотру ноги в кровь и сокрачу их, даже если начну блевать органами от истощения. Я должен бежать.
Иногда я чувствовал какое то жжение в левой щеке, но не общая никакого внимания я просто бежал, бежал сквозь леса, деревни, озёра.
Рассказчик:
Не было никаких преград, он просто бежал напролом, игнорируя всё это, даже, когда, казалось бы, лучше было просто обойти то место и продолжать. Нет, из за своего состояния он не различал вообще ничего, всё перед глазами было красным. Кто знает, как он вообще может бежать в нужном направлении? Возможно, это простые инстинкты, или его разум, который еле улавливал крики своего ворона кацугая.
Спустя примерно полчаса.
Томиока:
Я почувствовал это, мне осталось совсем немного до прибытия. Чувствуя это, я начал пытаться ещё быстрее добраться до нужного места.
Предварительно вытащив меч, я начал бежать прямо к дому Урокадаки-сенсея.
В этот момент ко мне начало понемногу возвращаться ясные чувства.. меня мгновенно вырвало. Сначала была только еда, но потом я увидел кровь, много крови. Не знаю, сколько я выблевал, но мне мгновенно стало очень плохо, даже сделать шаг, было невыносимо. Стискивая зубы, я пытался идти дальше, буквально ломая себя из за этого.
Прошло где-то несколько минут, прежде чем я смог подойти к тому месте, где должно было произойти сражения. К своему ужаса я не нашёл там Урокадаки-сенсея. Был только полностью сломанный дом с повреждённым лесом.
- УРОКАДАКИ-СЕНСЕЙ!!!! УРОКАДАКИ-СЕНСЕЙ!!!!!! ГДЕ ВЫ!?!?!!?! - Я начал орать как сумашеднюший, пытаясь найти его.
Совсем скоро из за своего ора, я охрип, даже кровь начала течь из моего разорванного голоса, но я не остановился, наоборот, боль только сильнее побуждала меня кричать.
Крича, оббегая гору, я наконец услышал что то.
- Я.. здесь.. - откуда то издалека послышался голос, очень тихий, затухающий, голос. Мои чувства были на полном приделе, нет, я даже превзошёл этот придел и вышел на новый уровень из за своей ненормальной концентрации в этот момент, поэтому я смог услышать этот почти шепёт шедший из далека.
Не теряя ни секунды, Гию рванул к месту, где он услышал голос, быстро добравшись до него.
- Урокадаки-сенсей.. - На лице Гию начали наворачиваются слёзы, когда лицо украсила улыбка, в которой заключалась вся надежда и счастье этого мира..
- Гию.. это ведь ты? - На вопрос старика послышалось лишь краткое "да". - Ох, сын мой.. я не хотел чтобы ты видел меня в таком жалком состоянии... - Последнее он сказал с лёгким смешком.
- Это не важно, сенсей! - Гию начал тараторить, что было совсем ему не свойственно. - Мы должны быстро оказать вам помощь и отвезти к лучшим медикам!
Сказка это он начал ближе подходить.
- Нет... Забудь об этом. - Урокадаки обмолвился лишь этим.
- Что!? - Гию явно стал немного зол и не остановился идя к нему. - Не несите чепухи, мы должны спасти вас! - Последние слова он сказал уже надрывыстим тоном, когда начал плакать.
- Гию.. ты и сам уже заметил, верно? - На эти слова Томиока лишь ещё больше начал плакать, пытаясь как-то ему помочь и делая хоть что то. - Моя нога, она была оторвана. Рука была вырвана рукой высшей луны. Челюсть разрезана его быстрым приёмом. Глаз размажжён точным ударом.. и... У меня в груди дыра.
На это Томиока остановился и упал на землю, стоя на коленях. Слёзы лишь неистово капали, на полностью пустом лице юного водного столпа.
- Я не знаю, как я вообще ещё жив. Это чудо, просто чудо... которое я могу поодерживать из за своего контроля дыхания. - Слова Урокадаки слабели с каждой минутой, сейчас он просто бубнил под нос.
Томиока лишь молчал, с полостью пустым и мокрым от слёз лицом. Его мысли рушились, он не мог сформировать ни одну из мыслей. Сейчас он больше походил на куклу, нежеле на человека.
- Ха-ха.. я так хотел спокойной смерти, а сейчас тут так грустно и громко.. - На его лице появилась улыбка, казалось, ей он хотел хоть как то поднять дух своего ученика. Впрочем, хоть он и слушал каждое его слово, он не мог как то ответить или отреагировать.
- Мальчик мой, не вини себя в моей смерти, никогда. - Удивительно, но сейчас от пожилого мужчины послышались твёрдые слова. - Я знаю тебя, знаю лучше кого бы то ни было. Ты постоянно винил себя в смерти своей сестры и даже Сабито.. хоть и пытался скрыть это как мог... - В конце он снова улыбнулся.
Сложив руку в кулак, он что есть силы поднял и легонько ударил его по голове.
Казалось, от этих действий Томиока вышел от своего сна и начал снова реагировать.
- Не смей себя винить, мой глупый сын. Будь сильным, будь мужчиной, как говорил Сабито. - На его изуродованном боём лице красовалась улыбка, которая внушала спокойствие и умиротворение. - Я не жалею ни о чём в этой жизни. Особенно теперь, когда ты появился в моей проклятой жизни. Я благодарен небесам за то, что смог ощутить любовь своего дитя, которое я считаю родным.
После этого была пауза, длившаяся больше десяти секунд.
- Гию Томиока, сын мой, у меня есть только два желания.
В этот момент Гию напрягся всем телом и поклялся исполнить их любой ценой.
- Первое, стань сильнее. Я хочу чтобы ты не следовал за мной при встрече с этим монстром. Стань сильным настолько, чтобы выжить в любых обстоятельствах.
- Да... Я исполню это любой ценой. - Теперь тон Томиоки был спокоен и полностью уверенным.
- И второе... Выживи, ты должен жить несмотря ни на что.
На эти слова Томиока поджал губы, но всё же ответил: исполню ваше желание..
Облакотившись спиной об дерево, Урокадаки улыбался. Он начал медленно поднимать единственную руку, пока, наконец, не добрался до своей цели. Поглаживая голову Томиоки он сказал лишь одно.
- Ха-ха, как хорошо, что мой сын сейчас рядом, о большем счастье я и желать не могу.. - Закончив слова хриплым смешком больше от него ничего не послышалось.
Рука, гладившая Томиоку, та рука, в которой по его мнению было всё тепло мира, упала с его головы.
- С-сенс-с.. С-сенсей, эй, Сенсей! Сенсей! Пожалуйста, ответьте мне! - Начиналось это неразборчивым бормотанием, когда закончилось громким криком, который заставил его горло вновь кроваточить.
- Нет, нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нетнет нет нет нет нет нет нетнет нет нет нет нет нетнет не нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет. - Словно ненормальный он начал повторять одно слово хоть иногда и сбивался. Он не мог смерится, он считал это непозволительным. - Это не правильно, этот мир.. он не правильный.
Теперь безумие начало охватывать его разум. Те внутренние демоны, про который ему когда то говорили, наконец, настигли его сломленный разум.
- Н-нет, я не должен. - Он ударился о ствол дерева головой, теперь у него было кровотечение из головы. - Урокадаки-сенсей.. он говорил мне об этом когда то... Он выслушает меня, примет в любых обстоятельствах. Но теперь его нет... Я должен быть сильным, держаться как можно лучше. Я должен исполнить его желания.
- Урокадаки-сенсей... - Он сказал только это и начал вновь проливать слёзы.
Даже забыв убрать меч, который он обнажил пытаясь найти и помочь сенсею.
Простояв на коленях около минуты, он начал вырубатся. Истощение наконец взяло верх над ним.
Упав в сторону от своего учителя, он просто вырубился, последним взглядом созерцая его тело.